Маруся на дух не переносит рыбы.
А мы, как назло, рыбоеды. Каждый раз, когда муж запекает в соли сибаса, дочь отчаянно страдает. Она даже на кухню не заходит в рыбные дни. Сидит в детской за голубым икеевским столиком и со скорбным видом ест покупные куриные наггетсы. Чисто королева в изгнании. Так и подмывает включить ей Баха, токкату и фугу ре минор: та-ра-рам та-ра-да-да-рааам.
Сто лет назад я работала в газете "Комсомольская правда", и меня послали на фестиваль юмора в Ялту - взять интервью у Романа Карцева. Не успела я осмыслить задание, как воображение сорвалось с цепи (очень слабая цепь) и нарисовало Романа Андреевича злобным похотливым карликом. Вечер накануне интервью я провела в кафе на набережной в компании веселых фанатов Клары Новиковой и Геннадия Ветрова, мрачно представляя, как Карцев завтра будет приставать, а иначе зачем он назначил встречу в своем номере? Напилась тогда ужасно. В 10 утра, страдая похмельем, на ватных ногах дошла по ковровым дорожкам "Интуриста" до номера юмориста, постучала. Карцев был свеж и бодр - только из душа. И на нем был белый гостиничный халат. Воображение по старой дружбе подсунуло картинку, как артист игриво развязывает поясок, и меня затошнило. В липкой испарине уселась в кресло, дрожа, как левретка. Роман Андреич внимательно посмотрел на меня и достал из холодильника бутылку красного. «Начинается! - завопил внутренний паникер. – Сначала напоит, а потом… Беги, Наташа, беги!»
- Сейчас научу тебя правильно выпивать на этой жаре, - миролюбиво пробубнил Карцев, плеснув немного вина в высокий барный стакан, а остальное разбавил холодной минералкой.
«Ну, это несерьезно», - успокоился паникер и достал вязание.
Зато высунулся верблюд. Верблюд на водопое после 3-недельного перехода по пустыне.
Протянутый стакан я осушила одним глотком со звуком засасываемой в слив воды. Чего стесняться, если все равно будут насиловать.
Юморист удивленно поднял брови:
- Надо медленно. И обязательно разбавляй. Минералкой или льдом. Иначе к обеду в кашу, а смысл? Жизнь на юге начинается вечером, ты же не хочешь все пропустить?
А потом он стал рассказывать.
Неторопливо, изредка прикладываясь к стаканчику. Про детство, про то, как встретил жену, про дружбу с Жванецким, про то, что 15 лет прошло, как не стало друга Вити Ильченко, а ему по-прежнему плохо и одиноко, про переезд в Москву, про новые времена и его отношение к современным комикам.
Это было такое чудесное интервью, которое случается раз в сто лет. Карцев искренне делился радостью и болью, а я угрызалась: как я вообще могла подумать о нём плохо? Разве может быть плохим человек, который читал со сцены моё любимое "Воскресное утро", про салат и яичницу?
Вот это вот божественное помните:
"Помидоры резал частей на шесть и складывал горкой в хрустальную вазу. Нарезал перцу красного мясистого, нашинковал луку репчатого, нашинковал салату, нашинковал капусту, нашинковал моркови, нарезал огурчиков мелко, сложил всë в вазу поверх помидор. Густо посолил. Залил всë это постным маслом. Окропил уксусом. Чуть добавил майонезу и начал перемешивать деревянной ложкой. Снизу поддевал и вверх. Поливал соком образовавшимся и ещё - снизу ввеееерх... "
Может разве человек, узревший в салате поэзию, оказаться сволочью? Не может!
Но больше всего мне понравился ответ Карцева на вопрос "чем пахнет счастье"?
- Жареной рыбой! - не задумываясь ответил Роман Андреич, и глаза его заблестели, и улыбка поползла от уха до уха. И передо мной уже сидел не дедушка, а мальчишка.
- Когда я возвращался вечером с улицы, господи, какой голодный, а мама на кухне жарила рыбу! Это лучший запах на свете. Тебе подтвердит вся Ланжероновская. Да, боже, о чем я - это подтвердит вся Одесса! Жареная рыба, ммм - это дааа...
"Ты хоть понимаешь, что один очень хороший человек сказал однажды, что счастье пахнет жареной рыбой?!" - кричу Марусе из кухни, на которую она сегодня снова не заходит, как вампир на солнечную сторону.
- Этого не может быть! - ошарашенно отвечает Маруся. - Спроси, он хоть раз в жизни пробовал пиццу?
- Не могу, он уже умер.
- Умер, так и не попробовав пиццы, - ужасается дочь. - Вот это не повезло, так не повезло.
