Иногда я смотрю на этих малышей и думаю: а хватит ли у меня сил еще на одну историю? Еще на одну боль, завернутую в белый комочек шерсти? Шарлиз появилась у нас не так давно, но уже успела разорвать мое сердце на мелкие кусочки своими глазами. Эти проклятые глаза... Знаете, что самое страшное в моей работе? Не грязь, не отсутствие денег, не боль в спине от подъема мешков с кормом. Самое страшное — это понимание, что каждый новый малыш может стать последним, кого я смогу спасти. Хочу рассказать сегодня про Шарлиз. Она смотрит на меня так, будто знает что-то важное. Что-то, о чем я боюсь даже думать. В этих глазах столько мудрости для такого крошечного создания... Иногда мне кажется, что она понимает больше, чем все мы вместе взятые. Понимает, что шансов найти дом у белых котят больше, чем у рыжих больных малышей. Понимает, что красота — это ее единственный билет в лучшую жизнь. Но красота в приюте — это проклятие. Потому что все ждут, что красивых разберут быстро. А когда не разбирают