Ала-Бахмаль: Редчайший Шёлк Эпохи Бухарского Эмирата.
Культурный и Социальный Статус Ткани
Ала-бахмаль (узб. Alo-baxmal) представляет собой вершину традиционного узбекского ручного ткачества, уникальный вид ворсовой ткани из натурального шёлка и бархата, изготовленную с использованием техники иката (warp-ikat) и бархатного плетения.
Икат - древняя техника тканья, распространённая в Центральной Азии с античных времён, пришедшая через контакты с восточными и юго-восточными ремесленными традициями и с культурным наследием австронезийских и даякских народов, с историей более 5000 лет, пришедшее в Среднюю Азию по Шёлковому пути.
Термин "шёлково-бархатная" (или шелк + бархат) точно отражает его состав и эстетические качества изготовленной в технике иката. Его производство было сосредоточено в основном в Бухаре во второй половине XIX — начале XX века (приблизительно 1860–1910 гг.). Подобные ткани также ткались в Фергане, Ташкенте и Самарканде, но именно бухарские образцы отличались сочетанием бархата и иката. Этот короткий период обусловлен как социально-экономическими изменениями, так и невероятной сложностью изготовления.
Ала-бахмаль редко был доступен широким слоям населения и являлся предметом исключительной роскоши, служил прямым маркером высокого социального статуса и использовался исключительно для праздничной, дорогой одежды. Одежда из него считалась настоящей роскошью по всей Центральной Азии. Ала-бахмаль, будучи дорогой, редкой тканью ручного ткачества, производившейся в Бухаре, являлся символом роскоши, вкуса и мастерства.
Важно отметить: В Центральной Азии в тот период (Бухарский эмират, Хивинское и Кокандское ханства) именно тюркско-узбекские правители и высшая знать могли позволить себе столь дорогие и трудоёмкие ткани. Ала-бахмаль, наряду с золотным шитьём, занимал высшую ступень в иерархии узбекского текстиля, символизируя власть и богатство правящей династии и высшего духовенства.
Существуют отдельные музейные и частные образцы ала-бахмаля, длина которых может превышать 6 метров, что подчёркивает ценность и редкость ткани.
Визуальный эффект ткани, где полосы синего и белого цвета чередуются в характерном для иката рисунке, подчёркивает её художественную ценность.
Шёлковая Традиция
Ценность шёлка в Центральной Азии имеет древние корни; торговля им велась с античных времён.
Шёлк был не просто товаром, а редкостью и дорогим средством обмена: им платили дань и рассчитывались при торговых сделках. Археологические находки в Кампыр-Тепа (III–II вв. до н. э.) свидетельствуют о развитии ткацкого и красильного ремесла на территории современного Узбекистана уже в эллинистический период. Фрагменты шёлка, обнаруженные на месте, свидетельствуют о продвинутой технике, однако прямых доказательств местного производства шёлка пока нет, что оставляет открытым вопрос об импорте.
Исторически Бухара была главным центром производства тканей. Позднее, важные ткацкие мастерские, в том числе икатового ремесла, обосновались в Маргилане Ферганской долины.
Технологическая Уникальность: Бархат и Икат.
Ключевая особенность ала-бахмаля заключается в виртуозном сочетании двух сложнейших техник: ворсового (бархатного) плетения и иката основы (warp-ikat)
Warp-ikat - это технологическая основа для узбекского иката, включая ала-бахмаль, где узор создается путём предварительного окрашивания нитей, натянутых вертикально на станок.
Бархат (Бахмаль): Обеспечивает богатую текстуру и глубокий цвет. Для его создания использовалась дополнительная нить, которая поднималась над основой и разрезалась, образуя характерный мягкий ворс.
Икат обеспечивает характерный для центральноазиатского узбекского шёлка размытый, «пламенеющий» узор. Нити основы окрашивались вручную по заданному рисунку до процесса ткачества, а затем натягивались на станок, где мастер должен был с максимальной точностью совместить их с ворсом.
Сырьём служил высококачественный натуральный шёлк. Самостоятельное развитие в регионе приёмов комбинированного плетения (икат + бархат) является доказательством самобытности текстильной традиции Центральной Азии, которая, хотя и опиралась на китайскую серикультуру и арабскую лексику, достигла здесь высшей точки художественного и технологического расцвета.
Этимология Названия: Диалог Культур и Узбекское Чудо.
Использование "АЛА": Подчеркивает, что эта ткань относится к группе икатовых тканей, таких как Алача или Адрас.
Название «Ало-Бахмаль» (Alâ-Baxmal) представляет собой классический пример культурного и языкового синтеза, характерного для региона:
Тюркский Компонент: «Ала / Ало»
Слово «Ала» (или вариант «Ало») является исконно тюркским лексическим элементом. Оно означает «пёстрый», «разноцветный», «пятнистый», «пегий», «игривый в цвете» и описывает узорчатую, переливающуюся природу иката. Оно встречается во всех тюркских языках - от древнеуйгурского, древнеузбекского до современного узбекского, турецкого, карачаево-балкарского, татарского, башкирского, казахского, кыргызского, гагаузского.Слово ала («пёстрый», «разноцветный») имеет древнетюркские корни и встречается во многих тюркских языках, обозначая игру цветов и узоров.» Оно зафиксировано в древнеуйгурских текстах. Это родное слово, связанное с идеей узора и игры цветов. Корень ala широко представлен в тюркских языках. В период Кушанской империи (I–V вв.) и особенно в эпоху тюркско-согдийских караванных путей, узорчатые тюркские ткани, известные как ala kumaş («пёстрые ткани»), распространялись по Великому Шёлковому пути.
Центрами производства и торговли были Самарканд, Фергана, Балх, Тахаристан-отсюда караваны несли ткани через Гандхару и Капису (нынешний Афганистан) в северную Индию.
Именно торговцы согдийские и тюркские ремесленники, проживавшие в Центральной Азии, стали ключевыми проводниками технологий. Они адаптировали и распространили как саму технику ткачества, пришедшую от наследия Китая и Индонезии, так и соответствующую терминологию (ала), перенеся их через эллинистический период до Индии и вплоть до расцвета Бухарского Эмирата.
Попадание в Индию и изменение звучания (VII–X вв.) Ала в Алача.
С VII века вместе с тюрко-согдийскими ткачами (многие из которых переселялись на юг с волнами миграций) слово Alača стало известно в северной Индии.
В индийской письменности того времени оно передавалось как الچه (alcha / alcha cloth) - с сохранением основы «ala».
В эпоху Делийского султаната (XIII–XIV вв.) и особенно при тюркских и тимуридских династиях Индии (Гийас ад-Дин Балбан, Ала ад-Дин Хильджи, Бабуриды)
термин «Alača» закрепился в индийских источниках как Alacha (अलचा) — обозначение полосатой или пёстрой ткани, чаще хлопковой или шёлковой.
Этимология слова Ала (пёстрый, разноцветный) является тюркской. В исконном персидском языке (фарси) нет прямого эквивалента, используются описательные слова:
Рангаранг (رنگارنگ):
Что в переводе разноцветный, пёстрый. (Самый общий аналог для ткани)
Хальдар (خالدار): пятнистый.
Это слово отсутствует в персидском (фарси) языке. Его наличие в современном таджикском языке обусловлено прямым и ранним заимствованием из тюркских языков, что подчеркивает глубокое взаимовлияние и лингвистическое доминирование тюркских терминов в сфере материальной культуры и ремесел Центральной Азии.
Арабский компонент: «Бахмаль»
Слово «Бахмаль» является лексическим заимствованием. Оно восходит к арабскому слову المَخْمَل (аль-махмаль)!
Это подтверждает, что слово имеет арабский корень и означает «бархат». От арабов слово попало к персам, а потом - в тюркские языки, где прижилось как бахмал, бахмаль, бахмалъ.
Таким образом, когда тюркские мастера соединили эти два слова, получилось «Ала-Бахмаль» - буквально «Пёстрый Бархат».
Каждый кусок ала-бахмаля - как ожившая история: узоры и цвета говорят на языке степей и дворцов, где тюркское слово «ала» встречается с арабским «бахмаль», создавая одно - чисто узбекское чудо.
Даже слово «бархат» восходит к арабско-тюркскому barracan - «род чёрной одежды», в русский язык пришло через немецкий и польский языки.
Как сообщает энциклопедия Британика, техника бархатного ткачества зародилась на Дальнем Востоке, по мнению исследователей, впервые бархат был произведён в Китае, а затем в Индии.
Возрождение: Роль Узбекской Династии Мирзаахмедовых.
После почти столетнего перерыва, вызванного социально-политическими потрясениями начала XX века, искусство изготовления ала-бахмаля было возрождено в конце 1990-х годов благодаря усилиям династии мастеров-иката Мирзаахмедовых из Маргилана.
Тургунбай Мирзаахмедов (р. 1944) - узбекский мастер, представитель седьмого поколения потомственных ткачей из Бухары и Ферганской долины, которые веками занимались ручным ткачеством. Он профессионально владел всеми тонкостями ручного ткачества. Его национальная и региональная принадлежность имеет принципиальное значение, так как он сыграл ключевую роль в сохранении всей палитры узбекского ручного ткачества. Он не только талантливый мастер, но и человек, болеющий за сохранение традиций.
Тургунбай-ака стоял у истоков фабрики «Ёдгорлик», где разработал более ста уникальных узоров тканей. Он восстановил производство таких классических тканей, как шоий, адрас, бекасаб, банорас, которые к 1950–60-м годам уже почти исчезли. Ткани, сотканные им, по праву считаются эталоном узбекских шёлковых изделий. Изготовление каждой ткани - процесс долгий, кропотливый и трудоёмкий, включающий 38 этапов. Благодаря таким мастерам, технологии сохранились и до сих пор радуют ценителей.
Тургунбай Мирзаахмедов стал первым мастером Узбекистана, получившим сертификат ЮНЕСКО за вклад в сохранение традиций ремесла. Он передал свои знания сыну Расулу, который продолжает дело отца, развивая цветовые сочетания и узоры.
К концу 1990-х годов Расул Мирзаахмедов начал восстановление традиций уникального вида ткани - ала-бахмаля, который перестали производить почти на целый век. Он искренне хотел показать миру изысканные творения прошлого. Эта работа требовала не только реконструкции утраченных узоров, но и возрождения специфической, крайне трудоёмкой техники совмещения иката с бархатом. Возрождение ала-бахмаля под руководством Расула Мирзаахмедова демонстрирует жизнеспособность узбекского традиционного ремесла и его способность адаптироваться к современным условиям, обеспечивая сохранение уникального культурного наследия Узбекистана.
Сегодня образцы ала-бахмаля хранятся в крупнейших музейных и частных коллекциях мира, служа эталоном центральноазиатского текстильного искусства. Восстановленное производство позволяет не только сохранить технологию, но и вновь ввести эту ткань в обиход. Ала-бахмаль является важным артефактом, иллюстрирующим сложность и глубину ремесленных традиций Бухарского эмирата, а его название служит лингвистическим доказательством многовекового взаимодействия и синтеза тюркской культуры с Китаем, Индонезией и арабским миром.
Литература и источники:
- Gasparov, B. The Fabric of Culture: Ikat Textiles from Central Asia. — New York: The Textile Museum, 2015.
- Muminov, R. Bukhara Textiles: Silk and Velvet Traditions of the Emirate Period. — Tashkent: Oʻzbekmuzey, 2012.
- Gulomova, S. A. Икат Узбекистана. Искусство узорчатого шелка. — Ташкент: Fan, 1989.
- Mirzaakhmedov, R. T. Handwoven Silk of Margilan: Revival of the Ala-Bakhmal Tradition. — Margilan: Yodgorlik Press, 2010.
- Vial, V. Ikat: Silks of Central Asia, The Fabric of Life. — London: Thames & Hudson, 2003.
- Abdurahmanova, D. Central Asian Velvet Ikats (Ala-Bakhmal): Technology and Symbolism. — Samarkand: Institute of Oriental Studies, 2018.
- Fraser-Lu, S. Handwoven Textiles of Central Asia. — Oxford: Oxford University Press, 1999.
- National Museum of Uzbekistan (Catalog). Textile Heritage of Bukhara Emirate: Silk and Velvet Collections. — Tashkent, 2005.
- UNESCO Intangible Heritage Reports. Traditional Uzbek Silk Weaving of the Fergana Valley (Yodgorlik Workshop). — Paris: UNESCO, 2002.
- Encyclopaedia Iranica. Velvet and Silk Weaving in Central Asia. — Vol. VI, Fasc. 4. — Tehran–New York, 1993.