Опять стою у дверей комнаты Гастро, и сердце сжимается от предчувствия. Каждое утро - это лотерея. Проснутся ли они без новых язв? Без слёз из глаз? Без крови в лотке? И каждый раз, открывая эту дверь, я знаю - всё зависит от того, что было в их мисках вчера. Вот он, Пич. Смотрит на меня этими усталыми глазами, словно понимает всю безнадёгу ситуации. Его организм помнит каждую ошибку в питании, каждый раз, когда приходилось экономить на корме. И теперь любая попытка дать ему что-то другое оборачивается новым витком страданий. Знаете, что самое мерзкое? Когда люди говорят: "Да они и мышей едят на улице, выживут". Чёрт возьми, если бы эти умники провели хотя бы день в шкуре Пича, посмотрели бы на язвы, которые расцветают на его теле от обычного корма как ядовитые цветы... А вот Снежка. Белая, как первый снег, который так быстро становится серым в городе. Её глаза постоянно на мокром месте - не от слёз, а от воспаления. Стоит только перевести на обычный корм, и через день она превращается