Скрип половиц раздражал. Катя вздрогнула, заворочалась в кровати. Шесть утра, а дочь уже вовсю шумит на кухне. "Опять кашу варит, как назло, прямо под дверью", - подумала Катя, чувствуя, как нарастает головная боль.
Депрессия после родов навалилась незаметно. Муж, вечно занятый на работе, обещал горы золотые, да все некогда. А Катя застряла в четырех стенах с пеленками и кастрюлями.
В один из таких особенно тоскливых дней раздался робкий стук в дверь. На пороге стоял сосед снизу, Антон. Худощавый, с тихой улыбкой и пакетом свежих булочек из пекарни.
"Здравствуйте, Катя. Это… ну, я тут подумал, вам, наверное, одной тяжело. Решил угостить вас чем-нибудь вкусненьким".
Катя растерялась. Антон казался человеком из другого мира. Он не говорил о графиках и зарплатах, а расспрашивал про погоду, про ее любимые книги. Слово за слово, и они уже сидели на кухне, попивая чай.
Через неделю Антон принес бутылку вина. "Просто так, для настроения", - сказал он, смущенно почесывая затылок. Катя отнекивалась сначала, но потом сдалась. Вино и правда помогло расслабиться, забыть о криках, каше и нескончаемой уборке.
"Знаете, Антон, а хорошо вот так, по-простому", - призналась Катя, когда в бутылке осталось лишь донышко.
"Еще бы! А у вас глаза красивые, когда вы улыбаетесь. Вам бы почаще улыбаться", - ответил Антон, глядя на нее с нескрываемым восхищением.
За вином пошли разговоры по душам. Катя рассказала про свою мечту стать художницей, про то, как она забросила все из-за семьи. Антон внимательно слушал, кивал, сочувствовал.
"А что мешает тебе сейчас начать рисовать? Вот прямо сегодня?" - спросил он однажды.
И Катя попробовала. Сначала карандашом, потом акварелью. Антон приносил ей холсты, кисти, краски. Хвалил каждый мазок, каждое пятнышко.
Однажды вечером, после очередной бутылки вина, Антон сказал: "Катя, я думаю, ты заслуживаешь большего. Ты достойна быть счастливой."
Она молчала, смотрела в его глаза, полные тепла и понимания.
"Я понимаю, у тебя муж, ребенок… Но ведь можно что-то изменить. Подумай сама. Подумай о себе".
После этого разговора Катя не могла спать. Муж стал казаться чужим, далеким. Его прикосновения вызывали раздражение. Антон, наоборот, притягивал к себе, словно магнит.
В один из вечеров, когда муж снова задержался на работе, Катя зашла к Антону. Она не помнит, как оказалась в его объятиях, как они целовались, словно в последний раз.
Утром Катя разбудила мужа и села на край кровати.
"Нам нужно поговорить, Сергей", - начала она.
"Что случилось? Ты что-то говорила про зубную боль…"
"Дело не в зубах. Я ухожу. Я больше не могу так жить."
Сергей опешил. "Куда уходишь? Что за бред?"
"К Антону. Я люблю его. И он любит меня."
В глазах Сергея читалось недоумение, гнев, обида. "К этому… алкашу? Ты с ума сошла? Ты подумала о дочери?"
"Я подумала о себе. И о дочери тоже. Ей нужна счастливая мать, а не загнанная домохозяйка."
Собрав вещи, Катя вышла из квартиры, оставив мужа и дочь в полном смятении. На пороге ее ждал Антон с сумкой и улыбкой.
"Ну что, поехали?" - спросил он.
Катя кивнула и взяла его за руку. Они ушли вместе, оставив позади прошлое и неуверенно шагнув в неизвестное будущее. Будущее, где она, наконец, сможет быть собой. Или, по крайней мере, попытаться.