Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Сайт психологов b17.ru

Психоаналитический взгляд на делегированный синдром Мюнхгаузена

Многие слышали о истории Джипси Роуз Бланчард - девочке из США, которую делала инвалидом ее мать, выдавая за тяжелобольную и подвергая бесчисленным медицинским процедурам. Менее трагичную, но не менее пугающую историю поведала нам Ольга Ярмолович в книге "Яд материнской любви. Как мама придумывала мне болезни. Личная история о синдроме Мюнхгаузена", где автор описывает свои злоключения, свое детство, проведенное в больницах и поликлиниках, болезненные и бесполезные обследования, призванные найти несуществующие болезни. К сожалению, подобных историй много, но они чаще всего останутся без внимания, так как такие случаи насилия сложно доказать, а детям - жертвам (и не только детям, но в данной статье речь пойдет о них) не всегда удается понять, что происходит или происходило. Эти известные эпизоды делегированного синдрома Мюнхгаузена шокируют тем, что затрагивают основы нашего существования, ведь кто, как ни мать, любит и бережет свое дитя. Ведь никто не может желать зла своему ребенку. И

Многие слышали о истории Джипси Роуз Бланчард - девочке из США, которую делала инвалидом ее мать, выдавая за тяжелобольную и подвергая бесчисленным медицинским процедурам. Менее трагичную, но не менее пугающую историю поведала нам Ольга Ярмолович в книге "Яд материнской любви. Как мама придумывала мне болезни. Личная история о синдроме Мюнхгаузена", где автор описывает свои злоключения, свое детство, проведенное в больницах и поликлиниках, болезненные и бесполезные обследования, призванные найти несуществующие болезни.

К сожалению, подобных историй много, но они чаще всего останутся без внимания, так как такие случаи насилия сложно доказать, а детям - жертвам (и не только детям, но в данной статье речь пойдет о них) не всегда удается понять, что происходит или происходило.

Эти известные эпизоды делегированного синдрома Мюнхгаузена шокируют тем, что затрагивают основы нашего существования, ведь кто, как ни мать, любит и бережет свое дитя. Ведь никто не может желать зла своему ребенку. Или может? Не хочется в это верить, хотя мы все знаем обратные примеры, но стремимся их отринуть. Как бы то ни было, мать остаётся человеком со всеми плюсами и минусами, психологическими проблемами и агрессией.

В обоих этих историях дочки остались живы, в отличие от матерей, думающих, что их дети при смерти, горькая ирония судьбы. Зачем же матери так поступали с ними, что ими двигало? Давайте разберемся.

В этих женщинах изначально было много деструктивности, влечения к смерти. Ребенок был удобным объектом для реализации этого влечения. Зигмунд Фрейд говорит о том, что влечение к смерти это также "...называется влечением к разрушению, влечением к овладению, волей к власти. Одна его часть обслуживает сексуальную функцию, выполняя при этом важную роль: это и есть садизм". В конце концов это влечение направилось на них самих - Джипси попросила своего парня убить мать, а мама Ольги, не имея больше объекта для разрушения, обрушила весь свой садизм на себя, мучительно сгорев от рака и не принимая помощи. Эти дети были буквально тем, что должно было спасти матерей от собственного влечения к смерти.

Садизм всегда идёт рука об руку с мазохизмом, и по сути такая мать постоянно занимается ребенком, сидит с ним в очередях в поликлинике, тратит все деньги на обследования и лекарства. У нее нет своей жизни, есть только жизнь её дитя. Такая жертвенность даёт ей признание в глазах общества, внимание и сочувствие врачей и знакомых, что так тяжело ей приходится с больным ребенком. Это их способ реализации себя, обычно у таких матерей карьера не очень задалась, а больной ребенок это хорошее объяснение для себя и других, почему.

Ребенок, особенно дочь для матери - это буквально она сама. И она может делать с этим существом то, что делали когда - то с ней. В том числе ненавидеть эту девочку, то есть себя в ней, которая когда-то не смогла защититься, не была на это способна. Мстить себе через нее. К тому же, пока эта девочка болеет - она всегда будет маленькой, а мама молодой.

Как писал Фрейд, влечение к смерти это ещё и воля к власти. Истории матерей с делегированным синдромом Мюнхгаузена это истории беспрецедентной власти. Они контролировали абсолютно всё - что ест и пьет дочь, сколько спит и ходит в туалет, с кем общается и что думает.

Интересно то, что большинство из тех, кто делегирует болезни - это женщины. Их жертвами становятся не только дети, но и другие родственники - матери, мужья. Почему так? Можно предложить, что раз агрессивность свойственна обоим полам, то она должна каким - то образом реализоваться. Если мужчина скорее всего будет действовать напрямую, физической агрессией, то женщине, обладающей меньшей физической силой и воспитывающейся в запрете на любое выражение злости, это делать сложнее. И эта агрессия выражается опосредованно в приемлемых обществом формах, в том числе и так.

По сути это перверсия, где тело ребенка используется для собственного наслаждения. Наслаждение по Жаку Лакану это то, что приводит к смерти, это нечто чрезмерное и неописуемое, оно по сути и связано с влечением к смерти, и если его не остановить, не прервать, то оно неизбежно приведёт к ней. К смерти ребенка или к смерти матери.

Картина: Эдвард Мунк "Больной ребенок" 1907

Автор: Юнона Алекнавичус
Психолог, Психоаналитик

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru