— Сыночек, у меня голова раскалывается, и давление подскакивает», — голос свекрови по телефону звучал слабым и жалобным. —Пусть Танюшка заедет, купит таблетки, да и ужин бы приготовила. А то сил нет даже чай вскипятить.
—Конечно, мам, Таня всё сделает, — мой муж Сергей ответил уверенно, даже не глядя в мою сторону.
Так продолжалось уже два года. Сначала я верила, что помогаю пожилому человеку. Но с каждым разом просьбы Валентины Петровны становились всё наглее, а её «недомогания» совпадали с моими выходными или срочными рабочими дедлайнами.
В тот день я заскочила к свекрови по пути с работы, забежав в аптеку за выписанными ею срочными лекарствами. Дверь была приоткрыта. Зайдя внутрь, я застыла в изумлении. На кухне, энергично натирая до блеска плиту, стояла Ира — жена младшего брата Сергея, Дениса.
— Таня? А ты что здесь делаешь? — удивилась Ира, откладывая губку.
— А ты? — не нашлась я.
— Валентина Петровна позвонила с утра, пожаловалась на спину. Говорит, радикулит скрутил, даже с кровати встать не может. Велела к четырём всё убрать, суп сварить и шторы постирать. Сказала, завтра к ней подруга заедет, стыдно в беспорядке принимать.
У меня в голове что-то щёлкнуло.
— А мне она в обед позвонила. Сказала, что давление зашкаливает, попросила таблетки купить и ужин приготовить. Пришлось с совещания уходить.
Ира медленно выпрямилась, и я увидела, как в её глазах вспыхивает сначала недоумение, а потом холодная, обжигающая ярость.
— Тань, — сказала она, аккуратно снимая резиновые перчатки. — А давай-ка выпьем чаю? Поговорить надо.
Мы никогда не были подругами. Виделись на семейных праздниках, обсуждали детей и рецепты. Отношения были ровными, вежливыми, без особой теплоты. Но сейчас нас объединяло нечто большее.
Мы сели на вымытую Ирой кухню. Она, словно знаток тайников, достала из буфета баночку дорогого чая, который свекровь припрятала «для особых случаев».
— Слушай, — начала Ира, заваривая напиток. — А твой Сергей что говорит про её здоровье? У неё же, вроде, сердце пошаливает?
— Нет, — покачала я головой. — У неё сосуды. Врач прописал покой и избегать стрессов. А что?
— А то, что моему Денису она рассказывает про суставы. Говорит, по лестнице подняться — уже подвиг. И что готовить ей тяжело, стоять у плиты нельзя. — Ира прищурилась. — Тань, а Сергей деньги ей даёт?
— Конечно. На лекарства, на продукты... Иногда просто подкидывает. А Денис?
— Тоже. Говорит, помогает маме с коммуналкой и бытовыми расходами.
Ира медленно поставила свою чашку. Её лицо стало каменным.
— Погоди. Твой даёт, мой даёт. Плюс на полставки она в своём бюро работает, да и пенсию получает северную, немаленькую. Тань, да за эти деньги можно личного ассистента нанять! На полную ставку!
Мы молча смотрели друг на друга. В голове складывалась идеальная, но отвратительная картина.
— Ты по каким дням приходишь? — спросила Ира, и её голос прозвучал как лезвие.
— Среда, воскресенье. Иногда в пятницу, если «обострение». Начальник уже косо смотрит.
— А я во вторник, четверг и субботу. Таня, ты понимаешь? Она не просто нами вертит. Она создала идеальную систему. Две бесплатные рабыни по расписанию, и денежный поток от двух сыновей, которые уверены, что финансируют её лечение.
Меня будто окатили ледяной водой. Вспомнилась новая шикарная сумка свекрови, «подарок от бывших коллег». И дорогущие кожаные сапоги с подкладом из натуральной овчины, «купила по старой цене по акции». Однажды я нашла чек из ресторана, почти десять тысяч. Но свекровь тогда сказала, что подруги затянули, уговорили, всё оплатили.
— Может, у неё и долги? — слабо попыталась я найти оправдание.
— Долги? — фыркнула Ира. — На прошлой неделе я видела, как она выходила из ювелирного магазина. Рассматривала в витрине кольца с сапфиром. Наверняка купила.
— Мужьям скажем? — робко предложила я.
Ира резко отрицательно мотнула головой.
— Бесполезно. Мой её боготворит. Скажет, что мы сговорились и клевещем на святую женщину. Устроит скандал, обвинит в жадности и чёрной неблагодарности.
Мой Сергей был таким же. Его мать была для него образцом самоотверженности и скромности.
— Знаешь что, — Ира встала, и её поза выражала железную решимость. — Всё. Точка. Хватит. Если ей нужна прислуга, пусть нанимает её на те деньги, что сыновья ей шлют.
— Ты предлагаешь саботаж?
— Именно. Объявляем забастовку. С этого момента — ни шагу в эту квартиру. Пусть сама разбирается со своими гостями, шторами и радикулитом.
Я представила лицо Валентины Петровны, когда она вернётся и увидит, что суп не сварен, а шторы висят грязные. Стало одновременно страшно и… весело.
— Она же нажалуется Сергею…
— Скажешь, что с детьми проблемы. Или работа. Таня, ну сколько можно? У нас у обеих свои семьи, свои заботы. Мы не обязаны быть её личными бесплатными аниматорами и горничными.
Она была на тысячу процентов права. Осознание этого придало мне смелости.
Мы ушли вместе, оставив шторы снятыми, а суп недоваренным. Ира шагала решительно, я — чуть позади, но с твёрдым намерением не возвращаться. На выходе из подъезда мы столкнулись с нашей свекровью. Она несла несколько пакетов из дорогого бутика, а на лице её играла беззаботная улыбка. Увидев нас, она замерла.
— Девочки? Вы… откуда?
— Оттуда, — холодно ответила Ира. — И уходим. Шторы ваши висят на месте, суп не готов. Удачи.
Валентина Петровна опустила пакеты, её лицо исказилось от гнева и непонимания.
— Как… не готов? У меня же завтра… Что это значит?
— Это значит, что мы всё поняли, — сказала я, и мой голос впервые за долгое время звучал твёрдо. — Про деньги. «болезни».
— Я… Я не знаю, о чём вы! — попыталась она придать лицу выражение невинной обиды. — Вам же несложно помочь пожилому человеку!
— Прекрасно знаете, — парировала Ира. — О деньгах на «хозяйство», которые волшебным образом превращаются в сапфиры и шубы. А мы в это время отдраиваем плиту.
Свекровь выпрямилась во весь свой небольшой рост, и в её глазах вспыхнули знакомые молнии.
— Я всё расскажу сыновьям! Вы неблагодарные! Я вас в семью приняла, о вас заботилась!
— Расскажите, — спокойно согласилась Ира. — Обязательно расскажи. И про кольцо с сапфиром не забудь. Денис будет рад узнать, на что идут его «коммунальные платежи».
Это был конец. Валентина Петровна поняла это. Она молча, с гордо поднятой головой, прошла мимо нас в подъезд.
Вечером Сергей устроил мне допрос с пристрастием:
— Таня, мама звонила, расстроена. Говорит, ты не помогла ей в трудную минуту. Что случилось?
— Всё в порядке, — ответила я удивительно ровно. — Просто у меня своя жизнь. И, Серёж, мы с Ирой выяснили кое-что интересное. Вы с Денисом ежемесячно даёте маме приличные суммы. Их хватило бы на полноценную домработницу.
— Но… разве она не нанимает её? Мы же даём деньги именно для этого!
— Нет, дорогой. Не нанимает. Всё делаем мы с Ирой. Бесплатно. Пока твоя мама тратит ваши общие деньги на украшения и походы по бутикам.
***
Сергей помолчал, переваривая информацию.
— Я поговорю с Денисом, — наконец сказал он. — И с мамой.
Разговор с братом был явно нелёгким, это я видела по лицу мужа. Он хмурился, что-то уточнял, вздыхал, и, наконец-то, положил трубку.
— Поедем с Денисом к маме, будем разговаривать и выяснять.
От свекрови Денис вернулся ещё более расстроенный и какой-то опустошенный. Он долго вертелся, прежде чем уснуть, но в кровати буркнул:
— К матери больше убирать не ходи. Извини, был неправ.
И захрапел.
Спустя неделю раздался звонок. Валентина Петровна говорила сухим, формальным тоном:
— Татьяна, я хотела прояснить ситуацию. Возможно, я была… не совсем права.
Я молчала, давая ей говорить дальше.
— Я наняла женщину. Для уборки. Приходит два раза в неделю.
— Это очень разумно, Валентина Петровна.
— Таня… — её голос дрогнул. — Я не хотела зла. Просто… просто было так одиноко. А когда появлялись деньги, хотелось почувствовать себя снова молодой, красивой…
— Вам никто не запрещает себя баловать, — мягко сказала я. — Просто не надо было строить из себя больную и использовать нас.
— А ты… зайдёшь как-нибудь? Просто так? — в её голосе послышалась надежда.
— Если буду в районе и если будет время — конечно, — ответила я и положила трубку.
Битва была выиграна, но война за собственные границы и уважение продолжалась. Я поняла главное: ничьи ожидания, даже самые родственные, не стоят твоего собственного спокойствия и самоуважения. А иногда для победы нужно просто найти союзника в лице того, кого ты всегда считала просто «женой брата своего мужа».
!!!ЧИТАТЬ ЕЩЁ!!!