Сегодня 40 дней с момента маминого ухода. Как будто надо поставить какую-то точку, отметить этот рубеж. Надеюсь, душа мамина спокойна и свободна. Ни разу за эти дни мама мне не снилась, и я думаю, что это, наверное, хорошо. Всё между нами ясно и сказано, мама успокоена. Она снилась один раз сестре, но тоже в каком-то хорошем смысле. Да и вообще, Наташке постоянно снятся покойные бабушки, мне никогда.
У меня ощущение, что с момента поездки в Кемерово прошла целая жизнь. Как будто я стояла в церкви на прощании в окружении своих и маминых подруг очень-очень давно и даже немного в другой вселенной. Возможно, на момент похорон было у меня какое-то слегка измененное сознание, ступор, ощущение нереальности происходящего. Маму отпевали, а в церковь всё приходили и приходили люди, я встречала их, обнималась, принимала соболезнования, давала им свечки - и прощание словно прошло мимо меня. Оно для меня прошло в суете, и хоть попрощаться я успела, но как будто не удалось собраться с мыслями в тот момент.
И сейчас у меня странное ощущение, и когда меня спрашивают: "Ну, ты как?" - я теряюсь, что ответить. В целом, я нормально. Я не плачу целыми днями, не тоскую, не могу сказать, что не могу найти себе места. Иногда пересматриваю фотографии, находятся фотографии с мамой, с родителями, и я их разглядываю безо всякой боли в сердце. Скорее, с теплом и любовью.
Но у меня такое ощущение, что я до конца ещё не осознала, что мамы больше нет. Не прочувствовала. В мозг загрузились факты, но эмоционально словно не прожила. Я как будто живу с зажмуренными глазами. Откладываю это осознание. При этом я делаю это неосознанно, не прячусь от этих ощущений.
Есть и другой вариант - я приняла неизбежное довольно давно. В свой первый разговор с маминым онкологом, который сказал, что химия будет пожизненно, я поняла всё. И принимала постепенно. Мама не верила, что химия может быть пожизненно, она верила, что она "выкарабкается". И я в ней эту мысль поддерживала всячески, потому что стремление выздороветь давало маме сил жить, двигаться, сопротивляться. Но когда на КТ были ухудшения, мы с ней говорили честно: мам, говорила я, не идёт речи о полном выздоровлении, идёт речь о продлении полноценной жизни. Мама соглашалась. В онкоцентре мама знакомилась с людьми, которые ездили на сеансы химиотерапии по 5-7 лет, и это давало ей сил и оптимизма. Она видела примеры и ровнялась на них.
Не знаю. Мне сложно копать в себя. Да и не хочется, нет ресурса. У меня за этот длинный месяц с небольшим столько всего произошло. С гастроэнтерологом виделись трижды на неделе, такие неожиданности вскрываются - хоть стой, хоть падай. Неожиданные. Не хочу подвешивать интригу, но как будут какие-то сформулированные итоги - расскажу, наверное. Ничего смертельного, вроде, но практически лихорадка западного Нила:))
А ещё на спектакле про выгорание, о котором я писала уже, я сидела, слушала, смотрела и думала: ну, нет, выгорание - это не про меня. Я ж молодцом. А потом думаю: блин, Женя, может, ты и выгорание от себя скрываешь? Ты же такая молодец и всегда должна быть молодцом, и не дай бог быть слабой или унылой, или кого-то подвести, или не бодриться... Может, я просто не умею опускать руки, хоть и хочу? Может, дай мне волю, я буду рыдать сутки, лежать в кровати и жрать шоколад? Я просто не могу себе этого позволить? И прячу своё же выгорание от себя?
Ну, это я так, накидываю мыслей, размышляю. Из того, что я слышала про выгорание - это тревога, невозможность спать, невозможность выйти из дома, ощущение бессилия, апатии, немотивированных истерик и панических атак. У меня ничего такого нет, конечно. И приступы хандры редко, быстро. Просто на днях будет уже семь лет, как я работаю в одной компании, и что-то, похожее на выгорание, на меня временами накатывает. Особенно когда такие цифры возникают перед глазами. Иногда ощущаю себя черепахой Тортиллой, старой и всё повидавшей. А иногда - наоборот - Буратиной, открывающим мир.
Приехал папа. Обратного билета у него нет, будем по обстоятельствам ориентироваться, зато есть много планов на ноябрь, декабрь, новогодние праздники. Он будет жить у нас, и мы будем отвлекать его от грустных мыслей. Но, с другой стороны, я не считаю, что это правильно - отвлекать от потери. Потерю надо прожить, будем проживать вместе.
Такие дела.