Предыдущая часть:
Но тайну случайно выдала Марина – она уже собралась и подошла к Андрею в проём.
– Зайка, как думаешь, если я этими духами побрызгаюсь, то эта лоху... – начала Марина, но, увидев Диму без наушников, быстро поправилась. – То мама Димы поймёт, что может нам доверять.
"Мама Димы!" – пронеслось в голове мальчика, и он вынужден был прервать игру.
– Папа, вы к маме едете? – спросил он, выходя из игры.
Теперь Андрею незачем было скрывать – сын всё знал. Оправдываться оговоркой Марины было глупо. Пришлось сознаться.
– Да, – вздохнул Андрей, обвинительно глянув на Марину. – Едем к маме, разобраться с кое-какими вопросами. При разводе имущество, нажитое в браке, делится пополам. Дом, где мама живёт, – совместно нажитое, так что пополам. Мы должны заехать и посмотреть, какая часть наша.
– Пап, – запаниковал Дима. – Ты маму без жилья оставить хочешь?
– Ни в коем случае, – отмахнулся Андрей. – Сынок, я не гнилой, хоть так и может показаться. Я нормальный мужик, не буду давить на слабую бабу. Но половину забрать должен, чтобы быть уверен: когда ты там, ты в безопасности, ничего не случится.
Дима не стал спрашивать, что может случиться, – папа не ответит. Папа ляпнет что-то бессмысленное, а потом сам опровергнет, оправдывая поступок. Скрывая презрение, парень посмотрел на папу и спросил:
– А я могу с вами?
Андрей не хотел, чтобы сын ехал к Ольге – боялся, что тот решит остаться у матери. Иванов не желал терять сына, так что решил оставить его дома, не говоря ни слова. Но вышло, что подросток узнал, и пришлось рассказать. Но брать с собой Андрей не собирался.
– Нет, сынок, – покачал головой папа. – Мы надолго, боюсь, тебе заскучаешь. Сиди, играй в комп. Время быстрее пролетит.
– Пап, как мне может наскучить в собственном доме? – возмутился парень, краем глаза глянув на Марину.
Эта надменная женщина стояла рядом с папой и смотрела на потенциального пасынка с пренебрежением. Дима всё больше сомневался в правильности пребывания здесь. Даже несмотря на красивые слова папы, он чувствовал – ему не рады. Пусть и скрывают.
– Сынок, там скучно будет. Мы с мамой жилищные вопросы решать станем, а тебе что делать?
Андрей потянулся в задний карман шорт, достал бумажник, вытащил пятьсот рублей.
– Вот, если хочешь, сходи в магазин, купи себе чего-нибудь. Сегодня разрешаю полакомиться химией. Бери чипсы, лимонад или дошираки.
Он вытащил ещё пятьсот.
– Держи ещё, если не хватит. Покупай что душа пожелает. Но с собой не возьму.
– Я хочу к маме! – воскликнул Дима. – Я просто хочу увидеться с родной мамой, и мне плевать, скучно там или нет.
– Нет! – не выдержал Андрей и заорал. – Сиди дома, и мне плевать, что ты думаешь.
Затем папа толкнул сына назад и захлопнул дверь комнаты. Дима, осмыслив случившееся, чуть не заплакал – слеза была скупой, ещё не мужской, но мальчишеской.
– Чего удумал? – возмущался Андрей, подъезжая к дому Ольги. – С нами поехать захотел. Хрен ему, а не поездка.
– Знаешь, Андрей, наверное, правильно, – поддакнула Марина, красуясь в зеркале заднего вида. – Будь с ним жёстче. Ты всё сюсюкаешься, а надо строже, иначе совсем разбалуется.
– Вот-вот, – согласился мужчина и свернул к воротам двухэтажного частного дома. – Вот мы и приехали.
Он поставил машину на ручник, заглушил мотор. Они вышли.
– Вот тут я когда-то жил, – проговорил Андрей, показывая подруге своё прошлое жильё. – Когда-то дом был целиком мой, а теперь только половина. Эх, обидно в такие моменты, Маринка. Пашешь всю жизнь как проклятый, а половину забирает бывшая на хлеб насущный.
– А потому что сразу правильных девушек выбирать надо, – ответила Марина и подмигнула. – Можешь быть уверен, я так не сделаю, зайчонок.
– Верю тебе, зайка, – мило отозвался Андрей. – Ну пошли в дом.
Они подошли к калитке, Андрей пошарил по карманам – правый, левый, задние, но ключей не нашёл.
– Зайка, когда на заправку заезжали, я там ключи не выронил? – испуганно спросил он. – Куда мы после поехали?
– Сначала заправка, потом магазин за водой, потом фастфуд поесть, а потом сюда, – перечислила Марина маршрут.
– Твою мать! – воскликнул Иванов. – Я не мог потерять эти чёртовы ключи. Помню, брал их с вешалки, крутил на пальце, когда уходили из квартиры. Куда я их дел?
– А в машине не оставил?
– Точно! – глаза Андрея загорелись.
Он рванул к машине, открыл дверь, обшарил бардачки, панель, сиденья. Ключей нет. Андрей психанул и хлопнул дверью со всей силы.
– И что теперь? – испуганно спросила Марина. – Нам весь день шататься по местам, где были, и ключи искать?
Андрей от злости не мог стоять на месте. Глянул на часы – четыре дня, до встречи с Ольгой в семь ещё три часа. Можно даже домой съездить. Но, крутясь от эмоций, он заметил знакомый силуэт вдалеке.
– Кажется, ждать не придётся, и не знаю, хорошо это или плохо, – сказал он, глядя на идущую к дому Ольгу.
Ольга шла домой пешком, утром на работу ездила на такси. Она была в двухстах метрах. Марина вгляделась, но сначала не узнала.
– Это кто? – спросила она, хмуря густые брови.
– Моя бывшая, лохушка, как ты выражаешься. У неё ключи точно есть. Ждём, пока подойдёт.
Ольга тоже сразу заметила машину мужа у дома и двух человек. Заторопилась. Через минуты расстояние сократилось до пятнадцати метров.
– Привет, – презрительно кивнул Андрей. – Мы рановато, чуть раньше договорились.
– Я заметила, – сухо ответила Ольга, проходя мимо бывшего и его любовницы. – А чего так рано, ребята? Вы на семь назначили. И как в дом собирались, если я только к тому времени вернуться должна была? Или ты, Андрей, ключами своими воспользоваться хотел?
– Упаси бог, – положа руку на грудь, ответил Андрей. – Думаешь, я просто так в твой дом полезу без спроса? Нет, мы пораньше, потому что интуиция подсказала.
Ольга прищурилась, секунды смотрела в глаза бывшему.
– Каким балаболом был, таким остался, – воскликнула она, развернулась и пошла к калитке. – Сейчас открою. А вы зачем приехали? И где Дима?
– Дима дома остался, – ответил Андрей. – Я предлагал ему поехать, сказал, что хорошо бы с мамой увидеться, но он отказался. Занят был, видимо. Что-то в компьютере делал, подозреваю, программирование осваивает. Талант растёт. Ему только компа не хватало.
– Так, а зачем вы приехали? – словно пропустив рассказ мимо ушей, переспросила Ольга.
Но она, конечно, обратила на это внимание больше, чем стоило. Про себя забеспокоилась, что это может быть правдой, но надеялась, что бывший врёт.
– Приехали посмотреть, что нам достанется, а что тебе, Оля, – объяснил Андрей. – Предлагаю мирно решить, какая территория твоя, какая моя. Иначе через суд, а это морока, сама понимаешь.
– Понятно, – не показав эмоций, ответила Сидорова.
Она открыла калитку ключом. Андрей с Мариной подошли ближе, чтобы войти. Ольга внутри кипела от отчаяния и стресса. Если б не бывший муж, перед которым нужно держать лицо, она бы рухнула на землю и зарыдала, вцепившись в волосы. Ей было больно от того, как жизнь с ней обходится. Но, только открыв калитку и заглянув во двор, Ольга остолбенела. На крыльце, на ступеньках перед входом, сидел Дима и пристально смотрел на калитку.
Она сильно удивилась, увидев сына здесь. Ещё больше изумились Андрей и Марина.
– Какого чёрта? – первым делом выкрикнул Андрей, увидев сына на пороге.
Дима вскочил со ступенек и быстрым шагом пошёл к родителям. Дима не стал ждать, пока папа с Мариной уедут, а сразу взял тысячу рублей, которые дал отец, вызвал такси и поехал к маме, чтобы обогнать их, перелез через забор, поскольку ключей не было, и уселся на крыльце ждать.
– Это ты мне объясни, пап, какого чёрта? – воскликнул Дима, подойдя ближе. – Почему ты маму обманываешь, говоря, что я сам не захотел приезжать? Почему постоянно хвалишься, что можешь дать мне всё что угодно? Думаешь, если подкупишь меня своими – или, вернее, её – деньгами, то я поведусь? Думаешь, если можешь, то обязательно получится? Нет, пап, ты сильно ошибаешься.
– Когда я такое говорил, сынок, явно наигранно удивился Андрей. – Когда говорил, что ты сам не захотел ехать?
– Это очень хороший вопрос, дорогой, – возмущённо протянула Ольга, поворачиваясь к бывшему. – Почему ты меня обманываешь, что Дима сам не захотел? И почему после прямого вопроса спрашиваешь, когда именно сказал? Ты что, Андрей, забыл, что было две минуты назад?
Андрей не знал, что ответить. Вопросы загнали его в тупик, и он не представлял, как выкрутиться.
– Так, стоп, – закрыв глаза и мотая головой, сказал он. – Объясните, что здесь творится. Дима, ты как сюда попал?
– Ты мне тысячу рублей оставил, – злобно, с ненавистью ответил подросток. – Вместо магазина я вызвал такси и приехал сюда. Слава богу, вы заезжали в кучу мест, прежде чем сюда, и я вас обогнал. Ключей не было, пришлось через забор перелезать.
– Подожди, сынок, – обнимая сына сзади, сказала Ольга, продолжая пронзала взглядом папу. – Так что этот негодяй сделал? Почему он сказал, что ты сам не захотел приехать? А на деле ты на такси примчался, да ещё через забор.
– Этот, которого я даже папой назвать не могу, толкнул меня в комнату и дверь захлопнул, – вытирая пот, объяснил Дима. – Он на меня наорал. Сказал, что я не поеду, хотя я несколько раз просился, чтобы увидеться с тобой. Мам, он меня не пускал. Я уже думал, он квартиру снаружи запер и я не выберусь. Слава богу, дверь оказалась открытой.
Андрей смотрел на сына с ненавистью. Наверное, если б не мама рядом, он бы ударил ребёнка. Но не смел. Сейчас он чувствовал слабость перед правдой, которую ему тыкали в лицо. Эта правда жгла, как святая вода демона, обнажая его истинную сущность под маской.
– Так вот в чём дело, – проговорила Ольга.
Андрей заметил по её лицу, что она злится не на шутку.
– Хорошо, сынок, спасибо за информацию. Теперь я знаю, что могу обращаться с ним так же, как он с тобой.
У Андрея лопнуло терпение – он не смог проглотить поток правды.
– Что ты несёшь, мелкая гадина? – заорал он на сына, чуть не кинувшись. – Зачем маму обманываешь? Хочешь выставить меня плохим папой? Говоришь, я ни на что не способен? Правда? Ведь так и есть, щенок. Признай.
– Не смей на него орать, козлина! – вмешалась Ольга, заслоняя сына. – Тебя не нужно выставлять плохим, ты и есть такой. Послушай, что сын про тебя говорит. И ты ещё твердишь, что воспитаешь из него человека.
– Он ещё говорил, что хочет построить крепкую семью, мам, – добавил Дима из-за спины матери.
– Что ты вмешиваешься? – продолжал орать Андрей. – Хочешь сказать, наша с Мариной семья тебя не устраивает? Хочешь сказать, мы тебя не обеспечивали?
Затем он повернулся к Ольге.
– Скажи, что ты дашь моему сыну? Я дам всё, что он захочет, денег у меня – ты таких не видела. Захотел компьютер – дал. Захотел бы ещё – дал бы. Но ты вмешалась. Что ты дашь сыну, нищенка?
– Мама даст мне любовь! – заорал Дима, выбегая из-за спины матери. – Потому что мама любит меня, а я – её. И плевать мне, что она не купит самый дорогой комп или не свозит в Диснейленд. Плевать на это. Я люблю маму просто за то, что она есть. А тебя ненавижу.
Андрей не знал, что ответить. Злость отступала, уступая отчаянию. Он смотрел сыну в глаза и понимал – тот искренен. Собственный сын ненавидел его всей душой, а мать любил по-настоящему.
– Сынок, – тихо произнёс Андрей. – Что ты говоришь? За что ненавидишь? Что плохого я тебе сделал? Я плохой папа? Скажи, постараюсь измениться. Правда.
– Ты был и будешь отстойным отцом, – оскалился Дима. – Никогда не изменишься, потому что такой по жизни. И я жалею, что знаком с тобой. Никогда не буду на тебя похож. И к тебе не вернусь. Хочешь через суд с мамой бодаться – бодайся. Суд спросит моё мнение, и я расскажу всё, что видел, пережил и знаю.
– Сынок, но я... – начал Андрей.
– Не называй меня так! – крикнул Дима. – Не хочу, чтобы ты звал меня сыном, и ты мне не папа. Вообще благодарен, что ты в моей жизни появился. Теперь знаю, каким быть нельзя. А теперь убирай свою куклу и проваливайте в квартиру, делайте там что хотите. Но никогда, слышишь, никогда не тревожьте меня и маму.
После слов Димы во дворе Андрею нечего было сказать. Сын не хотел слушать нелюбимого папу – он осознал его сущность. Это был алчный человек, понимавший свою нечистоту, но выгораживавший себя ролью хорошего папы. Но плохой человек не воспитает хорошего сына своим примером.
Андрей помолчал, наблюдая за бывшей женой, которая стойко пронзала его взглядом, затем развернулся, взял под руку свою "куклу" и уехал.
Диме пришлось ещё раз отправиться к папе, чтобы забрать свои вещи. Мальчик сам набрал Андрея и попросил разрешения взять одежду и школьные принадлежности. Он сразу оговорил, что ничего лишнего не требуется, а все подарки от папы, в том числе компьютер, останутся на месте. Андрей не стал спорить, позволил сыну войти в квартиру в последний раз, дал собрать всё необходимое и без слов отпустил его.
Иванов больше не заговаривал о делёжке имущества с Ольгой. Марина несколько разспрашивала, но он пресекал разговоры. Казалось, ему стала противна мысль отобрать у Ольги половину дома. Спустя месяцы мужчина написал дарственную на имя Ольги, передав свою долю, потому что слова сына заставили его задуматься о своей жадности и он решил не усугублять ситуацию. Так женщина стала полной хозяйкой дома.
Дальнейшая жизнь Димы и мамы складывалась хорошо. Ольга радовалась, что ситуация разрешилась, и ещё больше – что сын остался с ней и не ходит к папе. До эмоционального разговора во дворе она думала, сыну нужно мужское воспитание, без папы тяжело. Но услышав его слова, поняла – в пятнадцать мальчик уже взрослый. Ему не нужно мужское воспитание, он сам может дать его кому угодно. В пятнадцатилетнем парне мужского было больше, чем в его взрослом папе.
Ольга, которая трудилась простым бухгалтером, вскоре оставила ту работу, потому что подвернулось предложение получше. В городе открылась вакансия главного бухгалтера в солидной фирме, занимающейся поставками продуктов в магазины, она прошла собеседование с красным дипломом и была принята как опытный специалист. С красным дипломом в руках она отправилась на собеседование и показала себя с лучшей стороны, как знающего специалиста. Начальство оценило её и приняло на эту позицию. Кстати, фамилию на девичью Калашникову она не сменила. За почти шестнадцать лет привыкла к Сидоровой, и после развода она перестала ассоциироваться с тем подлецом.
После новой работы дела пошли в гору – зарплата выросла в разы по сравнению с прежней, и Ольга смогла обеспечить стабильность для себя и сына, без нужды в помощи от бывшего.
У сына тоже всё ладилось. Мальчик хорошо учился, с обретённой взрослостью перестал прогуливать и опаздывать. Пытался переучить своего друга Серёжу не задерживаться на переменах, но получилось слабо. Ещё Дима подошёл к Кате. Был уверен, что нравится ей, но не знал точно. Уверенность не подвела – она прямо сказала, что он симпатичен. Тогда парень объяснил красивой однокласснице, что они не пара, не подходят друг другу, и ей лучше не обращать на него внимания.
– Ты дурак, Димыч, – воскликнул Серёжа, услышав, что друг отшил самую красивую девчонку. – Какой же ты дурак!
И ударил себя по лбу.
– Да почему дурак-то? – возмутился Димыч. – Я сделал как посчитал нужным.
– Потому что у неё батя богатый, – воскликнул Серёжа. – Я тебе схему объяснял. Начинаешь встречаться, лет пять, потом женишься. И живёшь на халяве, не работая, а тебя содержит её семья.
В ответ Дима грустно взглянул на друга, отвернулся, помялся и сказал:
– Нет, Серёжа, обеспечить себя я и сам смогу когда-нибудь, может, даже стану богаче её папы. Но зачем мне деньги, подарки и халява, если нет любви?
Дима произнёс эти слова с такой ноткой в голосе, что у Серёжи по коже побежали мурашки. С тех пор Петров больше не заводил этот разговор с приятелем. И для Димы это стало последним упоминанием об отце. Он старался выкинуть его из головы. В итоге парень сформулировал для себя главное правило: "Я сам себе отец".