Они брели по дороге, которой, казалось, не будет конца. Начавшийся ветер поднял пыль, едкую и горькую. Парни, глотая пыль, несли сделанные наспех носилки с мёртвой девочкой.
Василиса озиралась, пытаясь настроиться, как это делала на Земле на общий эмоциональный фон, но то ли от усталости, то ли от переживания ничего не получалось. Кира, волнуясь, почти тащила на себе измученную с синяками под глазами подругу, которая едва передвигала ноги.
Василиса удивлялась себе. Как получилось, что она так ослабла? Ведь на Земле она всю свою жизнь мечтала о такой жизни: яркой, страстной, полной опасности, и вот она оказалась в потоке невероятных событий, но, как горько.
Посмотрела на мёртвую девочку и шепнула той:
– Ничего, я за тебя расплачусь! Я свой долг-то помню! Спи спокойно! – как ни странно после этого стало чуть легче.
Послышался топот копыт. Им навстречу скакали всадники. Много. Василиса ахнула. Всадники были вооружены тяжёлыми копьями с длинными наконечниками-лезвиями, а грудь некоторых огромных лошадей защищала кольчуга.
Сначала удивилась, но потом вспомнила нхангов и поняла, что иначе и не могло быть в мире, где нет огнестрельного оружия.
Мужики были здоровенными. Заметила, что у двоих с наконечников копий на землю стекают искры. (Вот так-так, электрическое оружие!)
Василиса нахмурилась, осознав, что они им не доверяет. Странно, подумала она, их ведь намного больше. Она через спутанные волосы внимательно посмотрела на лица всадников и поняла, что их не боятся, а даже сочувствуют. Видимо, активация электрического оружия – это рефлекс, как положить палец на курок.
Итак, перед ними защитники! Значит, нужны слёзы, подумала Василиса и завыла в голос. Кира простонала:
– Помогите!
Всадники спешились, Старший властно спросил:
– Кто вы? – и внимательно осмотрел их.
Василиса, рыдая, отследила это и расстроилась. А вдруг они промахнулись с одеждой? Вспомнила, как Кира злилась на этот Сулл, и запоздало подумала, что надо бы было хоть что-то узнать о местных властях. Неожиданно, раньше с ней такого не было, услышала отчётливую мысль Старшего воина «Бедные девчушки!». Она не ошиблась, у них было сознание истинных защитников, и мгновенно приняла решение.
Плача и хватая за руки военного, золотоволосая «плюшка» путанно залепетала:
– Вы ещё успеете, они ещё там! Да-да, я уверена! Эти убийцы, там. Прячутся мерзавцы. Изверги поганые! Девочка-то… Ой, мамоньки-и! Они убили девочку-то! Такую крошку! Убили-и!!
– Кто? Где? Да не плачь ты! – военный заиграл желваками, у него адреналин кипел в крови. Хотелось найти и задавить поганцев.
– Та-ам! Скорее! Ведь уйдут же, – Василиса уже не играла, а вспомнив, как говорила ментам, а те не верили ей. Она обрывками рукава вытирала распухший нос, потом щекой прижималась к руке, закованной в стальную рукавицу, и выла. – Уйдут же, дяденьки! Уйдут же! А-а...
От неё веяло домашним уютом, пирогами. Всадники переглянулись и завздыхали, видя, как рыдает измученная толстушка. У них были сходные мысли – «Видимо туго им пришлось», «Это сколько же они бежали, если так ободрались?!»
Кира всё поняла и мгновенно подхватила игру, прохрипев пересохшим ртом:
– Они там! Мы только успели сбежать от нхангов, и нашли её. Мы всё время бежали, думали донести живой, но не получилось. Она умерла. Вы что, не понимаете? Они не могли далеко уйти! – и ткнула пальцем назад.
Вытащив палаши, несколько всадников мгновенно поскакали в направлении, показанном Кирой. Старший остался и властно приказал, чтобы они ждали.
Василиса не выдержала, усталость и нервное напряжение последних часов взяли своё, и она хлопнулась в обморок. Кира испугалась – она поняла, что её новая подруга-родственница не играла.
Всадник, видя всё это, проговорил:
– Оставьте носилки и идите дальше одни. Дорога чистая, хищников нет. Мы вас нагоним.
