Пробуждение после девишника на голосование
Утро выдалось немного тяжёлым. Мария открыла глаза и попыталась вспомнить, где она находится. «Хорошо отметили», — подумала Мария. — «Я вообще где? Хоть бы дома, а то папенька с маменькой ругаться будут». Мысли Марии метались как кошки по комнате, а взгляд метался по потолку.
«О, я дома. Да, вон ту трещинку я помню — сама её оставила, когда метнула меч. Маменька тогда ещё ругалась», — вспомнила Мария.
Мария села на кровати и потянулась. Рядом кто-то сопел — Мария медленно, очень медленно повернула голову. Рядом, обнимая большой цепной меч, дрыхла суккуба. Мария посмотрела на суккубу, на меч и выдохнула. «Не отдаст же», — с грустью подумала Мария. — «Как пить дать, не отдаст».
Рядом на диванчике спала кошка, обнимая руками и ногами шестиствольный пулемёт. Хвост кошки иногда подрагивал. «Что же ей снится?» — подумала Мария.
Чуть дальше на втором диване спал аллиен в броне космодесанта — рядом с аллиеном лежали две секиры, которые он изредка во сне гладил руками. «О, Ванька. Где мы ему броню нашли? А, в оружейной», — подумала Мария.
«Пьётся как водичка! Ну за встречу!» — подумала Мария. «Это всё Ленка виновата», — вспоминала Мария и посмотрела на суккубу. Суккуба мирно сопела во сне.
«Ладно, нужно вставать и будить остальных. И где только Олька нашла эту шестиствольную дуру», — подумала Мария. — «Мы же ещё и отлучались куда-то. Господи! Хоть бы не в этой системе», — подумала Мария и стала будить остальных.
*Ретроспектива номер.... очередная
*Неизвестная точка пространства и времени
Капитан буксира «Ездовой кис» Мяу Лин грустно смотрел на экраны — на некотором отдалении от его корабля перпендикулярно двигался пиратский крейсер и обстреливал буксир ракетами.
«Это будет тихий рейс — нужно доставить 5 контейнеров», — вспоминал Мяу слова диспетчера. «Вот тебе и тихий рейс. Да. Наверное, кто-то слил информацию пиратам», — подумал Мяу. Защитные беспилотники буксира пытались отразить атаку, но их было катастрофически мало — последний беспилотник сгорел в огне ракеты крейсера. «Это конец», — подумал Мяу.
Внезапно небо потемнело, и подул ветер. На горизонте показался корвет под парусами. Мяу протёр глаза руками, но картинка на экране не поменялась — корвет бодро шёл почти под всеми парусами. Капитан пиратского крейсера также протёр глаза — но… Ветер, паруса. «Глюки», — подумал капитан крейсера. — «Точно глюки».
Призывно завыл шквалистый ветер, и небо потемнело ещё больше — в дуновении ветра были слышны первые аккорды. Мяу протёр глаза — в считанных метрах от носа его буксира проплывал парусный корвет. Паруса были надуты ветром, и корвет величаво шёл по волнам.
На мостике корабля стояла женская фигура — словно воплощение грядущей битвы — одной рукой фигура сжимала штурвал, а другой держала тяжёлую широкую саблю. Рядом с ней стояли ещё две женские фигуры — суккуба и кошка. Мяу помотал головой, отгоняя видения. На борту корвета шла надпись «Валькирия». Корвет проплыл мимо буксира и, оставляя кильватерный след, устремился к пиратскому крейсеру. Сверкнула молния, и над волнами раздалась композиция «Король и Шут» — «Северный флот».
Капитан пиратского корабля протёр глаза, протёр экран — но картинка не изменилась. Сверху-справа, пересекая траекторию его крейсера, шёл корвет под парусами. Оружейные системы крейсера с трудом брали его в прицел. «Бездна, да что творится? Я, конечно, много чего видел — но такое в первый раз», — подумал капитан крейсера.
Женская фигура на мостике корвета посмотрела на буксир, и какая-то мягкая сила отодвинула его, чтобы не доставали оружейные системы крейсера, словно говоря: «Это не твой бой». «Северный флоооот — только вперёд!» — выводил солист «КиШ».
