3 мая 1943 года. На линии боевого соприкосновения в районе станице Крымской войска 56-й армии уже целый месяц ведут тяжёлые бои, пытаясь прорвать укрепленные позиции врага. На усиление нашей сухопутной группировки были направлены большие силы советской авиации. На передовой наблюдательный пункт прибыло высокое армейское начальство «с большими звёздами». Связист доложил: «Кореновская – на связи!». Командующий взял трубку и коротко произнёс: «Иван Андреевич – немедленно поднимай своих орлов и присылай сюда!». Присутствовавшие на КП одобрительно загудели: «совсем уже «мессеры» уже распоясались, скоро на уши садиться станут!»
Над аэродромом станицы Кореновской взвилась ракета. Командир 298-го истребительного авиационного полка подполковник Тараненко Иван Андреевич отправил в этот боевой вылет три пары под началом самого опытного своего комэска – майора Семенишина Владимира Григорьевича. Эскадрилье была поставлена задача – обеспечить прикрытие с воздуха командного пункта, того самого, откуда последовал запрос.
Жители окрестных станиц и хуторов провожали взглядами идущую на запад шестёрку истребителей с красными звёздами. К их необычной «внешности» уже успели привыкнуть, а ведь ещё шесть недель тому назад посчитали за вражеские! Теперь-то все знали, что это – «американские кобры», с автомобильными дверцами в кабинах, позади которых ревел мотор, а впереди грозным жалом блестела совсем не «самолётная» пушка. Вдали расстилалась бескрайняя Кубанская степь, навстречу мчались вражеские «сто девятые».
Так начинался знаменитый «групповой воздушный бой над Крымской». Но – обо всём по порядку.
298-й Истребительный Авиационный полк с самого начала был «особенным» . Именно его личный состав первым в Советских ВВС начал осваивать самолёты "Аэрокобра" в «ранних» модификациях: Р-39К и Р-39D-2. И также первым применил их в боях, в битве за Кавказ.
Полк был сформирован 1 июля 1941 года в городе Вознесенске. Из курсантов Качинской лётной школы , а также - остатков разбитых в первые дни войны авиачастей. Изначально воевал на «Ишаках» (И-16) конструкции Поликарпова. Боевые действия вёл в составе 45-й Смешанной Авиационной Дивизии ВВС Южного фронта. После крушения фронта в июне - июле 1942 года, когда была потеряна вся матчасть, лётчики и техники полка с полевых аэродромов разрозненными группами в пешем порядке прошли долгий путь отступления. Остатки таких же частей ВВС без матчасти были собраны к началу августа под Баку, на аэродроме Насосная. Время было тяжёлое, новые самолёты не поступали. И тогда полки распределили по близлежащим более или менее ровным полям, наскоро приспособленным под аэродромы. Для восстановления лётных навыков, тренировались на УТИ-4 на аэродроме Избербаш под Махачкалой. Так минуло почти два месяца, пока не заработал "конвейер ленд-лиза». Начались поставки техники через Иран.
20 октября 1942 года личный состав прибыл в Аджи - Кабул для освоения "Аэрокобр" американского производства. Тогда же, в октябре 1942 года, как раз вышел приказ № 0823 Наркома обороны И. В. Сталина, возобновлявший отменённое перед войной обучение высшему пилотажу в лётных школах и запасных авиаполках. Пополнение из лётных училищ, подготовленное по "сокращённому курсу", теперь вновь осваивало полный комплекс, включавший восходящие и нисходящие "бочки", "петли", «горки» и другие фигуры.
С 17 марта 1943 года, после перебазирования полка на аэродром под станицей Кореновской, началась изнурительная боевая работа. Часть воевала в составе 219-й Бомбардировочной Авиационной Дивизии. Основной задачей являлось истребительное прикрытие «ночных» бомбардировщиков А-20, также американского производства. Их называли "Бостон". В период весны-лета 1943 года они массированно, иногда целыми полками, бомбили район Темрюка, а также переправы и плавсредства противника на косе Чушка, откуда немцы эвакуировали войска в Крым. "Аэрокобры" 298-го ИАП прикрывали их также большими группами.
Из воспоминаний ветерана :«… Надо отметить, что сопровождение бомбардировщиков для истребителей - дело и сложное, и ответственное. На прикрытии истребители связаны в маневре: даже ударная группа не может далеко отойти. А непосредственное прикрытие вообще обязано ходить "восьмёрками" либо "змейкой" прямо над боевым порядком. Требуется и выдержка, и умение правильно рассчитывать маневры - особенно после сброса бомб, когда "подопечные" норовили растянуть строй. "Мессеры" обычно ждали этого момента, чтобы "достать" подбитых либо отставших. Потеря же бомбардировщика или штурмовика по вине истребителей грозила ведущему группы трибуналом. Однако, лётчики полка накопили солидный опыт сопровождения ещё в 1942-м, и на Кубани успешно его применили: за время совместных действий "Бостоны" от истребителей противника потерь не имели. Пилоты 298-го ИАП пользовались большим уважением у бомбардировщиков 219-й БАД…». (цит. По: В. Роман "Аэрокобры" над Кубанью. Киев, 2006).
Всего в марте полк за 19 лётных дней выполнил 417 боевых вылетов с налётом 567 часов, сбил в воздушных боях 24 немецких самолёта (в их числе 10 Ме-109, 1 Ju-88, 5 Ju-52 ) и 5 Ju-52 уничтожил на земле. Потери составили 5 "Аэрокобр" в воздушных боях и по одной от огня зенитной артиллерии, не вернувшейся с боевого задания ("нвбз" ), в катастрофе и в аварии - всего 7 боевых и 2 небоевых. Погибло 4 лётчика. Лучший "личный" результат имел Литвинов - 2 Ме-109, по одному - Вильямсон, Вишневецкий, Ерошкин и Комельков, остальные победы засчитали как групповые.
С началом активных боевых действий появились и потери, причём не характерные - в основном среди опытных пилотов. 19 марта по неизвестной причине загорелась в полёте "Аэрокобра" молодого лётчика сержанта Г. И. Белякова (противника в воздухе никто не видел, зенитная артиллерия огонь тоже не вела). 24-го в районе станицы Славянской выскочившая из-за облаков пара "Мессеров", сбила старшину Вильямсона (он уже неоднократно участвовал в воздушных боях с начала 1942 года ) и подбила лейтенанта Закалюка.
До конца марта потери ещё приумножились. 27 марта сбили старшего лейтенанта Литвинова (лётчик, к сожалению, погиб ). На следующий день - командира эскадрильи старшего лейтенанта Ерошкина и начальника ВСС полка капитана И. А. Иванникова (наблюдатели доложили, что враги его расстреляли в воздухе при спуске на парашюте ). 30 марта печальная участь постигла уже штурмана полка Ф. С. Кривобокова...
4 апреля 1943 года войска Северо - Кавказского фронта перешли в наступление на Кубани. Интенсивность воздушных боёв значительно возросла, особенно с 19 по 23 апреля, во время первой воздушной операции по завоеванию превосходства в воздухе. Операция, направленная на уничтожение авиации противника на аэродромах Крыма, Таманского полуострова и юга Украины, проводилась силами 4-х Воздушных армий, частей АДД и ВВС ЧФ, и руководил ею непосредственно Главком ВВС маршал А. А. Новиков.
Немцы не догадывались о грандиозности намерений cоветского командования, и продолжали вести себя довольно нагло. Так, 16 апреля 6 Ме-109 навязали бой 16 "Аэрокобрам", которые прикрывали войска в районе Крымской. За что и поплатились - комэск майор Семенишин одного сбил. Всего же в этот день лётчиками полка было заявлено о шести уничтоженных Ме-109 ценой потери 2-х "Аэрокобр" - старший сержант П. П. Орлов оторвался от группы и был сбит, а старший лейтенант А. И. Луканцев "не вернулся с боевого задания". Как специально отметили в отчёте, все бои шли "на вертикалях". Наиболее часто встречавшаяся дистанция открытия эффективного огня - 150 метров.