– Нет уж! – прохрипел, как и Кира, Тонг. – Мы подождём. С вами безопаснее, да и не дотащим мы её. У нас просто сил уже нет.
Обморок Василисы перешёл в сон. Кира легла рядом на землю и заснула рядом с ней. Она тоже была измотана до предела. Прошло два часа, пока опять не загремели подковы по дороге, всадники возвратились. На немой вопрос оставшегося Старшего Патрульного ответили:
– Всё, правда!
– Что там?
– Ребятам не повезло, не зря они так истерзаны. Там дальше шесть нхангов, их порубили… Не эти ребята, конечно. Это кто-то очень хорошо вооружённый. Нашли мы и место, где издевались над девочкой. Они рассказали правду, но злодеев мы не нашли. Ушли мерзавцы!
– Всё! – зычно скомандовал Старший. – Едем домой!
Тонг разбудил девушек. Они встали и, шатаясь, побрели по дороге, окружённые всадниками, которые прикрепили носилки между лошадьми и медленно ехали по дороге. Через час показался город, вырубленный в скале.
Василиса изумлённо осматривалась, таких городов на Земле никогда не было. Особенно потрясли её ворота – это была скала-шар на цепях. Шар был тщательно отполирован.
Один из всадников заметил это, и подтолкнула командира, тот понимающе кивнул. Совершенно очевидно, что девчонка видела всё впервые. В городе их провели к белому зданию на площади, и попросила зайти внутрь.
Кира обнимала Василису и шептала:
– Васенька, очнись! Ты что же, не узнала? Это же Стар! Ты что?? Помнишь, мы приезжали, ликер привозили?!
Неожиданно на Василису накатила дикая тоска, она, наконец, прочувствовала, что уже ничего не вернуть. Как она рискнула? Она в чужом мире. Навсегда! Толстушка, озираясь, мучительно морщилась, и слёзы опять потекли ручьём, оставляя дорожки на пыльных щеках. Кира немедленно обняла её за плечи.
В здании их провели в какую-то комнату, посадили на стулья и велели ждать целителей. Вошли двое в синей одежде и, осмотрев, девушек, начали обрабатывать им раны. Василиса увидела причёски целителей – половина головы выбрита, волосы на второй половине заплетены в косу, и ещё сильнее заплакала. (Какое всё чужое! Неужели я привыкну?! Боже, что же я наделала?!).
Один из целителей шепнул, Командиру, здоровенному мужику в форме, который наблюдал за всем:
– У «плюшки» жуткий стресс, ей бы надо отдохнуть.
Командир покачал головой.
– Не время! Надо разобраться кто они. Нам не сообщали, что кто-то пропал. Откуда вы, девушки?
Кира хрипло прокашлялась, но её остановил Норм.
– Мы из Таи. Ушли погулять и нарвались на нхангов. Мы трое суток, убегали от них. Они упорные, всё время бежали за нами, пока мы не выскочили на дорогу.
– Проверить! – бросил Командир.
Василиса удивилась. (Странная реакция, они воюют с кем-то что ли?) Кира и Норм никак на это не среагировали. Тонг, вздыхая, смотрел в окно. Видимо, они просто не знали, как на это реагировать. (Ладно! На войне, как на войне!)
Мгновенно продумав несколько типов поведения, Василиса выбрала наиболее оптимальный. Она смущённо стянула порванную кофту на груди и просипела:
– А вы кто? Что это вы проверять собрались? Вы что, власть что ли какая?
– Амнезия! – охнул русоволосый целитель. – Я же говорил стресс. Надо скорее им помочь!
– Деточка, – мягко проговорил Командир, – как тебя зовут? Ты помнишь?
– Вася, – ответила та и, покраснев, спросила, – а тебя?
– А меня – Командир Патруля.
– Вы охрана что ли? – Командир кивнул, и тогда Плюшка закричала. – Это что же у вас хищники на людей бросаются? Вы за что деньги получаете? А?! Что за дела?
Командир усмехнулся, обижаться на соплячку он не собирался. Бухнула дверь, и он спросил у вошедшего:
– Ну? Что сообщили из Таи?
– Связи нет! – расстроенно проговорил патрульный.