Капитан пиратского крейсера помотал головой — змееобразные были, конечно, слегка тормознутыми, но не до такой же степени. Но видение не исчезло — курсом зюйд-зюйд-вест на него шёл парусный корвет.
На бизань-мачте поднялся флаг с двуглавым орлом и затрепетал на ветру. Женская фигура подняла руку с саблей и указала на крейсер, словно говоря: «Иду на вы!»
Капитан крейсера взял себя в руки, и ракеты ушли к корвету. Какая-то неведомая сила отклонила ракеты, и они ушли в небеса.
«Экипааааааааааааж! К боооооооою!» — прозвучало над волнами. Корвет, пересекши траекторию крейсера, накренившись на левый борт, ложился на встречно-параллельный курс.
«Олька, выпускай блинд!» — разнеслось над волнами, и кошка метнулась на бушприт, выпуская парус. «Ленка, заряжай!» — последовала следующая команда, и суккуба метнулась к пушкам.
«Приготовиться к залпу левым бортом!» — и на борту корвета откинулся верхний ряд люков, показав жерла пушек. «Олька, помоги Ленке!» — раздалось с мостика, и кошка тенью метнулась к суккубе.
«Залп!» — борт корвета окутался пороховым дымом, и ядра ушли к крейсеру. Защитное поле крейсера мигнуло и погасло — удар ядрами был чудовищным.
«Огонь!» — и снова пороховой дым заволок борт корвета — ядра пробили обшивку крейсера, и крейсер мотнуло из стороны в сторону. Из пробоин повалила атмосфера, и на борту взвыли сирены тревоги. Капитан крейсера метался по рубке, судорожно пытаясь опустить переборки.
«На абордааааааааж!» — звучал голос солиста «КиШ».
«Ваня! Давай!» — послышалось с мостика, и чёрная тень с криком «За Императора!» сделала короткий разбег и прыгнула в направлении крейсера. В полёте тень подняла над головой две секиры — полёт был недолгим, и секиры вонзились в обшивку крейсера. Чудовищный удар потряс крейсер, и системы дали сбой.
Чёрная фигура вытянула обе секиры из обшивки и бросила взгляд в сторону буксира. Мяу с ужасом узнал в фигуре аллиена. На броне аллиена был виден двуглавый орёл, и Мяу обнаружил себя стоящим возле панорамного иллюминатора и отдающим честь аллиену.
Фигура подняла обе секиры и провела лезвиями друг по другу, словно затачивая их. Ближайшая орудийная турель попыталась достать аллиена, но он был быстрее, и удар секирой с разворота буквально снёс турель. Аллиен тенью заметался по обшивке крейсера, сметая орудийные турели и антенны сенсоров.
Корвет, заложив на левый борт, обходил крейсер с кормы. Молнии били с небосвода, и ветер разносил над волнами: «Северный флоооот!»
Нос корвета прошёл корму крейсера, и корвет шёл параллельным курсом.
«Перезаряжай!» — раздалось с мостика. «Огонь! Только Ваню не заденьте!» — и борт корвета окутался дымом. Тяжёлые ядра ушли к крейсеру, и снова обшивка не выдержала. Капитан крейсера судорожно пытался что-то сделать, но системы отказывали одна за другой. «Ваня! Давай обратно!» — и чёрная тень, разбежавшись, прыгнула в сторону корвета, по пути снеся пару турелей.
Капитан крейсера вспомнил об аварийном гипердвигателе и втопил клавишу. Крейсер, словно хромой и побитый паук, вполз в гиперпространство.
«Ушёл, зараза! Но в следующий раз достанем!» — раздалось с мостика. «Ой, домой пора, а то маменька ругаться будет!» — мигнула вспышка телепорта, и корвет исчез.
Мяу помотал головой: «Молоко точно было скисшим», — подумал он. — «Но накопитель нужно спрятать — дома покажу!» Вспыхнула вспышка, и «Ездовой кис» ушёл в гипер.
Где-то в глубине Уральских гор просыпались остальные…
Но это уже другая история…