Малый Дровяной переулок – это такой небольшой, в 230 метров, отнорок от Николоямской улицы, что была когда-то частью Алексеевской слободы, местности, которую в девятнадцатом столетии активно заселяло русское купечество. Здесь же, на левом берегу Яузы за пределами Земляного Вала, к западу от Спасо-Андроникова монастыря пролегала Греческая слобода – земля, заселяемая выходцами из Константинополя, Афона, Валашского княжества и Сербии – теми, кто бежал от турецкого притеснения.
Давным-давно на месте Дровяных переулков существовала площадь, на которой торговали, как можно догадаться, дровами, и стояли дровяные склады.
Это еще один кусочек Старой Москвы, в который попадаешь, как кажется, на машине времени. Здесь больше современных построек, чем на бывших Большой и Малой Алексеевских улицах, но все же старорусская пастораль сохраняется в этих переулках. Сохраняется и чувствуется.
Мой нынешний архитектурный герой – двухэтажный дом с четырехскатной крышей и арочными окнами второго этажа. Сегодня он находится на реставрации с приспособлением под современные нужды и является объектом культурного наследия регионального значения. И это…
…Главный дом усадьбы купца Ломова
Одно из творений тех лет, когда Москву, спаленную пожаром, возрождали, отстраивая заново, возведенный в 1819 году по одному из проектов Комиссии для строений в Москве, он достался купцу, владельцу мастерской серебряных изделий Алексею Ивановичу Ломову. Тот владел усадьбой до 1847 года, а после его кончины имение перешло в руки сибирского негоцианта Федора Егоровича Калмыкова.
Тот прожил здесь пятнадцать лет, не оставив о себе никаких особенных упоминаний в Истории. И вот, наконец, в 1872-м усадьбу приобрел…
…Продавец шелковых товаров Иван Петрович Брашнин
Этот купеческий род сегодня не так хорошо известен, как некоторые другие фамилии московских промышленников, благотворителей и меценатов. Однако он незримо связан со знаменитыми Морозовыми. И те, и другие начали свой путь в купечество как крепостные крестьяне помещика Николая Гавриловича Рюмина из Богородского уезда Московской губернии (нынешний Орехово-Зуевский район).
Разве что только малой родиной Морозовых было село Зуево, а Брашнины вышли из деревни Дубровка или Дуброво.
Историки и лингвисты считают, что фамилия эта произошла от славянского слова «брашно», то есть кушанье, пища, а то и человек, любящий хорошо угоститься.
Семейным делом Брашниных был шелк. Которым, кстати, промышляли и все те же Морозовы. А кроме производства и торговли Иван Петрович, новый владелец этой усадьбы…
…Увлекался идеями, что исповедовал Лев Николаевич Толстой
И общечеловеческими – такими как любовь к ближнему и самосовершенствование, и тем, что для многих тогда являлось сомнительным: пацифизм, отвержение Церкви как института, неприятие благ цивилизации и общественных устоев, вегетарианство.
Они дружили – купец и писатель-граф. Лев Николаевич часто бывал у Брашнина в гостях в этом доме, а Иван Петрович навещал Толстого в его жилище. Последний раз писатель был в Малом Дровяном переулке, посещая своего друга уже смертельно больного.
Как вспоминала жена его сына, убежденный толстовец, Иван Брашнин из всей Библии особенно почитал Евангелия. И ежедневно читал их вслух… но читал со своими комментариями, имея на многие места собственное мнение. Если ему что-то в Слове Божьем не нравилось, он твердил: «это прибавлено» или «это попы выдумали». А вот регулярные чтения романов Достоевского подобных высказываний не вызывали.
«Семья была строгая, на первом месте послушание и подчинение. Иван Петрович был человек серьезный, невеселый, нешутливый, даже суровый, очень деловитый. По смерти все отказал сыну, но при жизни держал все в своих руках. Учил довольствоваться необходимым…
…Он очень любил лошадей, даже был у него конский завод свой, маленький, любительский. Вечерами хаживал в трактир на Таганку чаю попить с приятелями, которым растолковывал, как понимать Евангелие и церковные обряды»
(Из воспоминаний невестки Ивана Петровича Натальи Павловны Брашниной)
В 1873 году усадьбу по заказу Брашнина перестроил архитектор Максим Карлович Геппенер. Тот облик главного усадебного дома, что мы видим сегодня, – его произведение.
(5 фото)
В 1898 году имение перешло по наследству сыну Ивана Петровича, потомственному почетному гражданину, гласному Московской городской думы и благотворителю, члену Общества поощрения рысистого коннозаводства в России Ивану Ивановичу.
Долгие десятилетия после революции дом оставался жилым. А в настоящий момент в нем располагается архитектурно-реставрационное бюро «Гинзбург Архитектс». По всей видимости, оно и выступает сегодня заказчиком реставрационных работ в доме.
* * *
Большая и искренняя благодарность каждому, кто дочитал до конца. Буду очень рад вашим оценкам, репостам и комментариям. Они помогут другим читателям находить мои заметки.
И конечно, не пропустите новые истории, ведь продолжение следует!