– Как это нет? – взвился Тонг, который очнулся и был невероятно благодарен Плюшке, что она, по сути, вывезла эту ситуацию, когда они растерялись от недоверия к ним. – Меня и так мать порвёт за то, что сестру взял с собой на прогулку! Сообщите ей, что мы живы. Она же волнуется!
– Спокойно! – пробасил Командир. – Патруль и рейнджеры, на выход! Тридцать человек в Таи. Проводите ребят. Пусть отдохнут.
Их отвели в гостиницу. Идти оказалось недалеко, гостиница располагалась рядом с белым зданием, где их допрашивали, и имела яркую черепичную крышу и три этажа. Их отправили на второй этаж.
Василиса, охая, прошлась по номеру. Беленые стены, шкаф, сундук с замком. Стол, четыре стула и две двухярусные кровати. На потолке незатейливая люстра на три лампочки, которые, в отличие от земных, были цилиндрическими. На окнах вышитые шторы изо льна, на подоконнике в фаянсовых горшках какие-то цветы, похожие на земные астры.
– Мы первыми, купаемся, – заявила Кира.
Василиса с восхищением рассматривала большую мраморную ванную и душ. Что-то, а сантехника в этом Сулле была на высоте. Удивили и набор шампуней с разном запахом в красивых бутылках похожих на пластмассу. Василиса мысленно усмехнулась, синтетику в этом мире делали, но вот куда потом девали отходы?
Девушки завернулись в льняные простыни и вышли в комнату, парни немедленно заняли их место. Налетев на предостерегающий взгляд Киры, Василиса плюхнулась в большое кресло с резной спинкой и защебетала:
– Фух! Наконец-то отмылись. Всё так щиплет. Это же надо, вся поцарапалась! Кира, очень хочу есть и пить. Сколько уже голодные-то! У нас ведь остались деньги? Мы их не потеряли?
Она всё поняла, однако удивилась. С чего такие предосторожности, неужели им не поверили? Хотя то, что им не поверили уже настораживало.
Василиса повертела головой, уверенная, что отсутствие пороха не гарантирует отсутствие подслушивающих устройств, потом прошла по номеру, внимательно, осматривая фаянсовые горшки с цветами и картины на стенах, полагаясь не столько на глаза, сколько на логику: куда бы она сама спрятала устройства, но не нашла ни камер, ни микрофонов. Кира, наблюдая за её поисками, успокоила её:
– Да кое-что не выронила. Надо деньги поберечь, и что-то сделать с одеждой. Потерпи немного! Боюсь, что её не починить.
– Не волнуйся, я всё поняла, но есть всё равно хочу, – Златовласка прижалась к Кире. – Как хорошо, что от нхангов удрали! Мама дома, наверное, с ума сходит от беспокойства. Ладно, теперь всё будет хорошо. Мы же вместе!
Глаза Киры наполнились слезами, она считала себя виноватой за растерянность при беседе с Командиром и теперь, была счастлива, что Василиса не сердится на неё.
– Васька, я тебя люблю!
– Ой, да не волнуйся ты так! Мы живы, это же хорошо! – Василиса всхлипнула. – Девочку жалко. Ой, как жалко!
– Теперь ей уже никто не навредит. Жалко, что патрульные не нашли злодеев, – горько проговорила Кира, она уже придумала, как себя вести в городе с патологической подозрительностью властей. Теперь Кира ломала голову, как сказать Василисе, что они готовы быть ведомыми, потому что Василиса спасла их от провала.
– Жалко. Ты Кира голову-то не ломай зазря. Все устаканится со временем, – Василиса потянулась и заявила. – Хочу есть!
– Васька, ты и так в дверь не проходишь. Лучше подумай, что родителям расскажем? Они же ругаться будут! – Кира провела рукой по стенам в поисках щелей, скрытых за краской, и покачала головой. – Надо же обыкновенный мел. Что же они краски не добавили, всё повеселее было бы. Смотри-ка и трещины не замазали. Да уж! Не то, что у нас дома.
Василиса озадаченно подняла брови, из намека Киры она поняла. что здесь просто банально подслушивали и подглядывали. Она поправила на себе простыню, и принялась вертеться перед зеркалом.
– Хорошо, хоть простыни льняные! Что буду делать с волосами, просто не знаю, как их расчесывать? Что же они гребни не догадались в душевые положить? Кира, тебе тоже надо свои волосы расчесать. Что за гостиница? Халатов нет, тапочек нет.
