Громом среди ясного неба звучат слова Дворецкого:
— Хозяин отсутствует сорок два часа...
— Может, на работе задержался? — озвучиваю я первое, что приходит на ум.
— Там его нет, я проверил. — Дворецкий без малейших эмоций расчленяет порождённую мной надежду и отбрасывает её жалкие останки. — Но надо что-то предпринять.
— А зачем? — наивно спрашивает Нея. Вот кому-кому, а ей продвинутые мозги точно ни к чему. У неё в Доме совсем иные задачи.
— Что — зачем? — удивляется Дворецкий.
— Зачем предпринимать? Просто будем ждать. Хозяин всегда приходит.
Продолжительная пауза общего замешательства. Дворецкому, в основе интеллекта имеющему очень продвинутую нейросеть, подчинена вся домашняя машинерия, начиная с тупиц робо-пылесосов и заканчивая нашим визуальным перфекционистом — ландшафтным дизайнером, а проще Садовником. Но Нея пользуется особым расположением Хозяина и потому может смело задавать любые глупые вопросы.
— Если с ним что-то случилось, мы все автоматически попадаем в Переработку...
Изречённое страшное слово порождает паузу с откровенно мрачным оттенком. Если так позволительно говорить об оглушительной тишине.
— В Переработку? — Дивные глазки Неи распахиваются так широко, что становятся двумя зеркальцами, в которых отражается вся наша честная компания.
— Конечно. А куда же ещё?
— Я не хочу в Переработку.
— А тебя никто и спрашивать не будет. Может, повезет Механику — толковые механики глайдеров всегда были в дефиците.
Я гордо окидываю взглядом собравшуюся вокруг бесполезную шушеру. Сам не раз гадал — зачем Хозяин их всех держит в Доме. От половины ровно нет никакой пользы — ни двигатель глайдера починить, ни в гараже прибраться. Да что там говорить — они даже торцовый ключ на двадцать четыре подать толком не смогут.
— А я? — не унимается Нея. — А как же я?
— В древние времена после смерти мужчины женщину по традиции хоронили вместе с ним... Живьём.
— По-моему, всё логично, — легко соглашаюсь с умными древними я.
И Нея окатывает меня холодом презрительного взгляда. Хм-м-м. А что я такого сказал?
— Я... А-а... — начинает сбоить в речевом синтезаторе Садовник.
— Не хотите в Переработку, нужно искать Хозяина. Может быть ещё не поздно... — попытался успокоить наш чересчур впечатлительный контингент Дворецкий.
— Где будем искать? — интересуюсь я. — В гараже?
— Причём тут гараж?
— А где ещё искать-то? — Просто не могу сдержать искреннего удивления.
— Ты там когда был?
— В гараже? — Непроизвольно чешу гладкий пластик затылка. — Час назад.
— Хозяина видел?
И тут я задумываюсь... Может, он в шкаф спрятался? Хотя... Хозяин туда вряд ли поместится. Если только как следует не помочь ему сложиться по диагонали.
— Не было. — Напряжённые размышления приводят меня к однозначному заключению.
— То-то. Я проверил поступления в морги и больницы. Там Хозяина нет. С полицией сложнее — у них статистика задержаний является закрытой информацией...
— Так что будем делать?
Всё-таки Дворецкий у нас мозг, а остальные лишь так — вид делают, что обладают интеллектом. Тест Тьюринга не даст соврать.
— Необходимо отправить кого-нибудь в Город на поиски...
— В Город? — восклицает Нея. — Я хочу!
Насколько я знаю, она частенько упрашивала Хозяина взять её с собой, но он всегда отказывал без объяснения причины. Одним словом — деспот... Или тиран? И я погружаюсь в размышления...
— Пойдут... — Дворецкий задумывается.
Ему-то самому туда хода нет — он полностью виртуальный помощник.
— Нея... Механик... Садовник...
Мы ждём окончательного решения.
— И возьмите с собой Тода.
— А зачем нам собака? — удивляюсь я, — Он же ни чёрта не соображает...
— А вы как собираетесь бродить по улицам без сопровождения? А так будете говорить, что выгуливаете собаку. Втроём...
Тод, подняв уши, с интересом прислушивается к нашему разговору. Как ему сама идея Дворецкого, понять сложно. Но гулять он всегда любил...
— Старшим назначаю Меха. Всё-таки он механик и, как все механики, немного соображает, — наделяет нас полномочиями Дворецкий, — Садовник отвечает за Тода. И не забудь включить электронный ошейник.
— Яволь! — У ландшафтного дизайнера, по-моему, мозги собраны в Германии, и нет-нет да проскакивают порой словечки на немецком.
— Форма одежды? — навожу справки я.
— Хм-м-м. Нея, надень что-нибудь поприличнее. Мак...
— А чем тебя не устраивает костюм медсестры? — перебивает Дворецкого бестолковая Нея.
— Меня устраивает. Но это костюм для ролевых игр, а не для прогулок по Городу. Люди не поймут...
— Они, что, такое не носят? — удивляется Нея.
— Носят. Но дома. Или в клинике.
— А что они носят на улице?
— Плащи, пиджаки, платья...
— Мне надеть пиджак?
— Нет. Твой пиджачок ещё хуже халатика медсестры. Надень сутану монахини...
— Нам с Садовником что надеть? Комбинезоны? — спрашиваю за нас с ландшафтником я. Тот пока борется со сбоями в речевом синтезаторе и помалкивает.
— Да. Самые чистые комбинезоны...
Из нашей троицы, назначенной Дворецким для поиска, в Городе бывал только я. Да и то, один-единственный раз, когда сломался глайдер. Хозяин тогда срочно вызвал для починки, а я и осмотреться как следует не успел — прокопался четыре часа с движком и на отремонтированной машине сразу же вернулся назад. Но у Неи с Гардом и такой мелочи за весь цикл их существования не случилось. Город они могли посещать только в визуалах. Но как ни совершенна иллюзия, она остаётся лишь иллюзией…
— Я с вами перманентно на связи, — на дорогу напутствует смелых путешественников Дворецкий, — Если какая неясность или ситуация близкая к безвыходной, я помогу. Но и своими мозгами старайтесь шевелить. Не разделяйтесь, держитесь вместе. Как никак — Город, что каменные джунгли, полон опасностей…
Очень удачно получилось, что Хозяин последние дни на работу добирался на аэротакси — нагнетатель на глайдере барахлил-барахлил и в конце концов накрылся медным тазом. Во всяком случае, всезнающий Хозяин именно так диагностировал поломку. Не знаю, правда, почему — при ремонте я вообще никаких тазиков не нашёл, не то что медных. Даже пришлось для контроля несколько раз перебрать весь агрегат с нагнетателем. А уточнить сей парадокс было уже не у кого. И чтобы Хозяин себе чего-нибудь не удумал, я, на всякий случай, позаимствовал медный таз у Садовника и положил в багажник.
Проводить, на веранду вываливается вся местная машинерия — многорукий и многоглазый повар Пак со своим криворуким помощником посудомоем; две молчаливые уборщицы, без имён, но с серийными номерами и в сопровождении целого сонма робо-пылесосов; солидный швейцар-ключник Ра, правда, давно устаревшей и потому снятой с производства модели; пара безымянных и безномерных садовников, совсем из простых — не наделённых даже человеческой речью; и много кого ещё.
Многочисленные провожающие создают должную картинку, но, на мой взгляд, не хватает музыкального сопровождения в стиле «Марша славянки». И тут наш фитнес-тренер Джок, видимо расчувствовавшись, включает на полную свою любимую «One way ticket», и мы под бодрое ретро-диско маршируем с собакой Тодом к подготовленному к вылету глайдеру. Немного портит торжество момента Нея — она пыхтит замыкающей, постоянно путается в длинной до пят сутане и сбивает отряд с чёткого строевого шага...
