— Да вы что, не слышите меня? Я же русским языком объясняю!
Валентина Ивановна стояла посреди нашей кухни, упёршись руками в бока, и смотрела на меня так, будто я была особенно тупым экземпляром человечества.
— Слышу, слышу. Просто не верю своим ушам, — я продолжала нарезать овощи для салата, пытаясь сохранить хоть видимость спокойствия.
Муж Игорь молча разглядывал свой телефон, сидя за столом. Он всегда так делал, когда не хотел вмешиваться в разговор. Мол, разберутся женщины сами.
— Ну чего тут не верить-то? — свекровь присела на край стула, явно настроившись на долгую беседу. — Витька без работы третий месяц, жене кормить нечем, а у вас машина простаивает! Игорь на метро на работу ездит, ты пешком в школу ходишь — пятнадцать минут всего. Зачем вам машина? А Витя мог бы в такси работать, деньги зарабатывать.
Витя — это младший брат Игоря, которому недавно стукнуло тридцать пять. За эти годы он успел попробовать себя в роли менеджера по продажам, курьера, охранника и грузчика. Ни на одном месте больше полугода не задерживался.
— Валентина Ивановна, — я отложила нож и повернулась к свекрови. — Машина куплена на наши с Игорем деньги. Мы три года копили на неё.
— Ну и что? Семья же! Витя вам отдаст, когда на ноги встанет.
— Когда это было, чтобы Витя кому-то что-то отдавал? — вырвалось у меня.
Игорь поднял глаза от телефона и бросил на меня предупреждающий взгляд. Мол, не надо.
— Как ты разговариваешь! — вспыхнула свекровь. — Это же брат твоего мужа!
— Мама, может, обсудим это как-нибудь потом? — наконец подал голос Игорь.
— Что тут обсуждать-то? — свекровь встала и начала ходить по кухне. — Вон моя знакомая Зинка говорит, её зять в такси работает, по восемьдесят тысяч в месяц зарабатывает! Представляешь? Витя мог бы так же!
Я мысленно усмехнулась. Зинкин зять, насколько я знала от самой Зинки, работал в такси ровно месяц, после чего решил, что это «не его стезя», и теперь сидел дома, пока жена тянула на себе всю семью.
— А Витя хоть права-то имеет? — спросила я.
— Ну как же, конечно! Ещё с армии, — свекровь села обратно, видимо решив, что вопрос уже почти решён. — Так что никаких проблем. Завтра же можно начинать.
Она говорила так, будто всё уже решено, и нам остаётся только покорно кивнуть.
— Валентина Ивановна, у нас есть дочка, — я села напротив неё. — Мы возим Настю в бассейн два раза в неделю, в художественную школу по субботам. Ездим за продуктами в гипермаркет раз в неделю. К вашей же маме в область каждое воскресенье. Как мы будем всё это делать без машины?
— Ой, да ерунда! — махнула рукой свекровь. — На автобусе доедете. Мы вон всю жизнь на автобусах ездили и ничего, живы остались.
— Вы в детстве в бассейн ходили? — не выдержала я.
— При чём тут это?
— При том, что времена изменились. И потом, это наша машина.
— Да что ты как собака на сене! — вспылила Валентина Ивановна. — Самой не надо, и брату не дашь! Игорь, ты что молчишь? Скажи жене своей!
Игорь наконец оторвался от телефона и тяжело вздохнул.
— Мам, ну правда, машина нам нужна.
— Игорёк, ну ты же видишь, Витя совсем пропадает! — свекровь перешла на жалобные интонации. — Я вчера к ним приезжала, холодильник пустой! Марина, жена его, уже нервная вся стала.
— Мама, а почему Витя сам не приехал поговорить? — вдруг спросил Игорь.
Свекровь замялась.
— Ну... он стесняется, наверное. Неудобно же просить.
— Зато вас попросить не постеснялся, — пробормотала я.
— Что ты там бормочешь? — свекровь повернулась ко мне.
— Ничего, ничего.
Я встала и снова принялась за салат. Разговор явно зашёл в тупик. Свекровь сидела, скрестив руки на груди, явно обиженная нашим отказом. Игорь смотрел в окно.
— Ладно, — наконец произнесла Валентина Ивановна. — Я вижу, вы мне не верите. Думаете, Витька опять что-то напортачит. Ну так вот: давайте так сделаем. Он будет работать, откладывать вам деньги каждый месяц. Скажем, по двадцать тысяч. За год наработает, вернёт машину — и все будут довольны.
Я чуть не рассмеялась. Витя, откладывающий деньги. Да он за всю свою жизнь ни копейки не отложил! Всё сразу же спускал — то в клубе с друзьями, то на какие-то сомнительные схемы заработка.
— Мама, может, мы просто дадим Вите денег на первое время? — предложил Игорь. — Пока он работу найдёт?
— Какую работу? — свекровь развела руками. — Ему тридцать пять лет, у него образования никакого нормального нет. Кто его возьмёт? А в такси можно без опыта, главное — права и машина.
— И кто платить будет за бензин? За ремонт, когда что-то сломается? За страховку? — начала перечислять я.
— Ну, из заработка, конечно, — свекровь посмотрела на меня так, будто я спросила что-то совсем уж глупое.
— То есть Витя будет зарабатывать, тратить на бензин и ремонт, откладывать нам двадцать тысяч — и ему ещё должно оставаться на жизнь?
— А почему нет? Зинкин зять ведь как-то справлялся!
Я про себя отметила, что свекровь опять забыла упомянуть, что Зинкин зять справлялся ровно месяц.
— Валентина Ивановна, вы серьёзно верите, что Витя протянет хотя бы полгода?
— А почему бы и нет? Он изменился, повзрослел.
— Когда это?
— Вот недавно! Я с ним разговаривала, он такой серьёзный стал, ответственный. Говорит, что понял наконец, что пора жизнь налаживать.
Игорь хмыкнул. Видимо, он тоже вспомнил, сколько раз Витя уже «взрослел» и «становился ответственным». Обычно это продолжалось дней десять, после чего он снова превращался в безответственного лоботряса.
— Мам, ну давай без машины как-нибудь поможем Вите, — снова попробовал Игорь. — Я могу ему подработку какую-нибудь найти на нашей фирме.
— Он не хочет на стройке работать!
— А кем он хочет работать?
— Ну... в такси!
Мы с Игорем переглянулись. Похоже, разговор ходил по кругу.
— Слушайте, — я решила перейти к более жёсткой линии обороны. — Даже если бы мы согласились, что мы скажем Насте? Ей восемь лет, она привыкла, что мы возим её в бассейн и в художку. Как я ей объясню, что теперь мы будем два часа ехать на двух автобусах с пересадкой, потому что дядя Витя решил поработать в такси?
— Ребёнок поймёт, — отрезала свекровь. — Надо детей приучать к трудностям с малых лет.
— Вы Витю с малых лет приучали? — не удержалась я.
Повисла тишина. Валентина Ивановна побелела от злости.
— Ты это о чём сейчас?
— О том, что вы всю жизнь решали проблемы Вити за него. В школе — договаривались с учителями, чтобы тройки ставили. В институте — оплачивали взятки за сессии. Потом — выплачивали его займы. И вот теперь он в тридцать пять лет снова бежит к маме, чтобы она решила его проблему. Когда это закончится?
— Как ты смеешь! — вскочила свекровь. — Игорь, ты слышишь, как она со мной разговаривает?
Игорь тяжело вздохнул. Я видела, что он разрывается между желанием поддержать меня и страхом обидеть мать.
— Аня права, мам, — тихо сказал он. — Витька должен сам о себе позаботиться. Мы ему уже столько раз помогали, а толку?
— Вот вы какие! — свекровь схватила со стола свою сумочку. — Я думала, у меня семья нормальная, а вы... эгоисты! Собственный брат в беде, а вам наплевать!
— Мама, ну при чём тут это? — попытался остановить её Игорь.
— При том! Вот придёт время, будете сами помощи просить — не обращайтесь! — она помчалась к двери.
— Валентина Ивановна, подождите! — я кинулась следом.
— Не надо меня останавливать! — свекровь уже натягивала куртку в прихожей. — Всё я поняла. Машину вам жалко. Для родного человека. Ладно, я Вите скажу, что не надо ничего ждать от брата. Пусть сам как-нибудь выкручивается.
— Мам, ты чего устраиваешь? — Игорь вышел из кухни. — Мы же спокойно разговаривали.
— Спокойно? Твоя жена меня оскорбляет, а ты молчишь!
— Я никого не оскорбляла, — возразила я. — Я просто сказала правду.
— Вот именно что правду! — свекровь обернулась ко мне. — Ты считаешь, что я плохо воспитала сыновей? Так вот: один у меня получился нормальным, а второй — не вышел. Бывает. Но это не значит, что от него надо отворачиваться!
— Никто не отворачивается, — попытался вставить Игорь.
— Ещё как отворачиваетесь! — свекровь распахнула дверь. — Я вам больше не мать! Разбирайтесь сами!
Она хлопнула дверью так, что задребезжали стёкла. Мы с Игорем остались стоять в прихожей.
— Ну вот, — протянул муж. — Опять скандал.
— Игорь, ты же понимаешь, что мы не могли согласиться?
— Понимаю. Но мама теперь обижена.
— Она всегда обижается, когда что-то идёт не по её плану, — я прислонилась к стене. — Игорь, нам правда нужна машина. Мы не можем её отдать, даже если очень хочется помочь Вите.
— Знаю, — он обнял меня. — Я на твоей стороне, честно. Просто мне жалко маму. Она действительно переживает за Витю.
— А за нас она не переживает? За Настю?
— Переживает. Просто... у неё своя логика. Витьке хуже, значит, ему надо помогать в первую очередь.
Мы вернулись на кухню. Салат был недорезан, чайник остыл. Как-то сразу пропало желание готовить ужин.
Через час позвонил Витя. Я услышала его голос из трубки — громкий, недовольный.
— Слушай, братан, мать приехала вся в слезах! Говорит, ты отказался мне машину дать. Это как понимать?
Игорь включил громкую связь.
— Витёк, мы не можем без машины. У нас ребёнок, дела.
— Да какие у тебя дела? Ты на метро на работу ездишь!
— При чём тут работа? Витя, машина нам просто нужна.
— Да нужна, нужна! — передразнил Витя. — Мать говорит, ты мелкий был, я тебе велик свой отдал, когда у тебя денег не было. А теперь ты мне помочь не можешь?
— Витя, велосипеду было двадцать лет, — вмешалась я. — И ты его выбросить собирался.
— А, это ты, Анька! — в голосе Вити появилась насмешка. — Я так и знал, что это твоя работа. Игорь сам бы согласился, а ты ему мозги запудрила.
— Витя, при чём тут Аня? — возмутился Игорь. — Это моё решение.
— Ага, конечно твоё! Под каблуком ходишь!
— Всё, Витя, до свидания, — Игорь потянулся к кнопке сброса.
— Стой! — заорал Витя. — Ты хоть понимаешь, что я сейчас делаю? Я рву жилы, пытаюсь семью прокормить! А ты... ты мог бы помочь, но нет, тебе жалко!
— Витя, я готов помочь деньгами, — устало сказал Игорь. — Но не машиной.
— Какими деньгами? Мне не подачки нужны, а работа нормальная! А для работы в такси нужна машина!
— Ну так возьми в аренду.
— А ты знаешь, сколько аренда стоит? Половину заработка съест!
— Витя, это твои проблемы.
— Ага, мои проблемы! А когда тебе квартиру покупали, мать часть своих денег отдала? Отдала! А могла бы мне дать!
Вот оно. Я так и знала, что мы дойдём до этого разговора. Когда три года назад мы с Игорем брали ипотеку, свекровь действительно помогла нам с первым взносом. Не такой уж большой суммой, но помогла. И с тех пор Витя регулярно припоминал это, мол, ему ничего не досталось.
— Витя, тебе мама год назад дала деньги на эту твою «гениальную бизнес-идею», — не выдержала я. — Двести тысяч. Где они?
— Анька, не начинай! — Витя явно злился. — Тебе-то что? Ты в эту семью пришла, тут всё поделила, а теперь мне машину пожалела!
— Иди ты... — не выдержал Игорь и нажал отбой.
Телефон тут же зазвонил снова. Игорь сбросил. Зазвонил опять. После пятого раза муж просто выключил телефон.
— Вот так всегда, — он устало потёр лицо руками. — Я же знал, что так будет.
— Игорь, мы правильно поступили.
— Знаю. Но от этого не легче.
Следующие три дня свекровь не звонила. Витя тоже молчал. Игорь ходил напряжённый, явно переживая из-за разрыва с семьёй.
На четвёртый день позвонила бабушка — мать свекрови, та самая, к которой мы ездили каждое воскресенье.
— Игорёк, внучек, — прозвучал её старческий голос. — Приезжайте в воскресенье обязательно. Надо поговорить.
Игорь понял, что это засада, но отказать восьмидесятилетней бабушке не мог.
В воскресенье мы поехали всей семьёй. Настя радовалась — она обожала прабабушку. Я была настороже. Игорь молчал всю дорогу.
Когда мы приехали, оказалось, что в гостях у бабушки вся семья — свекровь, Витя с женой и их двое детей. Классическая ловушка.
— Вот и вы, — бабушка встретила нас на пороге. — Проходите, проходите. Я пирогов напекла.
Мы расселись в большой комнате. Атмосфера была натянутой, как струна.
— Ну что, родные мои, — начала бабушка. — Совсем вы с ума посходили. Из-за какой-то машины семью рушите.
— Баба Маша, это не просто машина, — попытался объяснить Игорь.
— Знаю, знаю. Валентина мне всё рассказала. Только вот что я скажу: Витя, внучек, а сам-то ты чего хочешь?
Все повернулись к Вите. Тот явно не ожидал такого вопроса.
— Как чего? Работать хочу. Деньги зарабатывать.
— Ну так иди работай. Игорь же тебе предлагал на стройку устроиться.
— Баб, я не строитель.
— А кто ты? — бабушка посмотрела на него в упор.
Витя замолчал.
— То-то же, — продолжила старушка. — Я вас всех люблю, но справедливость дороже. Игорь с Аней машину купили на свои деньги. Витя, ты их попросил дать на время?
— Ну... мать попросила.
— То есть сам побоялся. Правильно сделал, что побоялся. Потому что если бы попросил и тебе отказали, ты бы сильно обиделся. А так хоть виноватых назначил. Валя, — она повернулась к свекрови, — ты сыну не помогаешь, а вредишь. Он привык, что ты за него всё решаешь. А пора бы самому.
— Мама, но ведь Витя правда в трудном положении! — попыталась оправдаться свекровь.
— А Игорь с Аней нет? У них ребёнок, ипотека. Они молодцы, не просят ни у кого помощи. А Витя уже взрослый мужик, а всё на маму надеется.
Витя сидел красный, опустив глаза.
— Витя, я тебя не ругаю, — мягко сказала бабушка. — Просто пора понять: никто тебе ничего не должен. Хочешь в такси работать — вот тебе вариант: устройся водителем на чужой машине. Да, платить придётся за аренду, да, заработок будет меньше. Поработаешь год-два, накопишь на свою машину — и работай сколько влезет.
— Но это же долго! — не выдержал Витя.
— А ты думал, быстро и легко получится? — бабушка покачала головой. — Нет уж, внучек, так не бывает.
Она встала и направилась на кухню за чаем. Мы сидели в неловком молчании.
— Ладно, — наконец произнёс Витя. — Извините. Я правда думал, что вы просто... не хотите мне помочь. А теперь понимаю: это я сам не хотел себе помогать. Всё искал лёгкие пути.
Свекровь всхлипнула. Игорь облегчённо выдохнул.
— Витёк, если что — я правда готов помочь деньгами на первое время, — сказал он. — Пока устроишься, на жизнь.
— Не надо, — Витя покачал головой. — Хватит мне подачек. Пойду завтра на биржу, что-нибудь найду. Хоть разнорабочим.
Жена Вити, молчавшая всё это время, взяла его за руку.
— Я рада, что ты так сказал, — прошептала она.
После чая мы все вместе сидели на веранде, пили компот и ели бабушкины пироги. Настя играла с двоюродными братьями во дворе. Атмосфера постепенно разряжалась.
— Знаешь, — сказал мне Витя, когда мы остались вдвоём на кухне, — я правда завидовал вам. Игорю. У него всё как-то складывается, а у меня...
— У Игоря тоже не всё гладко было, — возразила я. — Просто он не бросает начатое. Доводит до конца.
— Я понял. В общем, прости за те слова по телефону.
— Ладно уж. Бывает.
Мы уехали вечером. В машине Настя спала на заднем сиденье. Игорь вёл машину и улыбался.
— Баба Маша — волшебница, — сказал он. — Я и забыл, что у нас в семье есть хоть один адекватный человек.
— Мудрая она, — согласилась я.
Через месяц Витя действительно устроился водителем — не в такси, а в службу доставки. Говорил, что работа тяжёлая, но деньги платят регулярно. Свекровь успокоилась и даже извинилась за тот скандал.
— Знаешь, Аня, — сказала она как-то, когда мы пили чай вдвоём на её кухне, — я поняла: я сама виновата, что Витя такой получился. Всё за него делала, все проблемы решала. Боялась, что он не справится. А теперь вижу — надо было раньше отпустить.
— Никогда не поздно, — улыбнулась я.
— Поздно, конечно, но хоть сейчас. Вот Игорь у меня хороший вырос, потому что он старший был. Ему приходилось самому справляться. А Витю я залюбила. Вот и результат.
Мы допили чай, и свекровь вдруг сказала:
— А за машину прости. Я правда думала, что так лучше будет. Не подумала о вас.
— Ничего, Валентина Ивановна. Всё хорошо закончилось.
И правда закончилось хорошо. Витя отработал в доставке полгода, накопил немного денег, потом перешёл в другую фирму на повышение. Нашёл себя, как оказалось. Говорит, что ему нравится ездить, слушать музыку, не сидеть в офисе.
А мы так и ездим на нашей машине — возим Настю в бассейн и художественную школу, съездим за продуктами и к бабушке в область по воскресеньям. Иногда беру машину, чтобы на работу доехать, когда погода плохая.
И знаете, что самое главное? Мы поняли важную вещь: помогать родным — это правильно. Но не в ущерб себе. И не делая за них то, что они должны сделать сами. Потому что настоящая помощь — это не решить проблему за человека, а дать ему возможность справиться самому.