– Что-нибудь нам дадут, – уверенно ответила Кира, – а потом родители приедут и всё привезут.
– Пока никого не видно, – проворчал Норм, появившийся из душа. Он подошел к окну, поправил простыню на теле и заметил. – Хорошо, что здесь народ воспитанный. Никто не пялится в окна. У нас бы уже вокруг гостиного двора все собрались и судачили. Типа кто приехал, да зачем?
– Так все же на работе, – Тонг плюхнулся на стул, и сморщил нос. – Эх, неужели, будем старую одежду стирать и чинить? Вы, как хотите, а я пойду выясню насчёт одежды. Уж если стирать, то надо узнать, где у них прачечная.
Он вышел, а Норм разлегся на кровати и задремал. Василиса поманила рукой Киру и прошептала:
– Кира, поди-ка сюда! Поди-поди!
– Что? – Кира была ею восхищена, понимая, что именно она что-то придумала и теперь главное не промахнуться и ей помогать во всем. Она подошла и обняла Плюшку.
– Кира, ты только не говори громко-то. Нечего парней-то пугать. Даже не знаю, как и сказать-то! Со мной что-то не так… Понимаешь, я ничегошеньки не помню! Помню, как вышли из дома, а потом провал, только-то Командира Патруля-то и помню. Он все спрашивает и спрашивает про что-то. А что не помню. Ни где мы, ни зачем ехали… Вот беда-то, ты мне напомнишь? Может я потом вспомню?
– Ты что вообще всё забыла? – охнула Кира и подмигнула ей.
– Ага! – ответила Плюшка. – Главное, чтобы мама не волновалась.
В дверь постучались, и вошёл маленький человечек, которого сопровождала дама с охапкой одежды на руках, их подталкивал в спину Тонг.
– Это портные, за счёт Патруля, – проговорил он и шёпотом спросил Киру, – ну, как она?
– Да, так же, – также шёпотом ответила та. – Ничего не помнит, но есть уже хочет.
– Ну, наладится, может быть, со временем? Дома всё вспомнит. Норм, пошли в ванную комнату, нам надо одеться, не в простынях же ходить. Девчонки, давайте быстрее, а то вы начнёте, как дома, перебирать наряды.
Парни вышли, а Василиса шепотом проговорила:
– Вот ведь вредный какой, братец! Мы перебираем наряды, а сам-то, как на свиданку идти, так полчаса перед зеркалом вертится. Это он хочет, чтобы ты только на него смотрела.
Кира также шепотом ответила:
– Полчаса, разве это время? Я так час на наряды трачу, а если на праздничные, то и больше.
Василиса рылась в принесенной одежде и краем глаза наблюдала, как внимательно слушают их шёпот портные.
Что же здесь происходит, почему за путниками, попавшими в беду, так следят? Да и зачем? Самое плохое, что гатанги даже и подумать не могли о подобном, иначе бы так не растерялись. (Что-то протухло в «датском королевстве»).
Златовласка взглянула на Киру, и буквально кожей почувствовала её тревогу. По её растерянному виду Василиса поняла, что её подруга также в недоумении. Ну, что же, значит надо полагаться только на себя, решила она и отправилась за небольшую занавеску в комнате переодеваться. Там была небольшая ниша, видимо для верхней одежды, но места было достаточно.
Спустя полчаса она вышла в новом наряде. На ней была пышная юбка синего цвета с оборками и белая кружевная кофточка с рукавами-фонариками. Свои косы она переплела, и завязал крендельками за ушами, украсив их голубыми бантами, «превратившись» в куклу на чайник. С точки зрения её самой, хуже было просто невозможно.
Кира с Тонгом и Нормом, уже одетые, посмотрели на неё и дружно ахнули. На них смотрела толстушка без тени мысли, аппетитная, соблазнительная и очень юная. Все прелести «плюшки» буквально выпирали из низкого выреза кофточки, пышные формы выглядели весьма соблазнительными и наводили на игривые мысли.
Тонг, порозовев, промычал:
– Вася, а не хочешь какой-нибудь платочек?
– Что?! – плаксиво вскричала та. – Тебе опять не нравится? Но ведь всё налезло и не жмёт. Красиво же!
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: