Ольга давно работала учительницей начальных классов в обычной городской школе. Недавно там сменился директор на Игоря Петровича, который ввёл платные репетиторские курсы и заставлял учителей направлять туда учеников. Ольга видела в этом только наживу, но помалкивала, как и многие коллеги.
Антон наклонился к Ольге во время педсовета и тихо, заговорщицки прошептал ей на ухо:
— Ольга, вас тоже заставляют плясать под дудку директора? Ведь это какая-то полная ерунда, образование у нас по конституции бесплатно для всех.
Она фыркнула в ответ, чуть отстраняясь:
— Ну, наш уважаемый начальник так постановил, ничего не поделаешь. Знаете, Антон, я бы не удивилась, если нас даже не спросят, просто поставят перед фактом, и привет.
— Это же неправильно совсем, — возмутился молодой учитель, его глаза вспыхнули от негодования. — Я как-никак учитель года, пойду жаловаться в вышестоящие инстанции.
— Если бы от этого был хоть какой-то прок, — вздохнула Ольга, качая головой. — Вы же в курсе, у нашего милого директора какие-то связи в районном отделе образования, так что толку от жалоб ноль.
Она хорошо знала энтузиазм этого коллеги-химика. Когда-то она сама пришла в школу с кучей идей, хотела учить детей полезному и хорошему. Это получалось при старой директрисе, милой Имме Викторовне, пока она не умерла прямо за столом в кабинете. На её место поставили этого тирана, который сделал из школы сплошной бизнес. Теперь на каждом этаже стояли автоматы с чипсами, газировкой и другой вредной едой.
По бумагам они были на тестя директора, так что формально не подкопаешься. А прибыль всё равно шла в семейный карман. И вот новая идея: Игорь Петрович решил, что все учителя должны вести уроки на его платных курсах. Не просто работать сверхурочно, почти во вторую смену, но и отправлять туда учеников, даже отличников, якобы чтобы подтянуть знания.
А кто откажется — ну, ясно, что его ждёт. Ольга снова тяжко вздохнула: премий она давно не видела, только взыскания сыплются.
Хотя на ней ещё классное руководство и внеклассная работа с детьми.
Вечером она опять попробовала выговориться мужу, но, как всегда, зря. Сергей занимался своим бизнесом, не слишком крупным, но довольно успешным. Он вечно то в командировках, то торчит в офисе допоздна. С ним никаких планов не построишь, даже вопросы нормально не задашь. Плюс свекровь вечно вмешивается, зудит и всегда сына защищает.
Хотя Сергей и сам никогда не чувствовал вины, в защитниках не нуждался.
— Ой, хватит уже про твою школу талдычить, — рявкнул он раздражённо. — Я наконец-то дома, а должен выслушивать про твой педсовет. Не нравится там — иди в репетиторы, в частный сектор. По мне, так ваш директор нормальный парень, умеет деньги делать.
— Но у нас школа, а не какая-то фирма для наживы, — напомнила Ольга, стараясь говорить спокойно.
— Ага, привыкли все бесплатно пользоваться, — усмехнулся муж, откидываясь в кресле. — Вы там и так как рабы, бесправные совсем, так и дальше молчите в тряпочку. Нечего бунты устраивать, только репутацию себе испортишь, потом вообще никуда не устроишься.
— Серёж, ну нельзя же так, — возразила она, чувствуя, как накипает обида. — Где родителям деньги взять на репетитора для ребёнка, если им даже школьную форму купить проблема? Район у нас бедный, не элитный.
— Лучше скажи прямо, как есть, — рассмеялся супруг, не скрывая насмешки. — Там сплошные алкоголики и бездельники живут. Я тебе говорил, иди в нормальную школу работать.
— Ну что ты опять? Вот Антон говорит... — Ольга не успела договорить.
Вдруг в стену рядом с её лицом врезался кулак мужа.
— Хватит мне про твоего химика твердить! — заорал Сергей прямо в ухо. — Если этот ваш учитель года такой замечательный, иди к нему жить, а мне мозги не компостируй. Только учти, сына я тебе не отдам.
Ольга вжалась в стену, сердце колотилось от страха. Такое от мужа стало привычным, но всё равно пугало.
Нет, он никогда не бил её саму, всегда стены или мебель. Но делал это так близко, что мороз по коже. И в словах не стеснялся, считал жену своей вещью, как домашнее животное. Сыта, в тепле — значит, радоваться и не вякать. А ведь когда-то Ольга его по-настоящему любила. Встретила его выпускницей пединститута: приехала из деревни защищать диплом и сломала каблук на улице.
Вдруг остановилась иномарка, вышел парень, усадил её и увёз к себе. Романтика быстро кончилась: поженились, родился сын. Тут Серёжа решил, что всё, и перестал считать её человеком. Теперь сыну девять, ей тридцать два, а их неудачному браку десять лет.
Вот такая грустная математика.
На следующий день Ольга в учительской пыталась быстро пообедать котлетами с макаронами у окна. В школьной столовой после смены поставщика еда стала отвратительной, приходилось таскать еду из дома. Она стеснялась своей сумки, пропахшей котлетами, перед учениками, но деваться некуда. Хорошо хоть в учительской можно было поесть, но и тут не повезло. Ирина и Анна тоже здесь торчали и явно решили поразвлечься за её счёт.
— А что это у вас такое? — фыркнула Ирина, принюхиваясь. — Боже, Ольга, как это можно с собой носить? Ваши котлеты чесноком за километр разят.
— Муж так любит, — оправдалась она, краснея. — Послушайте, дайте поесть спокойно.
— Кстати, я вам говорила на замене Петрову пятёрку поставить, — нависла над ней Анна. — А здесь двойка красуется. Вы снова за своё, Ольгочка?