14 апреля полк пополнили из 25-го ЗАП тремя P-39L - их получили двое "безлошадных": командир эскадрильи старший лейтенант Ерошкин и старший пилот Дрыгин. А комэск капитан Е. И. Зайцев сменил свою прежнюю изрядно латанную машину на новую.
17 апреля 12 "Аэрокобр" при подходе к Новороссийску встретили 7 Не-111 и 12 Ju-88. Ведущий замполит эскадрильи капитан К. Г. Вишневецкий повёл в атаку всю группу, не выделив даже пары прикрытия. Василию Дрыгину удалось "с ходу" зажечь одного "Хейнкеля" и подбить второго. Но на увлечённых атакой лётчиков внезапно навалились подошедшие 12 Ме-109 эскорта, сбив лейтенанта А. А. Румма и сержанта В. М. Иванова.
Во втором вылете на Новороссийск "Мессера" снова потрепали уже "кобру" Вишневецкого. Командир звена старший лейтенант Г. А. Муравьёв сбил Ме-109, но немцы расстреляли Р-39 командира звена Кацапова, который увлёкся атакой "Мессера", а "кобра" лётчика Едника при выходе из-под удара вошла в штопор. Оба пилота не вернулись с боевого задания.
Если вначале при патрулировании полк иногда нёс серьёзные потери из-за недостаточной слётанности в группах и парах ( что являлось следствием "ускоренной" подготовки в ЗАПе ), то на прикрытии ему не было равных. Так, 20 апреля при сопровождении 9 А-20 в район Новороссийска 12 "Аэрокобр" сбили без потерь 4 Ме-109. А 23 апреля в том же районе 6 "Аэрокобр" отразили атаки 25 Ме-109 на 2 звена "Бостонов" (при этом Р-39 старшего сержанта Згривца был подбит, но смог произвести посадку на аэродроме Геленджик ).
Всего в апреле 1943 года лётчики 298-го ИАП выполнили 346 боевых вылетов с налётом 430 часов, уничтожив 50 самолётов противника ( из них 40 - типа Ме-109 ). Боевые потери составили 4 машины сбитыми и одну - "нвбз", подбито 6 "Аэрокобр", одна разбита в катастрофе при перегонке (капитан А. А. Чайка, один из самых опытных пилотов полка, 5 апреля скапотировал при взлёте в плохих метеоусловиях с аэродрома Армавир ).
За месяц лётчики полка получили на пополнение 11 P-39. В отчёте полка впервые встречается оценка самолёта: "Анализ воздушных боёв показал, что "Аэрокобра" в маневре и на горизонтали, и на вертикали не уступает Ме-109. Радиус разворота меньше, а набор высоты за боевой разворот - больше".
В мае уже почти все вылеты сопровождались боями с превосходящими силами противника. Но они оказались наиболее успешными для лётчиков 298-го ИАП.
…Тем временем наблюдатели на КП уже увидели приближавшуюся шестёрки "Аэрокобр" ( ведущий - майор В. Г. Семенишин ) . Чтобы отогнать патруль, немцы выслали "на расчистку" шестёрку Ме-109. Догадавшись об их цели, Семенишин не покинул зоны прикрытия - опыт подсказал, что следует ждать бомбардировщиков. Вскоре с запада действительно подошло 8 Ju-87. Связав боем "Мессеров", майор приказал паре старшего лейтенанта В. М. Дрыгина атаковать "лапотников". Лобовой атакой тот вначале расстроил боевой порядок немцев, а затем на догоне один "Юнкерс" поджёг ( сел в расположении наших войск, экипаж взяли в плен ), второго сбил. Третьего "срубил" ведомый Дрыгина - старший сержант В. А. Александров. Именно этот яркий момент боя уже после войны запечатлел на своем полотне Алексей Закалюк
Разогнав бомбардировщиков, пара Дрыгина поспешила на помощь звену Семенишина, дравшемуся с "Мессерами". Те сбили 2 Me-l09, но подоспело ещё 8 немецких истребителей, которым удалось "расколоть" пару Дрыгина и поджечь его самолёт. Лётчик приземлился на парашюте ... чуть не на крышу КП 4-й Воздушной армии. А там в это время находился Главнокомандующий ВВС РККА маршал Новиков. Он видел, как упали оба "Юнкерса" и распорядился немедленно доставить лётчика к нему. Пилота привезли, как был - в выцветшей линялой гимнастёрке, потного и грязного. Командующий только спросил: "Сколько сбитых ?" - "Десять плюс этих два". Новиков распорядился: "Сегодня - дополнительные сто грамм и моя благодарность". Здесь же приказал вручить ему орден Александра Невского, досрочно присвоить звание "Капитан" и распорядился о представлении к званию Героя Советского Союза.