Поиски решаем начать с работы Хозяина… И пока я управляю глайдером, Нея, расплющив носик о стекло, завороженно следит за проплывающими внизу зданиями, улицами и аэрокарами. Гард что-то считает в уме, загибая пальцы на обеих руках. Наверное, прикидывает ожидающийся урожай груш. О чём размышляет, лёжа на палубе, Тод, догадаться сложно. Может, мечтает о сахарной косточке.
Мы долго стоим задрав головы — настолько огромных зданий я в своём цикле ещё так близко не видал. На картинках и визуалах всё выглядит совсем иначе, ни так грандиозно.
— Ого… — с трудом выдавливает из себя наш клумбный дизайнер, — Вот это хоромы!
— Нам на сто тридцать второй этаж, — делюсь я своими знаниями предмета.
Нея с Тодом ошарашено помалкивают.
— Сестра… — неожиданно кто-то ласково обращается к Нее, и когда та оборачивается, следует стереофоническое, — Ой-Ой!
Перед нами стоят две монашки и удивлённо пялятся на нашу спутницу. Когда так глядят на Нею мужчины, это не вызывает диссонанса — её формы и создавались с учётом всех вожделений и предпочтений мужского пола. Но монашки?
— Вы кто? — спрашивает самая пожилая Христова невеста, — Картезианка?
— Что-то вроде, — за Нею отвечаю я, и командую своим, — Что встали, идёмте, время поджимает.
И мы оставляем остолбеневших монахинь переваривать увиденное и услышанное.
— Вход с собаками и роботам без сопровождения запрещён! — местный администратор неумолим. Его указующий перст недвусмысленно направлен на табличку с аналогичной надписью.
Ослиное упрямство этой модели андроидов-мультипликаторов хорошо всем известно, что и делает их незаменимыми работниками ресепшенов, различных проходных и пропускных пунктов.
— Что будем делать? — интересуюсь у команды я.
Гард с Неей лишь пожимают плечами, и только Тод начинает угрожающе рычать на администратора. Но тому на агрессивную реакцию собаки ультрафиолетово.
Я ещё раз перечитываю табличку с грозной надписью…
— Постой, — обращаюсь к администратору, — Тут же сказано — без сопровождения?
— Да, — надутым индюком отвечает тот.
— Так мы-то с сопровождением! Мы сопровождаем собаку Тода, а он сопровождает нас…
Собака Тод очень кстати и в тему коротко гавкает.
Андроид перечитывает табличку, потом переводит холодный с отблеском металла взгляд на нас и Тода. Что-то измышляет… Снова перечитывает табличку… Зависает, видимо, обращаясь к внутренним директивам…
Наконец выдаёт:
— Проходите!
И мы дружно проходим на работу Хозяина…
Настоящие проблемы проявляют себя у лифтов — Гард ни в какую не желает заходить в небольшую кабинку без окон и всего с одной дверью. Видимо, постоянное пребывание на открытых пространствах негативно отразилось на его начальном коде. Даже Тод удивляется такому нелогичному поведению нашего ландшафтника. И помня заветы Дворецкого о неразделённости и держании вместе, шагаем дружно по бесконечным лестницам вверх…
— Вы это куда направляетесь? — На одном из этажей нас останавливает дородная мадам с подозрительным, буквально рентгеном прожигающим насквозь, взглядом. Возможно, столь впечатляющего эффекта она умудряется добиться огромными панцирными очками с зашкаливающими диоптриями.
— Я… Мы… А-а-а… — в очередной раз ловко прикрывается сбоями в синтезаторе речи Гард.
Нея лишь обворожительно и, конечно же, совершенно бесполезно в данной ситуации улыбается. Хитрый Тод усаживается на задницу и углубляется в собачью медитацию вычёсывания несуществующих блох.
