До революции четная сторона улицы Никитинской, звавшейся тогда Соловьиной, находилась уже за городской чертой и соседствовала с загородными садами самарских купцов – Субботиных, Чаковских, Дунаевых.
Райским местом сады не были – Константин Головкин в своей «краеведческой картотеке» упоминал, что «В 1872 году введен был во владение дачей (садом) Семен Устинович Субботин... На участке находилось несколько кое-каких построек и ветряная мельница о двух подставах. Сад составляет восточную границу Петропавловской площади и сам окружен с севера местом склада керосина Дочара и спичечной фабрикой Зелихмана, с запада место Епархиального ведомства и Духовная богадельня, а с юга место Дунаева (Дунаевский сад). Во время войны в 1915 году в саду были размещены военнопленные турки»
Еще до турок – в 1886-м году в «садах» обосновались болгарские эмигранты, покинувшие родину из-за политического переворота. Недовольные свержением князя Александра переселенцы арендовали в «садах» землю и занялись выращиванием и продажей овощей. В 1909-м в саду Субботиных открылся один из первых в Самаре детских садов, причем , по отзывам педагогов, юные воспитанники отличались склонностью к хулиганству. Что поделать - окраина!
Архитектурной доминантой служил Петропавловский собор , окружающая застройка изысками не отличалась. После революции новые власти переименовали в честь поэта Ивана Никитина сначала улицу Соловьиную, следом Петропавловскую площадь.
Огородники-эмигранты к этому времени объединились в сельскохозяйственную артель «Болгарское хозяйство», в середине 1930-х превратившуюся в теплично-парниковое хозяйство Горторга. По воспоминаниям директора теплиц Ивана Ивановича Карпова – кстати, отца легендарного куйбышевского футболиста и тренера Виктора Карпова, «Во время войны здесь стояла зенитная батарея, которая иногда по ночам палила в небо. Осколки снарядов застревали в крышах, падали наземь, становясь трофеями вездесущих мальчишек. Вдоль огородов шла покатая дорога в сторону вокзала, вся усыпанная битым стеклом с парников»
Джентрификация пришла на Никитинскую площадь в начале 1950-х. Поскольку ставшему доминантой новому крытому рынку требовалось соответствующее архитектурное окружение, в 1956-м году на подступах к площади со стороны улиц Ульяновской и Маяковского – в границах дореволюционного 124-го квартала – над малоэтажной застройкой поднялись два импозантных пятиэтажных сталинских дома-близнеца. Решены были в неоренессансном духе – с лепными панно на фасадах, рустом нижних этажей, фронтонами над входами, междуэтажными поясами и богатыми карнизами. С «купеческо-мещанской» застройкой при подготовке площадок под строительство не церемонились – но между помпезными новостройками внутри квартала каким-то чудом спаслась дореволюционная усадьба.
Уцелела, думается, потому, что занимала слишком маленький участок, к тому же выходящий на площадь узким клином и совершенно не годившийся под монументальные строения. Кроме того, заселена была в то время плотно, и в случае сноса потребовала бы предоставления новой жилплощади немалому количеству своих обитателей. Так же в 1956-м году усадебные строения были еще добротными, прочными и красивыми
Дата постройки известна – 1910-й год, а вот фамилии и род занятий владельцев - пока нет. Стояли на участке два двухэтажных дома – «полукаменный» и деревянный, одноэтажный флигель и традиционные «службы». «Полукаменный» особнячок смотрел главным фасадом на ныне исчезнувшую Петропавловскую площадь, композицию имел традиционную для так называемого «самарского стиля» - в три окна по основному объему с пристроенными справа сенями и лестницей на второй этаж.
Углы основного объема в первом этаже фланкировались крупным рустом, цокольная часть отделялась подоконным карнизом. Прямоугольные окна обрамляли наличники с ушками, имитацией замковых камней и фигурные сандрики. Под окнами проходил пояс ниш с угловыми выкружками, в уровне междуэтажного перекрытия проходил ряд поребрика.
В обшитом горизонтальным тесом втором этаже углы так же фланкировались пилястрами с накладными резными деталями. Над входом в уровне второго этажа изначально был вывешен балкон. Оформление окон и балконной двери впечатляло изысканностью и богатством резьбы, сочетающей двухъярусные прорезные и объемные элементы. Изящная резьба покрывала и фриз, и карнизные подзоры.
Неплох был и стоящий в глубине деревянный дом – так же горизонтально обшитый тесом с угловыми пилястрами с вертикальной обшивкой и аналогичным, но «облегченным» декором окон, фриза и карнизов. Можно предположить, что небольшой и нарядный «полукаменный» дом занимал сам хозяин, а деревянный – побольше и попроще – сдавался покомнатно в аренд.у
Очевидно, что революция пришла на усадьбу с общим сценарием муниципализации и перераспределения жилплощади, причем жилыми помещениями стали и бывшие «службы».
Все строения пребывает в статусе многоквартирного дома по сей день. Ремонта, как водится, за прошедшие 115 лет они не видели и продолжают держаться за счет былого запаса прочности и стараний нынешних обитателей.
Перед "девятым валом" новостроек новых времен усадьба в очередной раз устояла. Видимо, потому, что на занимаемом ею пятачке земли застройщикам было не развернуться. По словам жильцов, в 2010-м году попала в реестр ОКН и получила было шанс на возрождение - но вскоре из охранных списков тихо исчезла. Будущее камерного островка исторической среды туманно.
P.S. На основании Распоряжения Первого заместителя главы городского округа Самара от 11.03.2025 №775 «многоквартирный жилой дом, расположенный на территории Ленинского внутригородского района городского округа Самара по адресу ул. Никитинская, 151» признан аварийным и подлежащим сносу.