Для поднятия боевого духа была даже опубликована специальная телеграмма. о награждении лётчиков из группы Семенишина, отличившихся 3 мая, которую зачитали всему личному составу ВВС Красной Армии! А уже 5 мая станица Крымская была освобождена от захватчиков.
В мае полк выполнил с Кореновского Аэродрома 514 боевых вылетов. Группы "Аэрокобр" 14 раз вылетали на сопровождение бомбардировщиков, 54 - на прикрытие своих войск, 2 - на "расчистку воздушного пространства" перед атакой своих и 5 - на отражение атак немецких бомбардировщиков, 2 - на разведку. Провели 39 воздушных боёв, в которых сбили 40 истребителей и 27 бомбардировщиков противника ценой потери 6 "Аэрокобр" ( 5 сбито, 1 не вернулся с боевого задания ) и двух пилотов.
24 мая 1943 года в 298-м ИАП появились первых два Героя Советского Союза: майор Владимир Семенишин был удостоен этого звания за 8 лично сбитых самолётов противника и 7 групповых, капитан Василий Дрыгин - за 12 лично и 5 в группе.
В июне изменился характер воздушных боёв - их интенсивность снизилась, но в то же время резко возрос процент потерь ! Это было вызвано тем, что немецкие истребители в основном перешли к тактике "охотников": "утюжившей воздух" в зоне прикрытия группе советских истребителей подставляли пару "приманку', и если те на неё "клевали" - со стороны солнца их внезапно атаковали ещё 1 - 2 пары Ме-109.
По-прежнему слабостью наших комэсков было увлечение схваткой в воздухе и оставление руководства боем. Так, 2 и 3 июня сбили молодых пилотов соответственно сержантов Иванова и Бабенова, 5 июня - командиров звеньев лейтенанта М. С. Лиховида (он спасся на парашюте) и старшего лейтенанта Муравьёва (погиб), 14 июня - младшего лейтенанта Згривца (погиб, уже имея на счету 3 лично сбитых и 4 в группе ). При этом все бои проходили при численном превосходстве советских лётчиков, но, например, ведущий тройки "Аэрокобр" капитан Новиков в горячке боя даже не заметил, когда сбили Лиховида и Муравьёва.
Всего в июне выполнили 173 боевых вылетов, провели 7 воздушных боёв. За 5 потерянных "Аэрокобр" и 2-х пилотов немцы лишились 6 Ме-l09, 1 Ju-87 и 1 Не-111. На пополнение в начале месяца в полк прибыли 5 Р-39L и 2 Р-39D-2.
Июнь запомнился пилотам полка ещё и взаимодействием со штурмовиками Ил-2. Вспоминал Алексей Семёнович Закалюк, в то время командира звена: "Однажды из 6 Ил-2 на их аэродром не удалось привести ни одного ! Первого подбили зенитки. Два сели на первом же промежуточном аэродроме. Ещё два столкнулись в воздухе на обратном пути. Последний совсем ошалел - полетел непонятно куда ! Связи нет: подошли поближе, кое-как завели на аэродром Тимошевская...» (цит. по: Закалюк А.С. «Фронтовой альбом», М. Воениздат, 1973г)
Июль и август показались после пережитого двумя месяцами отдыха: в основном прикрывали "Бостоны" из 219-й БАД. Воздушных боёв не было, единственную "Аэрокобру" 14 июля потеряли в катастрофе. Ведущий группы комэск Ерошкин на обратном пути вышел впереди "Бостонов" и прокрутил пару эффектных петель. Молодой амбициозный лётчик Николай Лобанов ( 3 личных и 2 групповых сбитых ) самовольно решил повторить фигуру, но не справился с управлением и сорвался в плоский штопор. Не сумев вывести самолёт, выпрыгнул на парашюте. Но "Аэрокобра" фатально "мстила" покидавшим её пилотам. Неуправляемая машина стала описывать круги вокруг парашютиста, спускаясь почти с той же скоростью, пока в нескольких метрах от земли не "рубанула" плоскостью по стропам. В документах полка погибшего записали, как сбитого зенитной артиллерией противника... Это была последняя потеря 298-го ИАП на Кубани.
С 18 июля 1943 года в командование полком вступил майор В. Г. Семенишин. По акту передачи 298-го ИАП в его составе находилось 12 исправных самолётов различных модификаций Р-39.
3 августа 298 ИАП перебазировался с аэродрома Кореновская на аэродром Ново-Титаровская.
Над Кубанью в период с 16 февраля по 20 августа 1943 года лётчики полка выполнили 1625 боевых самолёто - вылетов с налётом 2072 часов, провели 111 воздушных боёв (это в сумме - 687 "Аэрокобр" с 1121 самолётом противника ), сбили 150 и подбили 29 вражеских самолётов. Свои потери составили 30 "Аэрокобр" сбитыми и 11 подбитыми. За боевые успехи 298-й ИАП Приказом ИКО СССР № 264 от 24 августа 1943 года был преобразован в 104-й Гвардейский ИАП. Его командир подполковник И. А. Тараненко 2 сентября 1943 года получил звание Героя Советского Союза ( за 4 лично сбитых и 4 - в группе ) и повышение по службе, начальник ВСС К. Г. Вишневецкий - также звание Героя от 24 августа 1943 года ( за 10 сбитых лично и 4 - в группе ). Газета "Правда" опубликовала в августе 1943 года снимок 4-х лучших пилотов полка с подписью: "Лётчики - истребители, сбившие в боях на Кубани 60 немецких самолётов: майор В. Семенишин, капитаны К. Вишневецкий и В. Дрыгин, младший лейтенант А. Вильямсон".
Послесловие
21 августа 1943 года 104-й Гвардейский ИАП вошёл в состав самой знаменитой в советских ВВС 9-й Гвардейской ИАД. 26 августа вместе с ней убыл с Кубани на 4-й Украинский фронт, под Таганрог, где в составе 8-й Воздушной армии участвовал в боях по освобождению Донбасса и Левобережной Украины.
В сентябре 1943 года полк был перевооружён на новые модели P-39N. Но отдельные самолёты "прежних версий" сохранились в боевом составе до конца 1944 года.
Наиболее результативные лётчики 298-го ИАП, в период боев на Кубани:
- майор В. Г. Семенишин - на 1.07.1943 года - 195 боевых вылетов, 34 воздушных боя, 13 + 10 сбитых;
- капитан К. Г. Вишневецкий - на 1.07.1943 года - 153 боевых вылета, 53 воздушных боя, 15 + 12 сбитых;
- капитан В. М. Дрыгин - на 2.06.1943 года - 287 боевых вылетов, 57 воздушных боёв, 15 + 7 сбитых;
- старший лейтенант Г. А. Муравьёв - на 2.06.1943 года - 312 боевых вылетов, 53 воздушных боя, 7 + 4 сбитых;
- лейтенант М. С. Комельков - на 2.06.4943 года - 76 боевых вылетов, 39 воздушных боёв, 15 + 5 сбитых;
- лейтенант М. С. Лиховид - на 2.06.1943 года - 76 боевых вылетов, 27 воздушных боёв, 7 + 8 сбитых;
- младший лейтенант А. А. Вильямсон - на 1.07.1943 года - 223 боевых вылета, 37 воздушных боёв, 8 + 4 сбитых.