Утро в доме Оливии Соколовой начиналось обычно с оглушительного стука каблуков по квартире. Этот стук говорил о том, что Марго (мачеха девушки) проснулась, а значит, всеобщая тревога и суета уже на пороге.
Оля, которую на семейном совете давно решили не называть полным именем — «Не вытягивает, нечего выпендриваться», — уже два часа как бодрствовала. За это время она успела: сбегать за свежими круассанами для сестер (Марго считала, что булки из соседнего гипермаркета пахнут плебейством); погладить блузку сестры Кати, которую та, по всей видимости, надела на ночь, судя по количеству складок; вывести пятно от туши с джинсов сестры Лены, при этом выслушав монолог о своей неосторожности, ведь вещь стоила очень уж дорого.
Сама Оля не торопилась в отделение Почты, где работала почтальоном. У нее было более важное дело — очередное собеседование. В папке лежало идеально составленное резюме, в голове — выверенные ответы на каверзные вопросы, а в сердце — надежда.
— Ольга! — голос мачехи резанул воздух, словно затупленный нож. — Ты где? Опять в своем углу копаешься?
Оля и правда жила в углу, вернее, ютилась в бывшей кладовке на шесть квадратных метров. Комнату сестер украшали розовые обои и постеры с беззаботными парнями из групп, а ее пристанище было завешено картами, завалено книгами по экономике, бизнесу и менеджменту.
Оля вышла на кухню, стараясь быть как можно тише, но не получилось.
— Боже мой! — фыркнула Катя, разглядывая себя в отражении чайника. — Где ты такой наряд откопала? Это платье или мешок из-под картошки?
На Оле было простое синее платье. Немного мешковатое, зато удобное.
— Это называется «деловой стиль», сестричка, — парировала Оля, наливая себе кофе. — Его ценят в приличных фирмах.
— Ага, особенно в сочетании с этой… стрижкой, — вступила Лена, не отрывая взгляда от телефона. — Похоже, тебя подстригали газонокосилкой.
Дверь на кухню распахнулась, и появилась Марго. Она была похожа на экзотическую птицу в махровом халате: яркая, громкая и смотрящая на всех свысока.
— Ну что, наша ученая голова снова собирается покорять мир? — начала она, с ходу взяв верный тон. — Ольга, посмотри на себя. Нет, ты просто посмотри! Кто тебя, интересно, возьмет на работу… с твоими-то данными? Лучше бы полы помыла, пользы было бы больше.
— Спасибо за поддержку, Марго, — ровным голосом ответила Оля, отхлебывая кофе. — Но я предпочту попробовать. Вдруг повезет, и начальник окажется слепым.
— Слепым надо быть, чтобы не заметить этого лица, — усмехнулась мачеха. — Ты думаешь, красный диплом что-то значит? Мужчины любят глазами. А в твоих глазах слишком много ума — это пугает, и внешность — не формат. Будешь вечно на нашей шее сидеть. Я так и знала, и много раз говорила об этом твоему отцу, пока он не сдвинулся.
Отец Оли, тихий инженер, после женитьбы на Марго словно растворился в пространстве собственной квартиры. Он физически присутствовал, но его воля, мнение и голос куда-то испарились. Он сидел в кабинете и чертил что-то вечерами, пока Марго перестраивала жизнь вокруг на свой лад.
— Папа не сдвинулся, — тихо, но четко сказала Оля. — Он просто устал.
— Устал от жизни, дорогая! А мы вот — нет! — Марго махнула рукой. — Катя, Лена, собирайтесь! У нас сегодня маникюр и шопинг. Ольга, ключ я на столе оставила. И заскочи в химчистку, забери мое пальто. И не опозорь нас на этом… собеседовании. Хотя куда уж больше.
Через час Оля, одетая в свой «мешок из-под картошки», стояла перед зеркальным небоскребом, где располагался офис IT-компании «Некст-Тек». Она глубоко вздохнула, расправила плечи и вошла внутрь.
Холл поражал стерильным блеском. Везде хромированные поверхности, белые кожаные диваны и люди, выглядевшие так, будто их только что распаковали из целлофана. Девушки на ресепшене щебетали, сверкая идеальными улыбками и безупречным макияжем.
— Оливия Соколова. К Антону Сергеевичу, — произнесла Оля, чувствуя, как ее простое платье неуместно на фоне этого великолепия.
Менеджер по персоналу Антон Сергеевич оказался молодым человеком в дорогом костюме и с таким пронзительным взглядом, будто пытался просканировать ее на предмет брака.
— Итак, Оливия, — начал он, бегло пробежавшись глазами по резюме. — Выглядит впечатляюще. Средний балл 4.9, диплом с отличием, участие в конференциях… Расскажите, почему вы хотите работать именно у нас?
Оля начала говорить. Гладко, уверенно, подкрепляя тезисы цифрами и фактами. Она видела, как в глазах Антона Сергеевича вспыхивает искра интереса. Он кивал, задавал уточняющие вопросы. Все шло прекрасно.
А потом его взгляд изменился. Он перестал смотреть в компьютер и посмотрел на Ольгу. Сканировал ее лицо, волосы, платье. Искра интереса медленно угасла, сменившись вежливой отстраненностью.
— Спасибо, Оливия, Ваша компетенция не вызывают сомнений, — сказал он, когда она закончила. — У нас в «Некст-Тек» особый корпоративный дух. Мы — команда молодых, амбициозных, ярких людей. Мы много работаем с клиентами, часто участвуем в нетворкингах… Внешний вид, харизма… это важно. Скажите, а Вы готовы к такому формату работы? Готовы… влиться в наш коллектив?
Оля моментально поняла, что это не вопрос, а приговор. Антон Сергеевич завуалированно дает понять то, что мачеха произносит со свойственной ей прямотой: ты страшная и нам не подходишь. Стараясь не выдавать своего волнения, девушка произнесла:
— Я готова выполнять свою работу качественно, — четко ответила она. — А коллектив, надеюсь, оценит результат, а не упаковку.
— Разумеется. Благодарю, что нашли время. Мы вам перезвоним, — Антон Сергеевич слабо улыбнулся.
С разбитым сердцем Оля снова шла по оживленной улице, а очередной отказ словно подталкивал ее в спину. Мимо нее проносились эти самые «молодые, яркие и амбициозные» девушки с идеальными волосами, парни в безупречных костюмах — именно о них говорил Антон Сергеевич. Ольга в эту картину мира явно не вписывалась. Они смеялись, строили планы, покоряли мир. А она была серой мышью, затерявшейся в этой клетке разодетых павлинов.
Она зашла в маленький сквер, села на скамейку и закрыла глаза. В ушах звенели слова Марго: «Вечно на нашей шее…». Слова менеджера: «Внешний вид, харизма… это важно. Готовы влиться?..» И вдруг ее телефон пропищал, пришло смс.
«Оль, привет! Тут такое дело, помоги! Алексей (помнишь, я тебе про него в прошлом месяце рассказывала?) организовал вечеринку на яхте, а я купила умнейшую книгу по искусству, чтобы блеснуть. А там сплошные непонятные слова! Ты же в этом шаришь, перескажи мне ее, пожалуйста, своими словами, только очень коротко и чтоб звучало умно! Срочно! Ты же моя палочка-выручалочка! Целую! Алиса».
Оля прочла сообщение, а затем посмотрела на свой диплом, торчащий из папки. Посмотрела на голубей, беззаботно клевавших крошки и она вдруг рассмеялась. Тихо, горько, но искренне. Всем они были нужны ее ум, знания. чтобы помочь подруге блеснуть перед парнем, чтобы написать курсовую для сестер, чтобы выслушивать благодарности бабушек на своем почтовом участке. Только вот она сама никому не нужна. Девушка вздохнула.
«Хорошо, Алис, — медленно набрала она ответ. — Присылай свою „умнейшую“ книгу. Сделаю для тебя краткий, гениальный конспект. Но готовься — мои услуги скоро могут подорожать».
