Никто из его друзей и не подозревал за ним такой прыти. Кто бы мог подумать, что маленький веснущатый тамбовец с лукавыми голубыми глазками сумеет примениться к неприветливой заполярной природе не хуже любого местного старожила. Всё, казалось, было для него здесь непонятным. Вместо средне-русской просторной равнины с такими знакомыми бочажками, запрудами у мельниц, ивами и рядами приветливых колхозных изб с обязательной силосной башней за овинами, тут господствовал какой-то хаос. Нагромождение скал, тундра с короткоствольными кривыми березками, угрюмые заросли с упавшим в топкое болото лесом. И вот однако же Тимофей Мирошников не смутился.
Началось с того, что он поразил всех своим умением разжигать костры. Было это утром, когда после утомительного ночного марша их часть остановилась на отдых. Погода-хуже не придумаешь. Если накануне вокруг еще лежал снег и мороз сковывал воду, то к этому времени оттепель преобразила окрестности. Все покрылось скользким мокрым ледком. И деревья, и камни, и земля. Место было скалистое, растительность чахлая - одни только карликовые березки с нежно-розовой сырой корой.
Бойцы бросились разжигать костры. Но те лишь чадили, дымили и затем гасли, мигая крохотными искорками. Сырость душила их. А Мирошников не торопился. Он переходил от деревца к деревцу и, нагибаясь, откидывал от корневищ мох, затем штыком отделял нижнюю, самую сухую часть березовой коры. Когда он набил все карманы тонкими колечками бересты, он принялся за устройство костра. Он взял те же материалы, что и бойцы-сырой хворост и коряжистые стволы срубленных лопатами березок. Но положил он их не как попало, а шатром и притом на очищенную ото льда землю. В середину сунул бересту. Чиркнула спичка, и от сырого костра повалил пар. Казалось, что его постигнет общая участь. Но нет, береста давала сильный жар, он накапливался под шатром и скоро сквозь черную ломаную решетку хвороста стала ясно видна огненная сердцевина. Наконец, пламя прорвалось и метровым языком вытянулось вверх. Сырость была побеждена. Это была первая изобретательность Мирошникова.
Остальные сюрпризы он приготовил уже на месте, когда часть добралась и расположилась на позициях. Линия окопов и землянок шла в лесу по обрывистому
берегу реки. Ветер поднимал и приносил снизу пронизывающую до костей острую ледяную пыль. Бойцы прятались от нее, как умели. А Мирошников и тут не оплошал. Однажды он приволок с собой вместительный холщевый мешок.
Ребята только посмеивались: «Куда это ему - шишки что-ли собирать?». Мирошников помалкивал до поры до времени. Он надергал мха побольше, высушил и набил им мешок, предварительно прорезав в нем дыру для головы. И с тех пор никакая вьюга не была страшна смекалистому тамбовцу. Мирошникову было тепло. Он спал в самодельном спальном мешке, как сурок. А товарищи завидовали ему.
Когда бойцы пообжились, настроили землянок и блиндажей, Мирошников еще раз удивил всех своей хозяйственной сметкой. В землянках бойцы выложили печурки, но отапливаться приходилось только ночью. Днем финны не позволяли - по дымкам из минометов лупили. Ну, а у Мирошникова работа такая: ночью он в разведке, днем - обогреться, отоспаться нужно. Пришлось ему хитрить. Полдня трудился он над сооружением трубы для отвода дыма. Он подвел ее к обрыву с таким расчетом, чтобы ветер не давал дыму подниматься, а гнал его книзу и развеивал по оврагу. Так оно и получилось. Во всю отныне топил Мирошников днем печурку и спал мирным сном. A финны злились. Они чувствовали запах тепловатого горького дыма, но, не видя цели, не знали, куда им стрелять. И тогда, заинтригованные, решили они ночью наведаться, посмотреть, что это за выдумки там у русских. Ну, и в первую ночь доставили нашим дозорным некоторые хлопоты. А во вторую - Мирошников приготовил им соответствующую встречу. На всех тропках, идущих с финской стороны, поставил он сигналы – хлопушки. Финны пошли и задели ногами за веревки, протянутые между кустами. Сорвались специально укрепленные доски, ударили друг в друга, словно в ладоши. В ночной тишине это прозвучало, как гром. Сейчас же по этим местам наши из пулеметов застрочили. Ну, и результаты оказались достойными замысла.
Вот он каков, этот тамбовец Мирошников. Конечно, все его маленькие хитрости просты, но тем это и замечательно, что их могут теперь повторить и другие бойцы. Надо сказать, что Мирошников совсем не гордится. Напрасно было бы искать на его задорном краснощеком лице следов какого-нибудь торжества и чувства превосходства. Нет, он делал все запросто, походя. Это ведь является свойством его русской стойкой натуры - сопротивляться всем трудностям природы, бороться, до конца бороться и применяться к любым условиям жизни, чтобы всегда выходить только победителем.
Вл. Курочкин
Карельский фронт. Красноармейская газета «В БОЙ ЗА РОДИНУ», №66 от 29 октября 1941 года.
Подпишитесь 👍 — вдохновите нас на новые архивные поиски!
© РУДН ПОИСК
При копировании статьи, ставить ссылку на канал "Строки фронтовые"
Партнер проекта: Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО)