Предыдущая часть:
Тетя Вера за забором издевательски захохотала, а Марина вновь ощутила смертельную усталость. Она пошла в дом и легла на кровать. Мурзик залез ей на грудь и замурлыкал, а Марина лежала и думала о том, сколько же осталось ей месяцев или дней.
Умирать было слишком страшно, поэтому она цеплялась за жизнь любой ценой. Пусть даже через вот такие выматывающие скандалы, хотелось напоследок добиться справедливости.
А в это время в Москве в институте гематологии молодой специалист, изучивший анализы крови, получил довольно странные результаты. Антон Звягин долго их изучал, просматривал электронную карту пациентки.
Он был экспертом, подающим надежды специалистом, перепроверявшим работу своих коллег по всей стране. Антон потерял мать из-за врачебной ошибки, когда коллеги не вовремя диагностировали внутреннее кровотечение, и теперь принципиально боролся с такими случаями. И то, что он увидел, было просто возмутительно. Антон решительно набрал номер телефона, долго ждал ответа, потом положил трубку и принялся набирать запрос по электронной почте.
Ему нужно было срочно связаться с лечащим врачом пациентки, но ответа он не дождался. Только через три дня ему позвонил недовольный доктор.
— То есть вы ставите под сомнение мой диагноз? — Алексей Петрович кипел от возмущения. — Да, я врач с огромным опытом.
— Но тем не менее проглядели, — вздохнул Антон. — У пациентки сбой иммунной системы, который дал вот такой вот ответ. А вы ее умирать отправили и ждете, когда можно будет паллиатив оформить.
— А что это не так? — поинтересовался Алексей Петрович уже менее сердито.
— Послушайте, да я только рад буду, если Семенова выздоровеет. Найдите ее, там необходимо специфическое лечение. Я дам рекомендации, к кому обратиться, — устало сказал Антон.
— Понимаете, не могу я. Пробовал, звонил, не отвечает. У меня 500 больных на участке. Ну не буду же я за каждым бегать, — жаловался Алексей Петрович.
— Может другие контакты есть, родственники? — поинтересовался Антон обреченно, уже понимая, что коллега просто хочет прикрыть свою некомпетентность.
— Эх, муж есть, но это человек специфический, — хмыкнул собеседник.
— Ну, может, мне номер скинете, я позвоню. Мы же коллеги должны помогать друг другу, — предложил Антон.
— Ладно, сейчас пришлю, — обрадовался Алексей Петрович, которому вовсе не хотелось объясняться с пациенткой и ее мужем.
В это время Сергей в городе вовсю общался в интернете с красоткой Ингой. Он настаивал на том, чтобы перевести их встречи в реальную жизнь. Девушка умело распаляла его интерес, но встречаться почему-то отказывалась.
В Сергее же проснулся азарт охотника, загоняющего добычу. Он представлял, как поразит Ингу своей щедростью и красивым домом. О том, что и деньги, и жилье, по сути, заслуга жены, он вспоминать не любил.
Звонок врача из Москвы застал его врасплох. Сергей явно не ожидал такого поворота событий.
— Что вы там несёте? — заорал он в трубку. — Что значит неверный диагноз? Она умрёт или нет в итоге?
— Не кипятитесь, — терпеливо сказал Антон. — Ваша жена вполне может прожить долго и счастливо, если получит адекватное лечение. Но даже без него организм будет пытаться справиться сам.
— И что мне теперь ее нужно обрадовать? — рявкнул Сергей. — Она уехала не пойми куда и недоступна.
— Так, может, найдете ее? — предложил врач. — Вы и вообще зачем такого обреченного человека одного отпустили?
— А это не ваше дело, врачишки. Ладно, сам разберусь, — заявил Сергей.
Он бросил трубку и ударил кулаком в стену. Это было настоящим шоком. Вместо развлечений с молодой красоткой ему предстояло и дальше жить с женой и терпеть ненужного ребёнка.
Да еще и бизнес, доходный, выгодный, уплывал прямо из рук. С этим нужно было что-то решать, пока Марина не узнала про ошибку в диагнозе. Сергей поднял телефон и набрал номер.
— Ирина, ты вроде намекала, что хочешь купить компанию. Да, готов продать. Нет, Марине стало хуже. Ну, ты же знаешь, у меня доверенность.
— Хорошо, — удивленно сказала заведующая производством Марининой компании. — А я могу ей позвонить?
— Ну, знаешь, вообще-то не стоит ее беспокоить, — попросил Сергей. — А вот хочу я за это 15 миллионов.
— О, ничего себе. Ну, быстро я столько не соберу, — пробормотала Ирина. — Пару недель подождешь.
— Ладно, но смотри, иначе найду другого покупателя, — пригрозил мужчина.
Он положил трубку и хищно улыбнулся, а потом зашел в приложение мобильного оператора и заблокировал номер жены. Тот был оформлен на его имя, так что теперь Марине точно никто не дозвонится. Ни коллеги, ни врачи.
Сергей знал, что Ирина давно хотела войти в прибыльный бизнес его жены, и теперь вряд ли упустит этот шанс. Она и Марине предлагала продать часть компании, но та всегда отказывалась.
Считала это детище только своим. Да и выделяла она не Ирину, а совсем другого человека. Вот с этой девушкой Светой Марина с удовольствием вела бы дела. Та горела идеями, как и сама основательница, но совсем не интересовалась коммерческими делами.
Антон подождал еще пару дней, потом снова позвонил коллеге врачу. Тот ответил, что пациентка на прием не приходила, а ее номер вообще больше не обслуживается.
Антон вспомнил о том, как с ним разговаривал муж этой Семеновой, а потом решительно собрал бумаги в папку и поспешил в кабинет начальства.
— Виктор Николаевич, можно? — поинтересовался он, заглядывая в дверь.
— Ну что там у тебя? Заходи, — донеслось из кабинета.
— Отправьте меня в командировку в Задонск, — потребовал Антон. — Там явные проблемы с диагностикой. Хочу на месте разобраться.
— Ну к чему эти сложности, а? — поморщился начальник. — Нельзя отсюда все решить.
— Если не отправите, я сам уйду, — решительно заявил Антон. — Надоело бумажки перебирать. Я ведь хороший врач, пап, а не канцелярская крыса. А ты меня у себя под боком седьмой год держишь, словно на привязи.
— Да, потому что сожрут тебя. Это жестокий мир, — устало ответил Виктор Николаевич сыну. — Антошка, ну что ты у меня такой принципиальный? Зачем тебе в этот Задрюпинск ехать?
— Задонск. Там женщине смертельный диагноз поставили, и теперь никто не знает, где она, — проворчал Антон, понимая, что почти дожал отца. — А диагноз-то ошибочный, там совершенно другая проблема.
— А ты, как рыцарь, рвешься ее спасать, — усмехнулся Виктор Николаевич. — Ты пойми, ты мне здесь нужен. Ну, сам знаешь, отдел экспериментальный, а экспертов кот наплакал.
— Ты можешь хоть раз меня послушать, — сказал Антон. — Я же не маленький мальчик, чтобы вечно при тебе сидеть.
— Да, понимаю. Просто после смерти матери боюсь тебя потерять, — признался отец. — Ладно, давай подпишу твою командировку. Только учти, на месте сам будешь разбираться. У меня там нет знакомых.
Довольный Антон вышел из кабинета с улыбкой. Несмотря на свою административную должность, Виктор Николаевич все же был хорошим врачом, преданным профессии, и прекрасно понимал, чего стоит жизнь каждого пациента, и цену врачебным ошибкам тоже слишком хорошо знал.
Мать Антона они потеряли именно из-за такой вот нерасторопности коллег при внутреннем кровотечении. Ошибочный диагноз в итоге стоил ей жизни.
Обнаружив, что ее телефон не работает, Марина очень удивилась. Стало ясно, муж окончательно списал ее со счетов. Она собралась силами и поехала в соседний город, не туда, где жила, а поближе.
Купила на свой паспорт новую сим-карту и заодно зашла в офис природоохранной организации. Там подтвердили ее опасения. Если сбросы нечистот сохранятся, пострадает не только их деревня, а все окрестные села.
