Ольга думала, что это никогда не кончится. Эти вечные качели: то она слышит голос любимого мужа где-то сверху, то вдруг проваливается в чёрную бездну, набитую страхами.
Сейчас ей казалось, что она на подъёме. Мужа рядом не было, и Оля уже приготовилась, что вот-вот рухнет вниз, но ничего такого не случилось. Она подождала чуток, а потом попробовала открыть глаза. Ослепительный свет сразу ударил по ним, вызвав резкую боль. Вокруг запищали приборы, замигали лампочки, и в тот же миг над ней склонилось чьё-то лицо.
Оля прикрыла веки. Она поняла, что лежит в больнице, вокруг снуют люди, и падения вниз больше не будет. Но странно, она никак не могла вспомнить, зачем здесь оказалась и как сюда попала.
Они с Серёжей ехали в машине. Потом он сказал, что ему срочно надо выйти. Оля никак не могла припомнить, зачем именно ему это понадобилось. Он вылез, она поехала дальше, и уже на спуске к дому руль вдруг перестал слушаться. Да, она помнит, как в панике крутила руль туда-сюда, но машина не реагировала. Потом Оля со всей силы ударила по тормозу, и на этом всё. Она никак не могла вспомнить, сработали тормоза или нет.
Ольга застонала.
— Сейчас станет полегче, не переживай, — сказал мужской голос.
Дашенька сидела в своём укрытии. Она отлично понимала — бабуля повторяла это сто раз, — что если Дашу заметит начальство, бабулю сразу уволят. И тогда прощай вкусные конфеты и новые бантики, потому что на бабулину пенсию хватало только на самое необходимое.
Даша, кстати, часто думала: если убрать эти непонятные необходимые вещи, которых она в глаза не видела, то пенсии хватило бы и на бантики, и на конфеты. И не пришлось бы им с бабулей таскаться на работу.
Хотя девочке здесь нравилось. Она даже решила, что когда вырастет, обязательно станет врачом и будет спасать всех подряд.
За этой тётенькой она наблюдала уже давно. Тётя лежала в палате одна, так что прятаться здесь было просто. Правда, сегодня тётя очнулась, и врачи набежали толпой, но Даша затаилась надёжно. Никто её не найдёт. Главное, чтобы бабуля не хватилась, а то попадёт по первое число.
Только вчера бабуля её отчитывала.
— Даша, ты что делала на третьем этаже? — спросила она.
Девочка делала вид, что жуёт и ничего не слышит. Знала, что бабуля не отстанет, но нужно же было что-то придумать.
— Даша, — вздохнула бабушка.
— Бабушка, ну я случайно шла-шла по лестнице, а потом бац — и уже на третьем этаже, — сказала Даша.
— Ну и что помешало развернуться и вернуться на второй? — спросила бабушка.
— Бабуль, да ты что? Там так интересно, так красиво.
Мария Ивановна посмотрела на неё строго.
— Ещё раз узнаю, что ты там была, будешь сидеть дома и готовиться к школе. Ну всё, споры закончены.
Даша обиженно засопела. На втором этаже было всё самое интересное. И эта женщина, в палате которой она сейчас пряталась, тоже была на втором этаже. Там вообще столько всего происходило. Женщина спала несколько дней, а к ней приходил муж. Но он не грустил, а радовался и всё время говорил кому-то по телефону: подожди, осталось чуть-чуть, и скоро он станет богатым.
Даше он не понравился, и вот только что она его видела. Он недолго посидел в палате, даже не порадовал жену, что пришёл, а наоборот, скривился и ушёл.
Даша дождалась, пока все разойдутся, и тоже выскользнула за дверь. Нужно показаться бабуле, а то она начнёт орать.
Бабуля мыла пол, глянула на неё и улыбнулась.
— Сходи на улицу. Погода такая прекрасная, но только с больничного двора никуда не уходи.
— Хорошо.
Даша побежала, подпрыгивая, на улицу. Здесь можно было гулять спокойно, не боясь, что тебя заметят. Она любила забираться в самые дальние уголки парка. Туда обычно никто не заглядывал.
— Я не знаю, что происходит. Я что ли её разбудил? И что ты мне предлагаешь? Интересно, как? — услышала Даша.
Девочка прижалась спиной к стволу дерева. Голос показался очень знакомым.
Она осторожно выглянула. Ну так и есть. Тот самый мужчина — муж пациентки, которая сегодня очнулась.
Интересно, чего он такой злой? Вроде жена поправляется, надо радоваться.
— Всё, давай, жду. Я тут, в больничном парке, у пруда.
Даша решила, что обязательно дождётся того, с кем разговаривал этот мужчина. Она почувствовала себя настоящим детективом.
Ждать пришлось недолго. Через полчаса в этот тихий уголок парка пришла молодая женщина.
Даша даже внутренне ахнула, насколько та была красива. Но хоть и очень красивая, желание знакомиться поближе она не вызывала.
Мужчина бросился её целовать, а незнакомка сказала:
— Давай по делу, всё остальное потом.
Дашенька затаилась, понимая, что происходит что-то неправильное.
— Вот, держи. Не смог сделать так, чтобы она не проснулась. Это нужно в капельницу выпустить. К утру будешь свободен, — сказала женщина.
— Но это же убийство, — возразил мужчина.
— Убийство? Это когда сидишь на деньгах и не можешь ими пользоваться. Но если не хочешь, живи с ней дальше. Я себе быстро найду нормального мужика с бабками, а не такого, как ты, — ответила женщина.
— Светочка, ну ты чего, перестань, я всё сделаю, всё так, как нужно, — сказал мужчина.
Даша тихо попятилась, а потом бросилась бежать. Было очень страшно, так страшно, что даже коленки дрожали.
Какое-то время она отсиживалась в коморке, где стояли швабры.
Когда в больнице стало потише, Даша выбралась наружу. Знала, что нельзя, но её как магнитом тянуло в ту самую палату, где она в последнее время часто пряталась.
Бабули рядом не было, она занималась своими делами, так что Даша осторожно пробралась к двери. Женщина не спала. Даша ещё подумала, что с открытыми глазами она выглядит намного лучше, чем когда постоянно спит.
И уже хотела тихонько прикрыть дверь, но Ольга заметила её и слабо улыбнулась.
— Привет.
Даша была девочкой вежливой, так что просто так уйти не смогла.
— Здравствуйте.
Она вошла в палату и тихонько прикрыла дверь.
— А ты что здесь делаешь?
Даша подошла поближе.
— У меня бабуля здесь работает, полы моет. Ну, чтобы денег на всё хватало. А я с ней прихожу. Только она не знает, что я здесь. Если узнает, ой, задаст мне.
— Что, обижает тебя?
— Да нет, она у меня хорошая.
Женщина снова улыбнулась, и Даша подумала, что ей очень жалко её. Она же точно хорошая, это видно. А вот её муж...
И тогда Даша решилась — ведь никто ничего не знал, кроме неё.
— А как вы себя чувствуете?
Ольга улыбнулась. Ей очень понравилась эта девчушка.
— Уже получше. Слабость сильная, но доктор сказал, что всё хорошо, всё пройдёт.
— А спать не хотите?
— Ну пока нет. Но вообще спать я ещё много буду.
— Я бы на вашем месте сегодня вообще не спала. Ни днём, ни ночью, особенно ночью.
Ольга удивлённо подняла на неё глаза.
— Почему?
— Не могу вам всё рассказать, но спать вам точно нельзя. Ваш муж плохое против вас придумал.
Ольга хотела сказать, что Серёжа никогда, что он её любит и у них замечательная семья, но не успела. Малышка уже убежала.
Оля поморщилась. Ребёнок с виду такой приятный, а оказался совсем неприятным внутри.
Ну ладно, она же забудет этот разговор, и, скорее всего, девочку даже не увидит больше.
Ольга немного подремала, а потом услышала, как открывается дверь. Открыла глаза и улыбнулась.
— Серёжа, — прошептала она, увидев мужа.
Муж очень резко обнял её и сразу отстранился, сел на кресло у стены.
— Ну, как ты, Оля? Как самочувствие?
Ей хотелось, чтобы он сидел ближе, чтобы можно было держать его за руку. Она вздохнула.
— Пока не очень понимаю.
И обратила внимание, что руки Сергея постоянно стряхивают какие-то невидимые пылинки с одежды. Это выглядело странно. Она видела у мужа такой невроз лишь раз — когда он на три дня завис с друзьями на какой-то даче. И, кстати, она до сих пор сомневалась, что это была именно дача.
— Ну, самое страшное позади. Оль, мне идти надо. Потом ещё зайду.
— Серёж, ты ничего от меня не скрываешь?
Он даже взвизгнул.
— Оль, да ты, наверное, ещё от лекарств не отошла. Что я от тебя могу скрывать?
— Серёжа...
— Ольга, мне нужно бежать.
Он вышел за дверь и даже её не поцеловал.
Она задумалась: да что происходит-то? Муж, который так её любит, ведёт себя так странно.
Теперь заснуть не выходило ни в какую. Она всё перебирала в голове его слова и жесты, разбирала их как бы со стороны — такого раньше не случалось — и ничего утешительного из этого не получалось. А что же хотела сказать та девчушка? Может, Серёжа в итоге надумал прибрать к рукам её дело? Они ведь пару раз заводили об этом речь, но Оля каждый раз пресекала такие разговоры на корню. И вот теперь почему-то подумалось, что всё к тому и ведёт, особенно с учётом её нынешнего состояния — повод-то идеальный.
Ольга нажала на кнопку вызова. Медсестра появилась почти сразу.
— Пожалуйста, дайте телефон на минутку. Срочно нужно позвонить, без этого никак.
Оля взяла трубку и набрала номер полиции. Кратко объяснила свои подозрения — основываясь на словах девочки и странном поведении мужа. Она попросила приехать и проверить, что происходит. Полицейские выслушали и решили устроить засаду прямо в палате, чтобы поймать с поличным, если муж вернётся с дурными намерениями. Они спрятались за ширмой и стали ждать. Оле и бороться со сном не пришлось — она просто лежала, уставившись в потолок, и размышляла, что, пожалуй, напрасно подняла весь этот переполох и взбудоражила людей. Ведь не способен её Серёжа на подлость. Хотя деньги... Кто ж их не любит?
Дверь приоткрылась без шума и тут же захлопнулась. Но Оля разглядела, как в палату кто-то шмыгнул. Она заметила, что тень приближается к её койке. Прикрыла веки чуть-чуть, чтобы вошедший решил, будто она дремлет. Тень постояла секунду и направилась к стойке с флаконами для капельницы. Ещё миг — и свет вспыхнул. С шприцем в руке у стойки замер её ошарашенный Серёжа.
— Серёжа, что ты тут затеваешь? — спросила она.
Из-за ширмы шагнули двое парней. Один аккуратно вынул шприц из пальцев Сергея.
Когда Оле объяснили, что за вещество было в шприце и как оно бы на неё повлияло, она едва не отключилась.
— Нет, он не мог этого сделать, — прошептала она в шоке.
— Ольга Мироновна, извините, но вот что мы узнали, — ответил один из мужчин. Утром вы бы просто не очнулись. Сердце остановилось бы прямо во сне. Ваш муж на допросе во всём признался и указал, откуда взял этот препарат.
Если честно, ей уже было всё равно. Спросила просто так, для порядка.
— Вы знакомы со Светланой Семёновой? — продолжил он.
Ольга широко распахнула глаза.
— Конечно, она моя дальняя родственница. Какое-то время даже жила у меня, пока обустраивалась в городе. Она вошла в доверие, чтобы через мужа приблизиться к моим деньгам.
— В общем, она сообщница вашего мужа и к тому же его любовница.
— Любовница? — переспросила Оля.
В голове у неё всё встало на места. Теперь картина прояснилась полностью.
— Я всё поняла. Спасибо. И пожалуйста, без всяких поблажек.
— И это ещё не всё, — продолжил мужчина. Ваш муж сам подпортил тормоза в машине и проехал с вами лишь небольшой участок. Знал, что там нет опасных виражей или спусков, где авто могло бы окончательно отказать. Он хотел инсценировать аварию, чтобы вы попали в больницу, а потом довести дело до конца, чтобы всё выглядело как естественная смерть от осложнений — ради наследства и страховки.
Оля зажмурилась. Больше разговаривать не хотелось.
Через две недели Олю выписали из больницы. Она вернулась в опустевший дом, прошлась по всем помещениям. В каждом углу здесь витали воспоминания о тех временах, когда они были вместе. Оля шагнула на улицу, глубоко вдохнула и заказала такси.
Врач поднялся со стула, завидев её.
— Что-то стряслось?
— Не то чтобы. Скажите, у вас работает санитаркой пожилая женщина, которая приводит с собой внучку?
— Они вас потревожили? Мы её сразу уволим.
— Нет-нет, напротив, я хочу их отблагодарить от души. Ведь девчушка меня и предупредила о беде.
— А, понятно. Ладно, сейчас разыщем.
Спустя час Ольга уже стояла перед скромным домиком в частном районе. Он был ухоженный, хоть и небольшой, видавший виды, но вполне уютный. Она постучалась.
Дверь распахнула та самая девчушка.
— Приветик.
— Добрый день.
Глаза девчонки загорелись.
— Выходит, вы той ночью не уснули?
— Не уснула. И приехала, чтобы сказать тебе огромное спасибо. Тортик прихватила — чаем угостишь?
— Ещё бы, заходите. Бабушка обрадуется вас увидеть. Только я ей ничего не проболталась.
— Может, и не стоит?
— Ну давай не будем рассказывать.
Бабушке в итоге пришлось выложить всю правду. Она из тех, кого не обманешь. Ольга извинилась и попросила не бранить внучку.
— Да что вы, не стану, — ответила Мария Ивановна. Она в родителей пошла — не умеет молчать или проходить мимо, если видит несправедливость. Они ведь из-за этого и погибли: заступились за девушку, отогнали хулиганов.
Оля кивнула.
— Примите мои соболезнования. А Даша? Она мне жизнь спасла, и я перед ней в неоплатном долгу. Если не возражаете, хотела бы поучаствовать в её судьбе, показать ей мир, помочь с обучением.
Мария Ивановна вытерла глаза.
— Да как же против, я всем сердцем за. У нас ведь больше родни-то и нет. Так что если вы войдёте в нашу семью, мы будем счастливы.
Оля не выдержала и обняла их обеих — и бабушку, и Дашеньку.
А после они втроём отправились на море, где делились историями и сближались день ото дня. По возвращении Ольга помогла с переездом в свой просторный дом. Они вместе обустраивали комнаты для Даши и бабушки, чтобы всем было уютно. Ольга почувствовала, что обрела новую семью, которая даёт поддержку. А первого сентября они втроём проводили Дашу в престижную гимназию, и девочка сияла от счастья.