«Наша разведка выяснила, что немецкие артиллеристы для управления стрельбой по Ленинграду используют купола и шпили высотных зданий как ориентиры. С этим надо было что‑то делать, так как немцы стреляли по городу всё прицельнее и точнее».
Свой рассказ продолжает полковник Михаил Михайлович Бобров. Его воспоминания — это живая история о том, как горстка смелых людей лишила врага его глаз.
25 июля 1941 года была создана специальная служба технической маскировки города. Руководил ею главный архитектор Ленинграда Н.В. Баранов.
Что маскировали?
- Смольный — штаб Ленфронта. Его укрывали сетками с искусственными желтыми листьями осенью и белыми — зимой. Благодаря камуфляжу Смольный был абсолютно неразличим с воздуха.
- Военные корабли на Неве.
- Зенитные батареи.
- Главные памятники спрятали в футляры из мешков с песком. Лишь монументы Суворову, Кутузову и Барклаю‑де‑Толли оставили открытыми — мимо них шли на фронт колонны бойцов.
Но главной проблемой оставались шпили и купола. И вот почему.
«Группа наших разведчиков... захватила двух «языков». У немецких артиллеристов с собой были... панорамные фотографии города, сделанные через мощные фотообъективы. На фотографии город был разбит на квадраты, у всех важных объектов были номера. Помню, что Эрмитаж был под номером 9, Дворец пионеров – под номером 192».
На этих снимках красными стрелками были указаны километры до доминант — шпиля Адмиралтейства, колокольни Петропавловского собора, купола Исаакия. Синие стрелки показывали метраж до конкретных целей — заводов, верфей, кораблей. Это был идеальный прицельный план.
Что делать? Предлагали разное:
- Разобрать купола. Абсурд!
- Построить леса. Но где взять столько леса? Да и зажигательная бомба спалила бы их мгновенно.
- Использовать аэростаты. Попробовали — человека раскачивало на стропах, работать было невозможно.
И тут архитектор Наталья Уствольская предложила: «Использовать для маскировочных работ оставшихся в городе альпинистов».
Начались поиски. Первой нашли Ольгу Фирсову — она разгружала мины в порту. Потом — Алю Пригожеву и Алоиза Зембу.
«Алоиз нашёл уже меня. Я тогда больной, после ранения и контузии лежал в госпитале, который размещался в Инженерном замке... Алоиз, войдя в палату, громко спросил: «А где здесь мой друг Мишенька Бобров?». Вот так и сформировалась наша маленькая бригада маскировщиков‑верхолазов».
Исаакий. Первая задача.
«Его купол и звонницы мы покрасили шаровой масляной краской в сентябре. Мы начинали работу, сидя верхом на кресте (высота 101,5 метра)».
Алоиз Земба обучил рабочих‑ремонтников альпинистской страховке. Они спускались на веревках с фонарика купола и красили его со всех сторон.
«Купол Исаакиевского собора окончательно покрасили 11 июля 1941 года. И как только закончили маскировать Исаакий, сразу сократился прицельный обстрел в этом районе!»
Это был успех. Краска сливалась с мглистым небом, лишая врага главного ориентира.
«Позолота Исаакия и Петропавловки производилась с помощью гальванопластики... поэтому эти объекты можно было красить – серый камуфляж позже можно спокойной смыть химикатами, не повредив позолоты. А вот остальные шпили и купола решили закрывать чехлами...»
Так началась история ленинградских альпинистов‑маскировщиков — людей, которые на головокружительной высоте, под обстрелами и ветрами, спасали город, делая его невидимым для врага.
Начало рассказа Михаила Боброва про укрытие шпилей и куполов Ленинграда во время блокады здесь. Продолжение рассказа Михаила Боброва следует. Подписывайтесь на канал, чтобы не не пропустить!
Полный рассказ "Фронт под небесами. Блокада" читайте здесь. Бумажная книга с этим рассказом «Великая Отечественная в рассказах фронтовиков» здесь.
#подвигальпинистов #Исаакиевскийсобор #блокада #неизвестныестраницыистории #МихаилБобров #блокадаЛенинграда #история #военнаяистория #альпинисты #подвиг #Ленинград #Санкт‑Петербург #память #маскировка