Были Алик и Витёк закадычными друзьями. А с женщинами Алику не везло. Сейчас он переживал очередной душевный кризис. Когда Витёк пришёл, Алик пребывал в глубокой депрессии.
- Скажи мне, Вить, – говорил Алик. – Вот мы мужики, железобетонные друзья, между нами никаких тайн и недомолвок…
- Да, я в курсе, – отвечал Витёк. – Конечно, мы старые испытанные друзья. Огонь и воду прошли. Не убивайся так.
- Почему девки такие оторвы? – вопрошал Алик. – Помнишь, я женился первый раз? По большой и чистой любви женился на Майке из соседнего двора.
- Да, я в курсе, – поддакнул Витёк. – Как не помнить Майку? Красивая такая, рыженькая… Конфетка, а не девка! Крепись, друг.
- Недолго музыка играла. Мой брак, моя первая любовь пошла прахом, – сказал Алик. – Гадская конфетная Майка оказалась гулящей.
- Я в курсе! – произнёс Витёк с мечтательной поволокой в глазах. – Ещё какая гулящая была твоя Майка. Пробы ставить негде!
Фраза прозвучала двусмысленно, но Алик не обратил внимания.
- Вот! – воскликнул он. – Даже ты в курсе! Все кругом про Майку знали, кроме меня. Не ждал я от неё подлянки. А вспомнить мою вторую жену Светку?
Судя по блаженной улыбке на Витькиных устах, вторую супругу Алика он тоже помнил.
- Да, я в курсе, – снова ответил он. – Светка, Светулик, Светончик… Пышноволосая деваха, хохотунья, фигуристая.
- Угу, – мрачно сказал Алик. – Такая Светка и была. Пышнохохотистая и фигуроволосая. Я пылинки с неё сдувал! Ни в чём она отказу не знала! Хочешь платье? Иди купи. Хочешь супу? Иди вари. Хочешь в Гурзуф? Сиди хоти…
- Да, я в курсе! – эхом отозвался Витёк. – Опекал ты и нянчил Светку как ребёнка малого.
- А чем кончилось? – пригорюнился Алик. – Дошли до меня слухи, что Светка мне изменяет. Вызвал её на откровенный разговор – она даже не отпиралась. Да, говорит, Алик, гуляю! Только не призналась – с кем. Хотя, в общем, и не важно…
- Я в курсе, – в который раз загадочно повторил Витёк. – Гуляла твоя пышноволосая Светуха, аж дым коромыслом. Ни стыда у этих тёлок, ни совести.
- После того брака решил я дух перевести, – сказал Алик. – Вроде успокоился, сошёлся осторожненько с одной. Женечкой её звали. В белых носочках любила ходить.
- Да, я в курсе, – подхватил верный Витёк. – И Женечку твою знал, и носочки её белые тоже…
- Смирной, тихонькой притворялась, – возмущался Алик. – Не девочка, а мышонок. Хозяйственная, вежливая. На попке три родинки…
- И про это в курсе, – сказал Витёк, жмурясь от каких-то приятных воспоминаний. – Славная Женюлька. Только родинок четыре было.
Алик вновь не придал значения реплике приятеля. Он целиком ушёл в невесёлые думы.
- Любил ведь я её, амплитуду двугорбую! – с обидой выпалил он. – Думал, на предыдущих бабах обжёгся – но хоть мышка-Женька нормальной окажется! И что я выяснил в скором времени? Что крутит она с кем-то роман на стороне!
– Водился за ней грешок, – согласился друг Витёк с поразительной осведомлённостью. – Не смотри, что тихоня. Мужу рога наставить – это по неё сходить было.
- После Женькиной измены я год в себя прийти не мог, – сказал Алик угрюмо. – Вовсе в бабах разочаровался! Но рискнул, дурак, сошёлся с четвёртой бабой, с Валькой. Надеялся, хоть с ней повезёт. У Вальки характер и закалка. В спортзал ходит. На байдарках сплавляется. Я ей верил, как самому себе!
- Да, я в курсе, – согласился покладистый Витёк. – Спортзалы, байдарки. Валька у тебя справная дамочка была. Палец в рот не клади. Спортивная, атлетичная…
- А что в итоге? – закричал Алик. – Опять те же грабли. Приезжаю я домой в неурочный час – Валька в койке испуганная лежит, под вешалкой мужские кеды, а балконная дверь открыта настежь!
- Да, я в курсе… - поёжился Витёк. – Ох и страху я тогда натерпелся…
- Чуть-чуть я гада не застал! – скрипнул зубами Алик, не слушая друга. – Поймал бы – душу вытряхнул, да не успел. Сиганул он со второго этажа и как сквозь землю провалился! Но отныне – шабаш! Не поверю больше ни одной бабе, хоть она ангелом будь!
- Поддерживаю! – Витёк похлопал Алика по плечу. – Верить надо лишь в мужскую дружбу. А с бабами, ясен пень, каши не сваришь. Ну как? Утешился, Алик? Душу излил? Вырезай мой аппендикс, дружище.
Хирург Алик включил свет над операционным столом и взялся за скальпель.
***
– Ты мне что отрезал, сволочь? – орал Витёк после наркоза. – Я к тебе с аппендицитом пришёл, а ты мне… ты мне…
- Да, я в курсе… - сказал Алик.
Мира и добра всем, кто зашёл на канал «Чо сразу я-то?» Отдельное спасибо тем, кто подписался на нас. Здесь для вас – только авторские работы из первых рук. Без баянов и плагиата.