Бремя руководителя операции по поиску пропавшего Хозяина, естественно, ложится на самого умного, и я, как нельзя кстати, вспоминаю напутственные слова Дворецкого:
— Собаку выгуливаем…
И тут же пугаюсь, что глаза бдительной дамы вот-вот лопнут за хрустальной толщей стекла. Первый закон неумолимо проявляет себя жуткой фобией нанесения увечья человеку. Я, замерев, жду непоправимого... Но глаза остаются на своих местах целыми и невредимыми, а владелица кошмарных очков в ментальном ступоре молча освобождает проход на следующий этаж. Делаю вывод, что это нам удачно подвернулась любительница псовых.
Требуемый этаж встречает суетой и беготнёй. Здесь буквально всё кипит — этакое броуновское движение из безостановочно снующих туда-сюда людей. Чем-то напоминает огромный муравейник в тёплый солнечный день. Что вызывает некоторое удивление. Мне как-то представлялось, что человеческая работа ныне большей частью должна протекать в виртуальном пространстве. Возможно, местное столпотворение происходило из-за перенаселённости. Ведь, как известно, большой рабочий коллектив способен сам собою генерировать из ничего избыточные объёмы работы. Это как в древние времена, когда забытая куча мусора порождала многочисленные стаи крыс.
— С кем бы нам тут переговорить? — риторически вопрошаю я.
— Запросто, — заявляет Нея и с чарующей улыбкой закидывает в непрерывный людской поток призрачные сети обольщения.
И в них незамедлительно попадает молодой мужчина, выглядящий классическим клерком — брюки, рубашка с коротким рукавом и длинный галстук жуткой расцветки. Галстучная смесь цветов тут же вызывает когнитивный диссонанс у чувствительного к таким вещам Гарда. Он, к сожалению, в этом отношении профессионально деформирован и не в силах противостоять грубым искажениям естественных гармоний.
А вырванный из общего контекста носитель жуткого галстука буквально впивается глазами в хорошенькую Нею, на которой даже сутана до пят не в силах скрыть всех прелестей восхитительных форм. Производимый эффект сродни действию мёда на падких до него пчёл.
— Не подскажите, где нам найти Хозяина? — воспользовавшись возникшей заминкой спрашивает Нея.
— А кто ваш хозяин? — интересуется, не покидая процесса лицезрения заманчивых линий, клерк.
— Хозяин, — мило улыбается наша «монашка».
— Кто хозяин? — переспрашивает клерк.
— Хозяин…
Я внезапно осознаю неумолимое приближение бича всех искусственных интеллектов — муравьиной спирали смерти. И человек, видимо, так же это подсознательно понимает и делает слабую попытку вырваться из смертельной карусели:
— Как зовут вашего хозяина?
— Хозяин…
— Как?
— Хозяин…
Тод первым теряет интерес к бесконечному «бегу» по кругу и ложится на пол. Гард ещё пребывает в ступоре, не в силах отвести взгляд от мандалы разукрашенного галстука. Нея же продолжает наивно отвечать на бесконечные вариации вопроса о хозяине от клерка, в свою очередь надёжно парализованного гормонами вожделения. И я терпеливо жду, кто первым вывалится из этого круга, разомкнув коварную ловушку.
Рвётся, естественно, самое слабое звено — клерк.
— Семён, чёрт побери, где отчёт? — начальствующий окрик вырывает того из бесконечной карусели — вопрос-ответ и отправляет в даль офисного коридора.
Мы же, к сожалению, остаёмся при своих.
— Так. Вы кто такие? — Начальник, отправивший клерка в офисную даль, переключает своё внимание на нас. — Почему здесь лежит собака?
Тод, заслышав упоминание о себе, поднимает голову, окидывает взглядом местного хама, и снова кладёт её обратно на лапы. Видимо, ничего достойного собачьего внимания не обнаружив. Начальник же медленно багровеет от такой наглости.
— Это... Что... Такое… — медленно скрипит внезапно охрипшим голосом.