Марина, получив неожиданную поддержку, сделала то, что от нее меньше всего ожидали. Она сняла часть денег со своего счета, довольно крупную сумму, которой муж пока доступа не имел, и отнесла ее природоохранным специалистам, предложив нанять хорошего столичного адвоката для борьбы с фермером.
Те обрадовались столь щедрому предложению и тут же связались с одним юристом с большим опытом подобных тяжб. Того гонорар устроил, но приехать обещал только на будущей неделе.
Марина оставила ему свой новый номер, чтобы быть на связи, и вернулась в деревню. По дороге от автобусной остановки она снова встретила Павла. Тот шел, гнусно ухмыляясь.
Он явно был уверен в собственном праве творить что угодно. Марина не выдержала.
— Недолго тебе осталось смеяться, — сказала она.
— Ой, напугала, — расхохотался он. — Что ты мне сделаешь, доходяга? У меня грант от государства на подходе, я перспективный фермер. И депутаты местные за меня.
— Тебе все равно придется построить очистные сооружения или останешься вообще без фермы.
— Не пугай, устал уж бояться, — хохотнул Павел. — Кури ставки принимаем. Когда ты помрешь? Я вот считаю, месяц тебе остался. Ну посмотри на себя, доходяга. Кому ты вообще нужна со своей бесполезной борьбой?
— Ну мы это еще посмотрим, — Марина сжала кулаки. На глазах ее блестели слезы.
— Я единственный работодатель поблизости. Люди в открытую против не пойдут, — напомнил Павел. — Так уймись и лучше подумай о том, кто за тобой лежачей ухаживать будет. Ну и место присмотри на кладбище.
Он сплюнул в пыль под ноги Марине и пошел прочь. Она побрела к своему дому, размышляя о том, насколько жестокими бывают люди. Ведь когда-то она защищала Павла в школе, когда его подвергали насмешкам.
Прошло время, и маленький забитый мальчишка вырос в эгоистичного наглого мужчину, готового идти по головам ради своих целей. Антон прибыл в Задонск через два дня.
Особых восторгов его появления у главврача не вызвало.
— А что вы хотели, Антон Николаевич? Гематолога у нас в штате нет. О нем только можно мечтать. Вот и возникают недоразумения.
— Но они же не должны стоить жизни человека, — убежденно заявил молодой эксперт. — Готовьте документацию. Буду проверять вообще все диагнозы за последний год.
— Вы вообще представляете себе объем? — возмутился главврач. — Или вы тут поселиться решили?
— Надо будет, поселюсь, — пообещал Антон зло. — А пока постарайтесь обеспечить нормальные условия для работы.
Из кабинета главврача он вышел в бешенстве, поехал по адресу, который был указан в документах Семеновой, а там долго не мог попасть в дом. Наконец на крыльце появился заспанный мужчина с недовольным лицом.
— Что звоним? А продаете что-то или я машину вашу запер?
— Вы Сергей Альшанский, муж Семеновой, — поинтересовался Антон. — Я вам звонил из института гематологии в Москве.
— А, это ты? — равнодушно пробормотал Сергей. — Ну я Альшанский. Чего?
— Где ваша жена? — Антон смотрел упрямо. — Если ее местонахождение не будет установлено, подам заявление в полицию об оставлении в опасности тяжелобольного человека.
— Да, господи, жива она, — отмахнулся Сергей. — В деревне своей, в родительском доме.
— А вы ей рассказали об ошибочном диагнозе? — настойчиво расспрашивал Антон.
— Не успел еще, — зевнул Сергей. — Куда спешить-то, раз она все равно не при смерти?
— Адрес быстро, — потребовал Антон. — Иначе полицию вызываю прямо сейчас.
— Да, пожалуйста. — Сергей продиктовал адрес. — Если охота кататься в эту глушь, я не возражаю.
Он ушел в дом, не пытаясь продолжить разговор, а Антон поспешил на автостанцию, попутно посмотрев в интернете, как добраться до деревни. В это время Сергей звонил Ирине, чтобы ее поторопить.
Он понимал, что с возвращением жены сделка сорвется, и денег он тогда не получит. До деревни Антон добрался уже в сумерках. Автобусы ходили всего четыре раза в день.
Продолжение :