— Ваш Петров русский знает хуже, чем дети, для которых он не родной, — обиделась Ольга. — Какой там пятёрка? Двойки и то много.
— Вы меня, кажется, не поняли, — прищурила глаза Анна. — Плевать, насколько он реально знает. Нужна именно такая оценка.
— А вы, значит, Петрова сами напишете в следующем году? — презрительно посмотрела на коллегу Ольга. — Его на второй год оставить надо, чтобы программу освоил.
— Ах, вы наш гений педагогики, — хмыкнула Анна. — Конечно, лучше других всё знаете. А кто у Петрова папа, тоже в курсе?
— Да хоть сам губернатор, — спокойно ответила Ольга. — Это не отменяет базовой грамотности.
— Ну не хотите по-хорошему, будет по-плохому, — прошипела Анна. — Сыночка вашего, вот из вашего класса, например, переведём. Не дело тут семейственность разводить, а то у вас на каждой олимпиаде он один блистает.
— Вам не кажется, что сыну учителя русского языка стыдно не знать предмет на отлично? — парировала Ольга.
— Вы вообще-то педагог начальных классов сейчас, — напомнила Ирина. — Низшее звено школьной иерархии.
— Ну конечно, а всё потому, что словесников новый директор своих набрал, — разозлилась Ольга. — Дайте же поесть спокойно, мне ещё продлёнку вести.
Через пару уроков её вызвал сам директор. Ольга шла в кабинет, как на эшафот. Игорь Петрович не раз оказывал ей недвусмысленные знаки внимания. Получив отказ, усмехался и напоминал, кто здесь главный.
Глядя на его круглое лицо с мясистыми губами, водянистые глазки и редеющую макушку с зализанными на пробор светлыми волосами, Ольга не могла отделаться от ассоциации со слизняком. Она давно старалась не оставаться с ним наедине, но сегодня деваться некуда.
— Что же вы, Ольга Львовна? — начал Игорь Петрович. — Не хотите со мной на учительскую конференцию ехать? А в Москву билеты уже куплены, купе заказано.
— Игорь Петрович, мой муж против таких поездок, — постаралась быть вежливой Ольга. — И потом у меня класс, кто его учить будет?
— Да уж найдутся желающие, незаменимых нет, — хмыкнул директор. — Вы, похоже, не понимаете своих перспектив.
— Извините, я не могу поехать, — пробормотала она.
— Ну что ж, — фыркнул Игорь Петрович. — Посмотрим, как ещё всё повернётся.
— Кстати, что по репетиторству? Почему из вашего класса на курсы, которые я велел организовать, записано всего два человека?
— Денег у людей нет, — возмутилась Ольга. — И вообще, у нас школа, а не коммерческая лавочка.
— А вы знаете-ка что? Объясните людям доходчиво, чем это может обернуться, — вкрадчиво говорил Игорь Петрович. — Ведь если весь класс останется на второй год, возникнут вопросы к квалификации учителя.
Из кабинета Ольга вышла как из парилки, вся мокрая и красная. Этот человек был полной противоположностью её мужу, но его вкрадчивая манера запугивания казалась ещё хуже, чем крики Сергея.
И вообще, от директора мороз по коже пробирал. Правда, особого выбора не было. Она прошла в класс, начала урок, но мыслями витала далеко, пытаясь найти выход из ситуации. Дима видел её беспокойство, на лице сына всё отражалось как в зеркале. Да и другие дети притихли, заметив тревогу учителя. А вечером дома Ольга, уложив ребёнка, стояла у зеркала.
Муж снова сказал, что не придёт ночевать, и теперь она в который раз думала, а нет ли тут других причин, кроме бизнеса, и бросила взгляд на своё отражение. Всё ещё хороша собой, несмотря на бешеные нагрузки в школе. Натуральная блондинка, высокая, стройная. Ольга внешностью пошла в маму, а ростом в папу.
Родители её жили в счастливом браке больше тридцати лет, были одноклассниками и так вместе после школы и остались. Самая красивая девочка в классе и нескладный долговязый Лёня. Эх, Ольга вздохнула тяжело.
Уже пять лет, как родители переехали на Камчатку за её младшим братом Димкой. Теперь у них с дочкой не совпадали день и ночь по времени. А в редкие звонки она так скучала, что хотелось просто разреветься. Утром муж, как ни в чём не бывало, сидел у телевизора. На экране мелькали биржевые котировки, в которых Сергей ничего не понимал.
Это он так умничал, рисовался, изображал крутого бизнесмена. Впрочем, сегодня он был в благодушном настроении, что случалось нечасто.
— Встала, что ли? Ну кофе мне свари, — потребовал он у жены, словно у секретарши. — А не поехать ли нам за город? Весна уже, шашлыки пожарим, пока клещи не проснулись, на нашем старом месте, помнишь? И маму мою возьмём.
— А то она всё стонет, что устала от города, — поинтересовалась Ольга.
— Ну конечно, — кивнул Сергей. — И сына выгуляем, а то он совсем от рук отбился, только тебя и слушает.
— Серёж, ты бы дома почаще бывал, — предложила Ольга. — Глядишь, и сын к тебе потянется.
— О, а кто это у нас тут? — скривил лицо Сергей. — Новый Макаренко собственной персоной. Давай-ка я сам решу, как с сыном общаться.
Ольга решила не портить себе настроение, тем более муж пока был в хорошем расположении духа. Она разбудила сына, накормила мужчин завтраком. До обеда тянулись сборы: то мангал потеряли, то уголь в магазине закончился. В общем, обычная суета, как всегда у них. Потом забирали на другом конце города Валентину Ивановну.
Продолжение: