Людмиле Гурченко 12 ноября исполнилось бы 90 лет. Интересующиеся ее творчеством знают о звезде многое. Она охотно рассказывала о разных этапах своей жизни, включая период забвения с конца 1950-х до начала 1970-х. Но об истинных причинах случившегося говорила смутно. Повод для гонений так и остался белым пятном ее биографии. В день юбилея в этой истории попробовал разобраться корреспондент агентства «Минск-Новости».
Белорусский след
Талант Людмилы Гурченко всегда находился на Рубиконе феерической актрисы кабаре и глубокой характерной драматической исполнительницы, которой только бы Шекспира играть. А это страшнее раздвоения личности! Шагнешь в одну сторону, — услышишь: «Танцы, вертлявые западные штучки-дрючки. И это наша комсомолка!» Шагнешь в другую — прозвучит: «А что эта девица легкого жанра вдруг решила из публики слезу выдавить?»
Танцевально-песенное дарование она открыла в себе еще в раннем детстве, в Харькове, когда выступала вместе с отцом Марком Гавриловичем. Тот играл на баяне, пел на утренниках и праздниках. С началом войны папа ушел на фронт. И во время оккупации города, где Люся оставалась жить с матерью, семилетней девочке пришлось петь и плясать перед немцами, чтобы не умереть с голода.
Талант драматической актрисы проявился на третьем курсе ВГИКа. Она сыграла на сцене Амалию в «Разбойниках» Фридриха Шиллера. Но эстрадное конфетти вновь взяло верх. Дипломным спектаклем стала оперетта «Кето и Котэ» и еще одна сценическая композиция, в которой Люся снова пела и плясала.
Дебютные роли в советском кинематографе были второго плана — в фильмах 1956 года «Дорога правды» и «Сердце бьется вновь». Никто тогда не заметил Гурченко.
Первому феерическому успеху поспособствовал человек, имевший прямое отношение к белорусскому кино. Кинооператор Аркадий Кольцатый начинал карьеру в 1927 году на студии «Белгоскино», временно расположенной в Ленинграде. Снял там десять фильмов ранней белорусской киноклассики. А в середине 1950-х работал на «Мосфильме». Его кинокамерой запечатлена комедия «Карнавальная ночь». Именно к нему в павильон директор студии Иван Пырьев привел Людмилу, случайно встретив в коридоре студии, и скомандовал: «Сними ее получше, — и будет человек». Кольцатый снял! Да так, что бюрократ Огурцов, в исполнении Игоря Ильинского, оказался прошлым страны. А Люся Гурченко с песенкой «Пять минут» в образе Люды Крыловой с горящими глазами, осиной талией, пронзительным голосом — символом хрущевской оттепели.
«Карнавальная ночь»
Именно благодаря операторской работе, мастерским крупным планам, обычная советская девушка не самой выдающейся красоты стала кумиром! А для кого-то — иконой стиля в умении подать себя. При том что режиссер фильма Эльдар Рязанов противился кандидатуре. Пырьев буквально заставил взять актрису на главную роль.
Людмила проснулась знаменитой. Разговоры об обремененности славой после выхода ленты, конечно, были кокетством.
А как ликовал отец в Харькове, выживший на фронте и продолжавший карьеру массовика-затейника. Его доча стала звездой! А сомневавшихся в этом просил на одесском лексиконе не расчесывать ему нервы. Как всякий любящий папа верил: в ее судьбе впереди только фанфары и поляна с белыми лебедя́ми!
Жесткий подход
В 1956 году страна начала готовиться к проведению VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве. Событие решили отразить и в кино «Девушка с гитарой», где талантливая продавщица музыкального магазина все время поет, привлекая покупателей, в том числе делегатов международного форума. Для этого часть картины запланировали фиксировать на пленку в дни фестиваля.
«Девушка с гитарой»
Министр культуры СССР Николай Михайлов предложил не ломать голову. Взять Гурченко, сценаристов «Карнавальной ночи», и использовать их талант в новом кино по старым лекалам. На вопрос, чем же новое кино развлечет публику, если в нем не будет юмора, он ответил: «Песнями и танцами».
Юрий Саульский и Аркадий Островский написали 12 песен. Правда, прохладноватых — мероприятие ведь государственное. Министр побоялся доверить ответственное дело молодому Рязанову. И назначил постановщиком Александра Файнциммера. Режиссер ошибочно считал до старости, что стал тем, кто принес Гурченко несчастье. По иронии судьбы, Файнциммер, как и Кольцатый, человек из плеяды белорусских кинематографистов 1930-х годов, заслуженный деятель искусств БССР, в 1950 году получивший сталинскую премию за ленту минской студии «Константин Заслонов». Человек прекрасный, постановщик патриотического кино. Только в работе над комедиями не имел никакого опыта. Но не мог не согласиться с высочайшим распоряжением. И принялся создавать музыкальное кино, предварительно посмотрев в Госфильмфонде американские мюзиклы. Профессионалу перенять стилистику ничего не стоит.
Фильм получился ярким, с музыкальными номерами, в центре которых поющий персонаж в исполнении Людмилы. Но в нем не было ни уморительных шуток, ни музыкального хита на манер «Пяти минут» из «Карнавальной ночи».
Новую ленту посмотрело 32 млн зрителей, что окупило бюджет и принесло равную ему прибыль в доход государства. Хвалить бы авторов и хвалить. Неожиданно для всех пресса с жесткой критикой обрушилась на картину и исполнительницу главной роли, чего просто так в СССР не бывало. Всему имелись тайные причины. Заголовки в газетах были следующими: «К легкому жанру по… легкому пути», «Опасный крен», «В плену дурного вкуса».
Идя на прием к министру Михайлову, Гурченко думала, что ее сейчас будут утешать и хвалить. Ведь этот начальник сам затеял сделать именно такое кино. Но вместо этого в присутствии товарищей по партии сделал вид, будто не имеет отношения к идее фильма. Во всем обвинил бездарную Люсю, пригрозив, что в пыль сотрет, предаст имя забвению. К исполнению этого обещания приложил руку вовсе не он. Подробности будут впереди. Кстати, ходили слухи, будто кто-то из партийных бонз домогался Гурченко, но она отказала, поэтому началась вакханалия мести. Это не соответствует действительности.
«Девушка с гитарой»
Забыть о таланте
Девушка осталась одна в столице без средств к существованию и начала ездить с концертами по стране. Пела, плясала на заводах, в районных клубах. Иногда это происходило не официально, не под покровительством филармоний, а с вольными антрепренерами, что было в СССР уголовно наказуемо.
В результате вышла очередная статья «Чечетка налево» в «Комсомольской правде». В материале пропесочивали артистов, в том числе Гурченко — за нелегальные заработки. Казалось, карьера окончена. Но советская власть в хрущевские годы не рубила головы, не запирала перед носом все двери. Придерживала легонько за шиворот, иногда отпуская попастись на луга.
Так на Гурченко посыпались предложения от республиканских студий. Она снималась в Таллине, Киеве, Одессе, даже в Ленинграде.
Оператор Кольцатый, в 1966 году став режиссером, по старой памяти добился для актрисы главной роли на «Мосфильме» — в картине «Нет и да». Но все эти фильмы выходили малыми тиражами и не имели широкого успеха. За десять лет зрители забыли Людмилу.
«Женитьба Бальзаминова»
В театрах тоже не складывалось. В «Современнике» Гурченко не прижилась — там работал сплоченный со времен учебы в Школе-студии МХАТ коллектив. В Театре киноактера не предлагали интересных работ. Массовый зритель видел ее только в эпизодах нашумевших лент: «Женитьба Бальзаминова» (1964), «Корона Российской империи, или Снова неуловимые» (1971).
Актриса махнула на себя рукой и решила, что нужно забыть о драматическом таланте. Пошла петь и плясать в «Госконцерт», продолжая мелькать в киноролях третьего плана.
Не замаливать, а исправлять
А. Файнциммер испытывал чувство вины перед Гурченко. Сетовал на это собственному сыну и коллеге, режиссеру Леониду Квинихидзе. Тот в начале 1970-х взялся за мюзиклы. Первым стал «Соломенная шляпка» (1974). Решил провести кинопробы Людмилы на одну из главных ролей — мадам Клары Бокардон. Квинихидзе рассуждал так: если даже у властей еще остались претензии к актрисе, ее участию в безыдейном музыкальном кино никто перечить не станет.
«Соломенная шляпка»
Так возродилась Людмила Гурченко на большом экране рядом с мегазвездой Андреем Мироновым. А потом была еще одна лента Квинихидзе — «Небесные ласточки», в которой случился отчасти бенефис Людмилы Марковны. Ей на тот момент исполнилось 40 лет. Самая яркая часть карьеры ждала Гурченко впереди. Могла ли о подобном думать актриса, забытая зрителями на годы? Вряд ли. Но поворот в судьбе произошел. И Марк Гаврилович сказал бы: «Так шо у нас опять за здрасьте?»
Надо тебя менять
Режиссер Алексей Герман предложил Гурченко роль Нины в драме «Двадцать дней без войны» (1976) на основе одноименной повести Константина Симонова из цикла «Из записок Лопатина».
Постановщик помнил ленинградскую картину «Балтийское небо» (1959), где Людмила пронзительно и тонко сыграла юную блокадницу Соню, у которой умирают мать, дедушка, и девушка остается с девятилетним братишкой.
С первых дней работы Герман заметил, что неистовой Гурченко придает тонус взвинченное состояние. И специально начал говорить ей при коллегах: «Люся, это тебе не чечетку танцевать, надо тебя менять». Она сразу включалась и начинала фонтанировать талантом.
«Двадцать дней без войны»
Ее партнером по площадке стал Юрий Никулин, для которого драматические роли не были основным амплуа. Природное чувство юмора иногда не удержишь. Актер тогда испортил один из дублей. Полная нежности Нина искренно сказала Лопатину (герою Никулина): «У тебя такие сильные руки…» А он ответил: «Ты еще не видела мои ноги!», взбесив постановщика и рассмешив группу.
Фильм о том, как корреспондент «Красной звезды» едет на 20 дней в Ташкент, видит горе и нищету тыла, переживает не долгую, но яркую любовь с женщиной Ниной, стал для Гурченко вторым дыханием и счастливым шансом.
Ее вокальная карьера никогда не прерывалась. И все же появились полюбившиеся всем зрителям роли, где есть трагичность, безысходность или выразительный накал, страсть. Речь о лентах: «Пять вечеров» (1978) Никиты Михалкова, «Любимая женщина механика Гаврилова» (1981) Петра Тодоровского, «Вокзал для двоих» (1982) Эльдара Рязанова.
«Вокзал для двоих»
Перелистнула страницу
Так что же случилось тогда, в конце 1950-х? Многие актеры как ни в чем не бывало продолжали свою карьеру и после более неудачных картин, чем «Девушка с гитарой». Кто-то просвещенный скажет: это секрет Полишинеля. Гурченко продолжала молчать до развала Союза и позже, в 1990-е годы. Лишь в 2000-х, на одной из теплых встреч с все тем же Рязановым, она как будто перелистнула страницу давнего прошлого, которое тяготило ее, и призналась.
После успеха «Карнавальной ночи» начался профессиональный взлет. Предполагалось, что она вот-вот войдет в актерскую элиту. И пока не набрала высоту, не обрела друзей и поклонников в высших эшелонах партийных чиновников, ее вызвали на Лубянку. Шел VI Международный фестиваль молодежи и студентов. Ей предложили… сотрудничество.
Ничего сложного: раз в квартал приходить и в письменном виде делиться с всесильным ведомством информацией о разговорах, настроениях среди служителей Мельпомены, особенно тех, на кого укажут. Взамен — посещение зарубежных кинофестивалей, работа в академических московских театрах, беспрепятственное получение ролей в кино, выделение жилплощади без очередей и еще десятки разных, как сейчас бы выразились, «плюшек». Респектабельная благополучная жизнь.
Но 21-летняя девушка из провинции, едва начавшая свою карьеру, наотрез отказалась, к тому же произнесла нечто нелицеприятное. По примеру папы — за словом в карман не лезла.
Реакция последовала незамедлительно — заработал механизм молоха. Результат: те самые убийственные статьи, реакция министра Михайлова, частичная заморозка карьеры на без малого 20 лет, к чему режиссер Файнциммер, как выяснялось, не имел отношения.
…Фильмы с участием Гурченко не теряют своей актуальности и сейчас. Несмотря на то, что артистки уже давно нет в живых, ее продолжают помнить.
Людмила Марковна была не только прекрасной актрисой и очаровательной женщиной, но и стойким оловянным солдатиком.
Пусть легенда спит спокойно!