Дождь барабанил по карнизу, ровно и монотонно. Сергей смотрел в окно на расплывающиеся огни ночного города, слушая, как в прихожей жена собирает вещи. Звук застегивающейся молнии чемодана был похож на последний щелчок замка, запирающего их десятилетнюю жизнь.
Он не верил до последнего. Даже когда увидел переписку в её телефоне — тот самый, который она всегда держала при себе, как драгоценность. «Она просто флиртует, — пытался убедить себя Сергей. — Ей нужно внимание». Но там были слова, которые он помнил. Точные, выверенные фразы о несчастливом браке, о пустоте, о поиске родственной души. Фразы, которые она когда-то говорила ему, сидя с бокалом вина в баре, жалуясь на своего первого мужа.
И тут в его памяти что-то щелкнуло.
Десять лет назад. Она была замужем. Он знал об этом. Для него это был тяжкий груз, но она так искусно выстраивала картину мира, где он — рыцарь, спасающий её из башни несчастного брака.
«Он не понимает меня», — говорила она, и её глаза наполнялись такой тоской, что Сергей готов был свернуть горы.
«Он холодный, мы уже давно не муж и жена».
«С тобой я снова чувствую себя живой».
Он верил. Верил, что их связь особенная, что она — жертва обстоятельств, что ради него она готова на всё. Сергей тогда восхищался её смелостью. Она предала человека, с которым прожила семь лет, ради него. Это льстило. Это делало его избранным.
На их свадьбе он поймал на себе взгляд её бывшего. Тот не был злым или полным ненависти. В его глазах читалось что-то другое — усталое понимание, почти жалость. Сергей тогда счёл это проявлением слабости. А сейчас, глядя в тёмное окно, он вдруг этот взгляд вспомнил. И понял.
Чемодан был готов. Она вышла в гостиную, красивая, ухоженная, с тем же решительным выражением лица, что и десять лет назад.
«Ты всё понял?» — её голос был холоден. Ни капли раскаяния. Ни тени той «хрупкости», что она так тщательно изображала все эти годы.
«Да, — тихо сказал Сергей. — Всё».
«Он… он не то что ты. Он…»
«Понимает тебя? — перебил он. — Чувствует? Он твоя родственная душа?»
Она смутилась. Уловила в его тоне нечто, заставившее её насторожиться.
«Да. Наверное. Так бывает, Серёж. Люди меняются. Чувства уходят».
Он медленно повернулся к ней. Десять лет. Десять лет он был слеп. Он забыл самое главное — фундамент, на котором был построен их брак. Фундамент из предательства.
«Знаешь, что я сейчас вспомнил?» — сказал он, и его голос вдруг обрёл странное, чуждое ему спокойствие.
Она молча смотрела на него, держась за ручку чемодана.
«Я вспомнил, как мы с тобой познакомились. Ты носила то синее платье. И жаловалась, что муж забыл о твоём дне рождения».
«При чём тут это?» — бросила она, но в её глазах мелькнула тревога.
«При том, что ты говорила ему, что задерживаешься на работе. А сама была со мной. Ты лгала ему так же легко, как сейчас лжёшь мне».
Он сделал шаг вперёд.
«Я вспомнил, как ты, не моргнув глазом, вывела половину денег из общего счета, прежде чем уйти от него. Ты сказала, что это твои законные деньги. Законные… Какая разница, чьи они, да?»
«Хватит!» — её голос дрогнул.
«Нет, не хватит. Я вспомнил всё. Я вспомнил, как ты рассказывала ему, что поехала к подруге в другой город, а мы в это время были в гостинице. Ты строила наше счастье на лжи. И я, дурак, считал это романтикой. Я думал, ты так сильно меня любишь, что готова на разрушение. А ты… ты просто не умеешь по-другому».
Он смотрел на неё, и пелена, застилавшая ему глаза все эти годы, наконец упала. Он видел не жертву обстоятельств, не хрупкий цветок. Он видел холодного, расчётливого человека, для которого не существует чужих чувств, есть только её собственные сиюминутные желания.
«Ты не изменилась, — тихо произнёс Сергей. — Ты просто сменила декорации. Тогда главным злодеем в твоей пьесе был твой муж. Теперь им стал я. А тот… тот новый, он сейчас играет роль спасителя. Но я знаю, чем закончится этот спектакль. Для него».
Она молчала. В её молчании была вся правда. Правда, которую он так долго отказывался видеть.
Она взяла чемодан и, не сказав больше ни слова, вышла за дверь. Звук захлопнувшейся двери отозвался в пустой квартире оглушительным эхом.
Сергей остался один. Стоял посреди гостиной, где на стенах висели их совместные фотографии, где он, счастливый и слепой, обнимал женщину, которая однажды предала другого мужчину, чтобы быть с ним. И он был последним, кто это вспомнил. А вас дорогие читатели и подписчики приглашаю в свой телеграм канал, где много всего о женщинах и отношениях, и в том числе можно смотреть мои видео.