Она встала со скамейки и пошла на почту, чтобы снова форменную куртку почтальона и заняться своей привычной работой. Это было куда проще, чем пытаться втиснуться в чужой, слишком тесный и блестящий мир. По крайней мере, здесь она была нужна. Здесь ее ценили, даже если ее королевством были лишь несколько улиц, а подданными — старушки с котами.
Да, работа Ольги была скучной. Никаких тебе сложных мыслительных процессов, которые так любила девушка, никаких сложных проектов и вычислений. Были только потрескавшийся асфальт, вечно заедающие домофоны и бесконечные потоки рекламных листовок, которые приходилось таскать на себе, как проклятие.
Но Оля открыла для себя великую тайну: настоящая магия скрывалась не в конвертах, а за дверями квартир. Ее почтовый участок был настоящим затерянным миром, заповедником мудрости, вредности и совершенно сюрреалистических жизненных историй.
Например, когда она встречалась с бабой Шурой, получала мощный энергетический заряд. Баба Шура была энциклопедией всего двора, причем энциклопедией с предвзятостью и криминальным уклоном.
— Оленька, заходи, родная! — кричала она, еще не открывая дверь. — Мой журнал пришел? Слушай, милая… заходи - заходи, новость есть! В сорок восьмой квартире, понимаешь, сын к матери приехал! Такой щеголь, в часах золотых… Подозрительно! Наверное, мошенник. Или из тюрьмы сбежал. Ты присмотрись! Мошенник, точно тебе говорю! Мы его выведем на чистую воду, детка.
— Бабушка Шурочка, хорошие люди тоже существуют, — улыбалась Оля, протягивая газету. — Может, он просто сын?
— В наше время хороших людей не бывает! — флегматично отрезала старушка. — Только ты да я. И то, насчет себя, я иногда сомневаюсь. Помоги, ладно, кран на кухне опять пошутить вздумал. Капает, как сумасшедший.
Оля откладывала сумку и шла на кухню. Пять минут с разводным ключом — и капитуляция крана была обеспечена. Баба Шура смотрела на нее как на мага-волшебника.
— Эх, внучка, жаль, замуж ты не торопишься. Из тебя жена вышла бы… — она замялась, подбирая слово, —… функциональная. Рукастая. А красота — она, милая, приедается, как селедка под шубой на третий день после Нового года.
Оля хохотала. После высокомерных взглядов рекрутеров такое сравнение казалось комплиментом. Следующим был дед Петр, пенсионер, учитель истории. Его квартира напоминала библиотеку, утонувшую в хаосе. Книги лежали везде: на полках, стульях, половине пола. Дед Петр вечно что-то искал, вечно что-то вспоминал и абсолютно не замечал настоящего.
— Ольвия! — гремел он, предпочитая называть почтальона только так. — Входи! Без стука! Как раз к дискуссии о падении Византийской империи приготовился. Ты мне эти квитанции не показывай, это временно. А вот империя… это всерьез и надолго!
Он схватил девушку за рукав и усаживал на единственный свободный стул.
— Так вот, Константинополь пал не столько из-за пушек османов, сколько из-за внутренних распрей! Прямо как наш ЖЭК! Говорил я им на собрании: «Граждане! Солидарность!» А они все про ерунду и претензии друг к другу. Мелко плавают.
Оля терпеливо слушала, кивала, а потом незаметно подсовывала ему на подпись извещения и уведомления.
— А, бумажки, — дед махнул рукой рукой, но подписал. — Ты знаешь, Ольвия, твое присутствие здесь — это яркий пример деградации системы образования. Ты же, если я не ошибаюсь, экономист? Блестящий ум, я в твоих рассуждениях о глобализации на лестнице слышал! И что? Ты тут с нами, стариками, бумажки носишь. Грустно. Хотя для меня, конечно, приятно. Сейчас я тебя конфетами угощу, — подмигнул дед Петр.
— Мне тоже приятно, Петр Ильич, — честно сказала Оля. Она развернула свежий номер исторического журнала. — Смотрите, что вам пришло.
Глаза старика загорелись. Он схватил журнал и тут же погрузился в чтение, забыв о мире. Оля в это время собрала разбросанные по полу пустые кружки и отнелса их на кухню. Она была его связью с реальностью, своим рода живым напоминанием о том, что пора есть и платить за коммуналку.
Была еще тетя Люся, фанатка сериалов и котят. Ее жизнь состояла из двух страстей: следить за перипетиями бразильских страстей по телевизору и подкармливать всех окрестных кошек.
— Олечка, солнышко! Задержись на минуточку! У меня «Страсть на окраине» сегодня кульминация! Героиня главная, Жужа, она ведь не знает, что ее возлюбленный — это ее же пропавший брат! Я смотреть одна не могу, сердце выпрыгнет! Ты посидишь со мной?
И Оля сидела. Десять минут в компании тети Люси и страдающей Жужи. Это была плата за то, чтобы забрать у тети Люси письмо для ее дочери в другой город и отнести его на почту, потому что тетя Люся боялась переходить большую дорогу.
— Вот скажи мне, — вздохнула тетя Люся, утирая слезу, — почему в жизни все не так, как в сериалах? Где красивые мужчины, страсти, неожиданные наследства?
— Не знаю, — честно отвечала Оля. — Мне бы с работой нормальной разобраться.
— Да брось ты эту работу! Иди замуж! — советовала тетя Люся. — Хоть за кого-нибудь! Лишь бы не одна. А то одна я уже сорок лет, знаю, о чем говорю.
Оля снова засмеялась. Ее жизнь, серая и бесперспективная с высоты птичьего полета, здесь, внизу, была разрисована десятками красок. Она была сварливым ангелом для бабы Шуры, интеллектуальным спасателем для деда Петра и психологом для тети Люси. Она чинила, подписывала, успокаивала, слушала. Ее благодарили пирожками, конфетами и просто теплыми словами. Это был настоящий, не фальшивый мир.
Вернувшись вечером в свою каморку, она почувствовала приятную усталость. Но как только она захлопнула за собой дверь, наступила тишина. И в этой тишине голоса мачехи и сестер звучали оглушительно громко.
— Опять на шее у родителей! — доносилось из-за стены. — Разносит эти дурацкие газеты, а сама с дипломом! Смех один!
Оля включила компьютер. На почте лежало единственное письмо — от Алисы.
«Оль, ты просто спасла меня! Твой конспект по искусству был гениален! Я такие умные фразы на вечеринке кидала, все, включая Артемчика, рты разинули! Он сказал, что я „неожиданно глубока“! Представляешь? Оль, у меня идея. Есть вакансия в холдинге „Вектор“, куда я спокойно могу устроиться. Но там нужны мозги. А у меня, ты знаешь, с этим туговато. А у тебя их вагон. Давай в партнеры? Я — лицо, ты — интеллект. Я несу твои проекты, мы делим деньги. Ты же не хочешь всю жизнь с этими стариками возиться?»
Оля перечитала сообщение несколько раз. Она посмотрела на старую карту мира над своим столом, на свою полку с экономическими трудами, на форменную куртку почтальона, висевшую на гвоздике.
«Весь день с этими стариками»… Они давали ей то, чего не было ни в одной престижной фирме — ощущение, что она нужна. Алиса же сейчас предлагала нечто другое. Но это был шанс доказать всем, что Оля чего-то стоит, пусть и из-за чужого плеча.
Оля медленно потянулась к клавиатуре. Ее пальцы зависли над буквами. С одной стороны — теплый, но бесперспективный мирок. С другой — холодная, блестящая, но чужая авантюра.Она сделала глубокий вдох и начала печатать: «Я согласна. Где встречаемся?»
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц.
Победители конкурса.
«Секретики» канала.
Самые лучшие и обсуждаемые рассказы.