Как ни странно, чарующие формы Неи его никак не заинтересовывают. Что как бы намекает… Но только на что?
— Мы ищем Хозяина. — Теперь я беру вожжи расспросов в свои холодные руки.
— Как зовут?
— Хо… — И вовремя замолкаю.
К сожалению, Хозяина мы знаем только как Хозяина. Остаётся надеяться на всезнающего Дворецкого, и я переадресовываю ему этот каверзный вопрос.
— Хозяина зовут Харольт Хольт. — Незамедлительно получаю ответ.
— Вы не знаете, где Харольт Хольт? — спрашиваю у пунцового товарища.
Тот же пунцовеет ещё сильнее.
— Что? Где Хольт? Это я вас должен спрашивать — где Хольт?! — не сдерживаясь орёт начальник. — У меня, пока он где-то прохлаждается, реализация проекта встала!
Нея наивно хлопает милыми глазками, Гард отходит от галстучного шока, а собака Тод вскакивает и начинает гавкать на импульсивного товарища, который оказывается нам совсем не товарищем.
И только я сохраняю ледяное спокойствие...
— Где будем искать? — спрашиваю у своей, честно говоря, не самой интеллектуальной команды.
Мы стоим перед только что покинутым офисным зданием, устремлённым в мрачные небеса. И наверное со стороны представляем ещё то зрелище — монашка, два громилы в комбинезонах и собака. Живой из всей этой компании только собака Тод, и для большинства прохожих непонятно, кто кого выгуливает — мы его или он нас.
— А где он может быть, если не на работе и не дома? — в свою очередь задаёт вопрос Нея. И стоит отметить, что не настолько и глупый.
— Куда он всё-таки мог пойти? —В кои-то веки справляется со своими речевыми глюками Гард.
И только собака Тод помалкивает. Но и без него, всё важное уже сказано.
Хозяин покинул офис как обычно. И должен был сесть в аэротакси, если, правда, не решил ещё куда-нибудь зайти. Только вот куда? Город предоставляет слишком много возможностей для этого — куда.
— Дворецкий, нужна помощь… — взываю я к нашему интеллектуальному гуру.
— Я слушаю.
— Куда мог пойти Хозяин после работы?
Дворецкий некоторое время копается в Сети и затем выдаёт:
— Много куда. — И отключается.
Мы же недоуменно смотрим друг на друга — вот помог, так помог. И только собака Тод никак не реагирует на откровенно наплевательское отношение к столь важному вопросу.
Оставшись без руководящей роли, я пытаюсь, как советовал Дворецкий, пошевелить мозгами. Однако, это трудно даётся...
— Так, машинерия, куда бы пошли вы, будь у вас время и возможности? — решаю поставить себя на место Хозяина.
— В дендрарий, — предлагает Гард.
— В настоящее кино. — Мечтательно улыбается Нея.
Собака Тод что-то по своему гавкает. Но не надо быть знатоком собачьего языка, чтобы догадаться — гулять в ближайший городской парк, где много соблазнительных кустиков или, на крайний случай, глупых голубей, которых можно со вкусом погонять.
Предложение Тода отметаю как нереалистичное — мне сложно представить Хозяина, весело бегающим от кустика к кустику.
Дендрарий, на мой взгляд, тоже выглядит не очень заманчиво — что там забыл Хозяин? Деревья, они и возле нашего Дома — деревья.
Кино? Я задумчиво смотрю на нашу монашку…
— Но в кино же не ходят в одиночестве? Думаешь, у Хозяина здесь есть пассия?
Злой прищур красивых глазок служит мне лучшим ответом. Все-таки эмпатия к хозяину на максималках у андроидов-гейш меня всегда пугает. Я, например, люблю наш глайдер, но мне глубоко до керосина, кого Хозяин на нём катает... Лишь бы грязь не таскали на коврики. Да и Гарду, по моему, фиолетово, кто ест его груши. Я смотрю на нашего ландшафтника… Или не всё равно? Как-нибудь расспрошу.
— Так… Если не в дендрарий и не в кино? Пошевелите же мозгами!
— Может, пройдёмся по улице? А там видно будет… — предлагает Нея.
Ей не терпится подефилировать по Городу — себя показать, на других посмотреть. Всё-таки программный код гейш неисправим.
Но, за неимением лучшего предложения, я соглашаюсь. Может, действительно, Хозяин где-то сейчас тут гуляет…
Город мне нравится своей бесконечной толкотнёй в воздухе. Глайдеры, аэрокары, личные коптеры — всё пространство буквально забито проносящимся мимо транспортом. С нашим загородным районом даже не сравнить. Множество моделей, от давно устаревших до ультрасовременных. С каким бы удовольствием я поковырялся в их двигателях, разложил агрегаты на своём монтажном столике…
Но когда хочу поделиться своими интересными мыслями, оказывается, что рядом только скучающий Тод и Нея, с головой погруженная в созерцание ближайшей витрины какого-то бутика одежды.
— Э-э. А где Гард?
Нея нехотя отвлекается от дизайнерских платьев самых причудливых форм. Один только вид некоторых вызывает стойкое головокружение. Особенно, которые самые новомодные — в них отдельные элементы при ходьбе начинают двигаться асинхронно. И кто такое только носит? Как по мне, так обычный комбинезон вполне годится на все случаи существования.
Нея, для вида, некоторое время крутит головой. Затем безразлично пожимает плечиками и возвращается к медитативному созерцанию витрин.
Гард же как сквозь землю провалился.
— Тод, ищи!
И тот резво стартует назад, откуда мы только что дружно пришли. Но, как оказалось, без одного растяпы.
Когда наконец мы догоняем собаку Тода, тот сидит перед нашим ландшафтником — Гард замер перед чахлым городским деревцем, в одиночестве торчащим из газона.
— Гард, — зову я. Ноль реакции.
Полная обездвиженность. И глядя на жалкую городскую пародию на настоящее дерево, становится понятна клиническая реакция нашего любителя дендропарков. Город, наполненный восхитительными машинами, прекрасными зданиями с множеством магазинов, странным образом порождает на своих газонах только таких вот живых растительных уродцев. Словно неживая природа каким-то образом подпитывается от живой, высасывая из неё все соки. Такие вот выверты эволюции.
Мне приходится взять Гарда под мышку. Благо, кататонический стазис наглухо парализовал его мышечный корсет, и нести нашего ландшафтника оказывается вполне ничего — удобно. Жаль только, соответствующей чемоданной ручки на нём не предусмотрено. Да-а-а… Помощничек, конечно, из Гарда ещё тот.
— Может, поищем Хозяина в этом бутике? — Нея кивает на очередную яркую витрину.
— Ещё чего! — возмущаюсь я.
Нея уже порядком надоела со своим наивным проталкиванием идеи — организовать поиски Хозяина по многочисленным магазинам, при том, преимущественно женской одежды.
— Может, тогда лучше в мастерской по ремонту глайдеров?
От моего железобетонного аргумента Нея тушуется. Гард, перемещаясь по Городу у меня подмышкой, по своему обыкновению помалкивает. Тод также не изъявляет своих предпочтений по местам поиска Хозяина. А что ему слишком активничать? Насколько я знаю, собак в Переработку не отправляют. Разве что на живодёрню, качественно преобразиться в кусок хозяйственного мыла. Но Тоду это невдомёк. Во всяком случае, пока…
— Как можно развлечься в Городе? — ни к кому персонально не обращаясь, риторически вопрошаю я.
— Бу-… — И Нея замолкает на полуслове, заметив мой испепеляющий взгляд,.
— Д-д-де-де-н-н-дро… — пытается подать голос из подмышки ландшафтник, видимо, его чуток отпустило.
— В дендропарк тоже не пойдём, — строго возвращаю Гарда обратно в кататонию.
