Донецк - мой родной город, в нем я родилась и выросла. Конечно, всегда он был для меня лучшим городом на земле, я была уверена что останусь в нем до конца жизни. Сейчас, даже мысль о том чтобы съездить туда на выходные, разгоняют в моей голове бешеный поток самый негативных сценариев.
Весь период с 2013 по 2017 год я провела там, мне было 16 лет, когда все началось. Конечно, я не буду вдаваться в политические подробности, тут я пишу о себе.
Примерно за первый год обстрелов, разрушений и страха, я к этому привыкла, как и все там, поэтому остальные три года были для меня обычной жизнью, с поправкой на осторожность и небольшую тревогу. А потом все постепенно сошло на нет, появились планы на будущее и спокойна тихая жизнь.
В 2017 году я встретила своего будущего мужа, гуляла, любила, ездила с ним по стране и думала о дальнейшей жизни. Он запускал бизнес, работал, я помогала ему и была счастлива. Так в 2021 году мы узнали что ждем ребенка, мыслей о чем то плохом не было и была полная уверенность в завтрашнем дне.
12 феврале 2022 года я родила замечательного сынишку, как и положено на 4й день после родов мы приехали домой. Первые дни муж был со мной и помогал по хозяйству, на третий день он впервые оставил нас и поехал на работу, а мы остались с сыном вдвоем.
В 17:00 того дня, он приезжает домой и говорит мне о том, что мне нужно поехать и пожить у его знакомой в Ростове, забрать сына и уезжать сегодня.
Оказывается, глубокая зима и закрытые в квартире окна не позволили мне услышать звуки сирены по всему городу, а хлопоты с младенцем не дали возможности зайти в интернет и увидеть новости о том, что в нашем городе опять начались боевые действия.
Улыбка при виде мужа быстро сменилась на дикий страх на моем лице. Конечно я не смогла уехать с новорожденным ребенком в чужой город к чужому человеку, одной. Так начались самые ужасные 4 месяца моей жизни.
Мобилизация, обстрелы, грохот и страх за своего малыша.
Второй отъезд мужа из дома, пришелся на прилеты снарядов рядом с нашим ЖК, вернувшись он нашел меня в ванной, с ребенком на руках, сидящей на унитазе, качающейся вперед назад и смотревшей в одну точку. В ближайшие пол часа ребенка я не отдавала и еще несколько раз возвращалась в ванную, в ту же позицию. Так и прошли дни до мая.
В мае наконец мы смогли уехать в маленький городок, ближе к российской границе. Там было спокойно, но мысли о прилете ракеты в нашу квартиру приходили каждый день, а если выйти на улицу прокручивались сценарии о том как и куда бежать в случае взрывов поблизости.
Так прошел год, каждый день я думала о том что мне нужен психолог, что эти мысли не нормальны, но я списывала их на осторожность. К слову, начиная с апреля и примерно к пятому месяцу материнства, молоко окончательно покинуло меня, думаю по понятным причинам.
И вот, спустя год в провинциальной глуши, мы переехали в Питер, опасности нет, ракета не долетит, но тревога и не думала никуда уходить.
Опасность взрыва в метро, авария на дороге, по ошибке не закрытое окно и трагедия с маленьким ребенком, даже стоя на светофоре с коляской я думала о том что в нас влетит машина. Мой ребенок не гулял по траве в парке, чтобы его не укусил клещ.
Мир для меня опасен, каждую секунду может случится что то страшное. Если не выпить вина перед сном, то засыпала я ближе к трем часам ночи, не высыпалась и конечно была раздражительна.
И только в 2024 году я дошла до психиатра и получила диагноз тревожно-депрессивное расстройство и курс лечения. Только тогда я вспомнила, что когда то я была веселой и жизнерадостной, что не боялась жить, у меня были планы и мечты, без постоянного страха за жизнь, страха потерять ребенка или оставить его без матери. Я забыла какой я была до всех этих событий и совершенно потеряла себя. Оказывается пережить войну, не всегда значит ее «пережить».