Сегодня тема деликатная, но от неё никуда не уйти, всë равно все ухаживающие этим занимаются. Гигиена, уход, мытьë.
Часто так бывает, что выход лежит на поверхности, он простейший, но человек бродит в этом слепом пятне, тыкается, изобретает сложные пути. У меня всегда были проблемы с подмыванием мамы. Подмывание у нас происходило так.
Мама забиралась в ванну, стояла и держалась за бортики, я из душа мыла ей с мылом нижний этаж. Я искала какие-нибудь способы, чтобы ради мытья попы с писькой не затевать канитель с ванной. Для купания всей мамы - понятно, лезть в ванну разумно, но для мытья фрагментов хотелось найти что-то менее обременительное.
К тому же мама была пожилая, в детстве у неë была операция на тазобедренном суставе, он с тех пор у неё не такой подвижный, как у здоровых людей, поэтому в ванну мама не вспархивала дюймовочкой. Маму я мыла каждый день, поэтому хотелось облегчить жизнь ей и себе.
Я знаю, что дементные не любят мыться, и ухаживающие выдумывают разные хитрости, чтобы затащить их в ванну, покупают разные надувные приспособления для таких больных. Но в этих приспособлениях дементных ещё надо заставить стоять.
В первые годы подмывание у нас проходило более-менее нормально: мама понимала человеческий язык и, хоть без радости и желания, но всë же залезала в ванну. Потом жизнь осложнилась. До мамы всë хуже и хуже доходило то, что ей говорят, она не соображала, что я от неё требую, боялась лезть в ванну.
Я надрывала глотку: "Мама, залезай! Мама, закидывай ногу! Будет мыться!", пихала маму в ванну; сама забрасывала ногу, подавая пример; поднимала мамину ногу в надежде, что мама по инерции полезет вслед за ногой. Ничего не помогало. Мама стояла как истукан.
Она растерянно и беспомощно смотрела на меня, не понимая, почему я ору, что от неё требую, просила её выпустить на волю. Наконец, с 20-й попытки, у мамы в мозгу соединялись нужные проводки, и она забиралась в корыто. Делать ей это физически и психически становилось всë сложнее. Процедура стала выматывающей для нас обеих.
Я лихорадочно искала выход. Сначала придумала наливать воду в большой таз на полу, ставить туда маму (туда уж она точно б забралась - бортики низкие) и там мыть. Но с тазом дело по нескольким причинам не пошло. Да и придалбалась я каждый день мыть таз, мыть ванную после неизбежного расплескивания.
Однажды меня, как Ньютона под яблоней, осенило. Только я была не под яблоней, а под мамой. Мама сидела на унитазе после плановой дозы дюфалака, я периодически заглядывала ей со спины под попу - наблюдала, идёт ли процесс. И тут я подумала: ведь так же можно маму мыть!
Лить воду в промежуток между попой и унитазом, намыливать, смывать, поднимать, вытирать. Эврика! Реально же до идиотизма банальный способ, существенно облегчающий уход. Почему он мне раньше в голову не пришëл?!
Дальше, как любое изобретение, способ мной обтачивался, совершенствовался.
Сначала я мыла маму из ковшика. Ставила рядом с унитазом ведро с тёплой водой и ковшиком на маму лила. Вода из широкого ковшика лилась не целенаправленно, в узкой дырке между попой и унитазом орудовать ковшиком было неудобно. Я приспособила 1,5-литровую пластиковую бутыль.
С ней тоже не заладилось: во-первых, её тяжело было держать в одной руке, во-вторых, из неё вода лилась не тихой струёй, а рывками-выплесками под щелканье бутыли, в-третьих, бутыль мешала маневрировать своей длиной. Я взяла пластиковую бутылку из-под молока - литровую, короткую, с широким горлышком.
Дело пошло как по маслу! Я легко орудовала бутылкой в одной руке, вода лилась тихо, в нужном объëме, с бутылкой легко было разворачиваться в узком пространстве. Мама сидела на унитазе, я стояла сбоку, одной рукой из бутылки поливала, другой мыла. Потом я маму поднимала, вытирала, и мы, довольные и не измученные, выходили из туалета после помывки.
Если в ванной маме было то холодно, то жарко, то я боялась, что она поскользнëтся (хотя и коврик против скольжения в ванне лежал, и за бортики мама держалась) - на унитазе помывка была сплошным релаксом.
Мама твёрдо и устойчиво сидела, ни на что не жаловалась, благодушно руководила мной: "Водичка хорошая, тёплая. Вы добрая девочка. Мойте меня хорошенько... да, и тут, и вот там потрите... вот так, вот так". Добрая девочка старательно намыливала все закоулки, смывала, вытирала. Пара минут - и дело сделано.
За несколько месяцев до смерти, когда мама ещё не была лежачей, но ходила уже слабенько и не могла преодолеть маленький порожек в туалете, я перевела мытьё с унитаза на санитарный стул.
Сажала маму на стул с дыркой, под дырку ставила ведро. Рядом наготове была бутылка с водой, мыло, полотенце. Сиделка восхищалась, как я здорово придумала. А это была уже не придумка, а модификация моего прошлого открытия. Всë гениальное - просто.