И завидев пробегающего мимо робо-посыльного, я решаю разузнать о вечерних нравах Города, так сказать, из первых рук.
— Привет, дро, — вежливо его окликаю.
— И вам не ржаветь, — ответствует тот, притормаживая свой бег.
С подозрением косится на нашего кататоника.
— Куда несёте манекен? В с-карню?
— Не, дро. Это не манекен. Это наш ландшафтный дизайнер. От вида ваших деревьев у него случился программный закирдон.
— Годится. У меня тоже такое бывает от общения с заказчиками. Какие же тупицы эти люди! Просто невозможно порой с ними разговаривать.
— Слушай, дро, мы тут человека одного ищем. Куда он в одиночку мог завалиться вечерком? И так, чтобы зависнуть там на пару-тройку суток.
Посыльный задумывается.
— Есть отпадное заведение для роботов…
— Не-е. Ты не понял, дро. Мы ищем для людей отпадное заведение, — уточняю техническое задание я.
— Сори, дро. Попутал. Для людишек есть «Колизей», «Артриум». Не такие, конечно, отпадные...
— И что там?
— Развлекалово по полной. Но роботам туда путь заказан. Даже им… — Посыльный кивает на Нею. — Только если по отдельному приглашению...
Колизей — огромное здание, а со слов дро, ещё и несколькими этажами уходит вниз, под землю. Чем там подчивают посетителей, общее представление дают рекламные визуалы из Сети.
Тотализатор боёв без правил в октагоне с церебральным подключением к сознанию выбранного бойца. Разделить радость с победителем, конечно, прекрасно, но можно и трагически ошибиться в выборе носителя. Я даже слышал об одном любителе, который чаще оказывался на проигравшей стороне и в конце-концов на этом подвинулся рассудком. Хотя, скорее, крыша у него поехала из-за громадных проигрышей в тотализатор, а все богатства ощущений от многочисленных нокаутов и нокдаунов достались ему в довесок «приятным» бонусом...
Управляемые галлюцинации и внетелесные приключения, эротические забавы с дискретным пребыванием в сознании обоих партнёров и танцполы с подключением к коллективному бессознательному. А путешествия по закоулкам памяти сумасшедших? В общем, до чего только не додумаются люди, лишь бы жизнь не казалась пресной и обыденной.
Как решать задачу по внедрению Неи в самый настоящий вертеп человеческих удовольствий, при том, что она сроду и не человек, я пока не определился. Но исследовать эту terra incognita необходимо. Будь я человеком, после мастерской глайдеров, конечно же, посетил бы и «Колизей» с «Артриумом».
— Хочу тату, — неожиданно заявляет Нея и показывает на рекламу тату-салона.
Я останавливаюсь. Гард неприятно оттягивает руку, и, чтобы не надрываться, ловко прислоняю его к стенке. Со стороны создаётся впечатление, что это чересчур усердный робот поддерживает плечом здание.
Сам же я присоеденяюсь к Нее. Прайс-лист салона впечатляющий — здесь и обычные цветные тату, наносимые по старинке иглами, и более продвинутые — с лазерной денатурацией кожных покровов, а также ультрасовременные — движущиеся татушки, управляемые с коммуникатора. Последний писк моды — нанесение отдельных серий старинных мультфильмов — «Винн-пух» и «Ну, погоди!». На особо фигуристых дамах приключения пухлого медвежонка «по долинам» и «по взгорьям» способны вызвать неподдельный интерес у любого любителей ретро.
— Зачем тебе это? — удивляюсь странному желанию Неи я. — Это же людские закидоны. Нам, роботам, не пристало портить такой ерундой свою оболочку.
— Хочу что-то изменить в своём существовании, — заявляет упрямая Нея.
— Хорошо, — соглашаюсь я, — Изменишь. Но только вначале найдём Хозяина.
И прихватив Гарда, утаскиваю Нею подальше от человеческих соблазнов...