Журналист из Милана Bianca Giacobone и лондонский букинист Guido G. Beduschi уверены, что "происходящее сейчас происходило всегда - с момента изобретения языка и письменности":
"В 2011 г. Earle Havens, директор Центра истории книги эпохи Возрождения при Университете Джонса Хопкинса, поставил перед собой задачу: убедить свой университет купить «огромную коллекцию подделок». Коллекция, известная как "Bibliotheca Fictiva", включала в себя более 1200 литературных подделок, охватывающих разные века, языки и страны: рукописи в красивых переплетах с аннотациями, написанными чёрными чернилами якобы рукой Шекспира; произведения сицилийских тиранов, римских поэтов и этрусских пророков; поэмы известных священников и теологов — все они частично или полностью поддельные.
Это была необычная задача для учёного, посвятившего себя изучению истины, но Хэвенс был непреклонен. «Мы никогда ранее не нуждались в подобной коллекции больше, чем сейчас», — сказал он тогда декану библиотеки. Интернет и растущая популярность социальных сетей изменили способы написания, распространения и потребления информации, породив феномен фейковых новостей в том виде, в каком мы сейчас его знаем. В таком «безумном, стремительном информационном мире» собрание древней лжи и искажений фактов, содержащееся в «Bibliotheca Fictiva», может стать руководством к действию, демонстрируя, что «происходящее сейчас, на самом деле происходило с самого изобретения языка и письменности», — сказал Хэвенс.
Его просьба увенчалась успехом. Университет Джонса Хопкинса приобрёл коллекцию за неназванную сумму и разместил её в обшитой панелями библиотечной комнате Evergreen Museum and Library в особняке XIX в. в Балтиморе.
Продавцами были Arthur и Janet Freeman - супружеская пара книготорговцев, сделавшая себе имя в узком кругу антикварных книготорговцев, коллекционируя увлекательные литературные подделки. Их собрание берет начало в 1961 г., когда Артур Фримен, тогда аспирант Гарвардского университета, изучавший елизаветинскую драму, начал собирать материалы о Джоне Пейне Кольере. Кольер - уважаемый исследователь XIX века - вызвал переполох среди современников, заявив, что нашёл тысячи аннотаций к экземпляру Второго фолио Шекспира, которое, по его словам, было написано современником Шекспира, но на самом деле было подделано самим Кольером.
В последующие десятилетия Фримен собрал множество литературных подделок, отыскивая книги, содержание которых обманчиво по своей сути. Среди них были стихи, якобы написанные Мартином Лютером, который был не слишком талантливым поэтом, или рассказы о папе Иоанне – женщине, которая в Средние века выдавала себя за мужчину и была избрана папой, но внезапно родила прямо во время процессии в Риме. Последний миф сохранялся на протяжении веков и был окончательно развенчан лишь в XVII в.
С тех пор, как Университет Джонса Хопкинса приобрёл эту коллекцию, Хэвенс и другие преподаватели используют эти работы для обучения студентов медиаграмотности и дезинформации. Это относительно недавнее явление в академической среде, в которой учёные скорее игнорировали историю подделок. «Со временем в этой информационной среде произошло нечто новое, и люди стали обращаться к прошлому, чтобы узнать о дезинформации и фейках то, что крайне актуально сегодня, — говорит Хэвенс. - И отрадно знать, что это не просто явление современной цифровой среды социальных сетей».
Один из самых важных уроков, которые студенты могут извлечь из этой коллекции, — это не столько умение распознавать истинность содержания текста, сколько то, что текст часто создаётся с определённым намерением. Chinyere Ihim, аспирантка факультета гуманитарных наук Университета Джонса Хопкинса, где она посещала летний семинар Хэвенса, говорит, что это придало «больше ясности и чёткости» её подходу к потреблению новостей и информации. «Это переключило мой фокус с вопроса «Правда ли это?» на вопросы «Кто это создал? Кому это выгодно и почему? Что они пытаются сделать? Чем они пытаются воспользоваться?» — сказала она. - Когда я слышу новость, которая кажется мне подозрительной, я спрашиваю себя: «Какой страх, какое желание, какую культурную тревогу эксплуатирует эта история?» На это всегда есть причина».
Например, причина создания «Дара Константина» - возможно, самой значимой подделки в истории западной культуры, очевидна. Этот поддельный эдикт VIII в. утверждал, что римский император Константин подарил Папе Римскому западную часть Римской империи, и на протяжении веков папство использовало его для обоснования своих притязаний на политическую власть, пока в 1440 г. этот указ не был опровергнут гуманистом Лоренцо Валлой.
Чтение древних путевых заметок с выдуманными рассказами о путешествиях в дальние страны, населённые людьми, которых называли «диковинками» или «дикарями», помогло Ihim осознать, насколько мощными и потенциально опасными могут быть эти истории. «Эти вымышленные истории стали прототипом трансатлантической работорговли, — говорит она. - Воображение фактически стало реальностью, и это выглядит пугающе».
Конечно, информационная среда радикально изменилась со времён Дара Константина и путевых заметок, и сейчас она переживает два особенно бурных десятилетия. Kirsten Eddy, старший научный сотрудник Pew Research Center, специализирующаяся на новостных и информационных привычках, отмечает, что интернет и социальные сети изменили отношение людей к информации.
«Люди получают больше информации из большего количества источников, чем когда-либо прежде, — говорит Эдди. - Людям не только сложно понять, чему доверять, но они также испытывают растущую усталость от новостей или даже избегают их». В США доверие общественности к основным институтам и средствам массовой информации неуклонно падает в XXI в., причём доверие к национальным новостным организациям значительно снизилось за последнее десятилетие, согласно данным Pew Research Center.
Распространение генеративного ИИ, вероятно, усугубит этот момент сомнений. Недавний отчёт сайта NewsGuard, занимающегося проверкой фактов, выявил более 1200 сайтов, публикующих недостоверные новости, сгенерированные ИИ, «практически без какого-либо контроля со стороны человека». «Вера людей в своей способности распознавать фейковую информацию или информацию, сгенерированную ИИ, невелика», — говорит Эдди.
Генеративный ИИ действительно способен пошатнуть «основы создания текста» и снизить в целом «наше доверие к письменному слову», как предположил в своей недавней статье Thomas Hellström, возглавляющий группу интеллектуальной робототехники в Университете Умео в Швеции.
Тем не менее, можно рассматривать этот процесс и с другой стороны: ИИ — это новейший инструмент в долгой истории человечества по формированию и искажению нарративов. Damien Charlotin, исследователь из HEC Paris and Sciences Po, где он изучает большие языковые модели, право и дезинформацию, отмечает, что в юридическом контексте известны случаи, когда ИИ создавал фиктивные судебные дела, используемые для подкрепления юридических аргументов.
«Но в юридической сфере всегда имели место безответственные игры с властями, подтасовка и вставка цитат, недобросовестное искажение и опровержение аргументов, — сказал он. - Изменение заключается в том, что с появлением нового инструмента, способного создавать вещи, которые даже не существуют, нам легче выявлять неряшливых и недобросовестных юристов».
Но плохие юристы с их плохими аргументами существовали и до появления ИИ, точно так же, как и существовала человеческая склонность лгать, фальсифицировать и подделывать тексты еще до появления термина «фейковые новости», как свидетельствует Bibliotheca Fictiva.
В 2024 г. Хэвенс и Christopher Celenza, декан Школы искусств и наук Кригера при Университете Джонса Хопкинса, провели виртуальный семинар по истории дезинформации. «Масштаб и скорость изменений в медиа, которые мы переживаем, беспрецедентны в истории человечества, — говорится в описании семинара, опубликованном университетом. - Тем не менее, люди в прошлом сталкивались с кризисными моментами — моментами, когда написанное казалось ненадёжным, когда формат письменной информации менялся, а новые форматы публикаций заставляли переосмысливать природу истины».
В непростые времена стоит помнить, что опыт человечества в их преодолении обнадёживает. Накопленный в библиотеках, университетах, государственных учреждениях и научных институтах опыт, как правило, оказывается на выигрышной стороне. Вопрос сегодня состоит в том, сможет ли этот опыт поспеть за скоростью и масштабами обмана, и в какой степени общественность сможет его поддержать.
«Будут безумные теории, будут люди, предполагающие заговоры, будут ошибки, — сказал Селенца. - Но, надеюсь, со временем, если мы сможем держаться вместе, мы поймём, что объединённый опыт — это то, за что нам по-прежнему следует бороться»."
Телеграм-канал "Интриги книги"