Оксана Афанасьева — художница родом из Твери, выпускница академии Штиглица. Несколько лет назад она получила первую известность, размещая на стенах петербургских домов керамические уши. Этой осенью у Афанасьевой открылась персональная выставка в Abramova Gallery. В новых работах художница исследует пробелы и метаморфозы памяти, в том числе семейной. «Бумага» поговорила с Афанасьевой о керамических ушах, исследовании памяти и отличиях Петербурга от Москвы.
— Как вы пришли к организации выставки «Файл не найден»?— В 2023 году уже сотрудничала с Abramova Gallery на коллективной выставке «Человечность без человека». В этом году Елена Абрамова, владелица пространства, приезжала в Москву, предложила мне увидеться и организовать персональную выставку в ее галерее. Я безумно хотела выставиться в Петербурге, но без связей мне это не казалось возможным. Так что сразу согласилась.
— В чем идея выставки?
— В восстановлении утраченных воспоминаний. В процессе работы над выставкой я пересматривала семейный фотоархив и подробно изучала каждый снимок. Некоторые из них вызывали воспоминания, некоторые – нет. В каком-то смысле фото являлись просто каркасом памяти, потому что я рассматривала изображения, но не могла вспомнить, какие события происходили в момент снимка или не узнавала людей. Например, один из моих первых коллажей «Свобода, бабочка, леопард» — размышление на тему свободы через метафоры животных: свободных или запертых в клетках. На фото рядом со зверьми изображены мои бабушки.
Один из важных экспонатов выставки — серия коллажей «Основано на реальных событиях, но не является действительностью». В ней я постаралась заполнить пробелы в памяти домыслами и фантазией. С помощью коллажирования соединила разные времена и людей, которые могли не пересекаться.
Название выставки выросло из этих пробелов — в экспозиции я делаю акцент на стертых памятью пустотах и заполняю их. Еще делаю акцент на том, что память субъективна, поэтому в некоторых работах искажаю изображения или перевожу их в негатив, чтобы показать ненадежность и контекстуальность памяти.
— Выставка — собрание работ разных лет. По какому принципу вы их отбирали?
— Отбор мы проводили совместно с Еленой — она стала куратором выставки. Сначала она спросила, на какую тему я хочу сделать выставку. Это было очень ценно, потому что иногда галереи пытаются навязать художнику идею, а не отталкиваются от его высказываний.
К теме памяти мы пришли через уже созданные мною работы: инсталляцию «Люблю нежно», серию «Дневник» и платье «Когда я вырасту – стану деревом». У меня не очень связывались в голове эти объекты, но мы с Еленой очень много обсуждали концепцию и в итоге привели ее к однородности.
«Люблю нежно» — это круглый стол с несказанными словами, например, «Держи мою руку» и «Ты даришь мне радость», адресованными моей семье, которую я хотела бы усадить за него.
Платье «Когда я вырасту – стану деревом», созданное в 2021 году — вышивка-послание предкам, мое желание отдать должное корням и получить поддержку в том, чтобы идти не навязанным семьей и обществом путем.
Также для выставки я сделала холсты и четыре текстильных панно.
— Какой экспонат — ваш любимый?
— «Люблю нежно», потому что в ней я собрала слова, которые уже никогда не смогу сказать некоторым своим близким, которые уже умерли. Это нежные и добрые послания. Сделав эту работу, я почувствовала радость от того, что через нее я создала себе новую реальность.
Мне очень нравится, какой эффект инсталляция имеет на зрителей, потому что в конце моей последней экскурсии по выставке мы со зрителями непроизвольно собрались вокруг стола, и они достаточно долго и молча рассматривали его, как будто тоже получили мои послания.
— А как вы пришли к тому, чтобы стать художницей?
— Я с детства хотела этим заниматься. Еще в 5-6 лет говорила, что художница, ходила в рисовальные кружки, художественную школу, затем в училище в Твери. Не знаю, чем меня это привлекало, но я постоянно рисовала — приходила в гости или на праздник и рисовала — потому что нравилось. Я очень люблю искусство, рисовать и постоянно этому учиться.
— А почему решили поступать именно в академию Штиглица?
— Я выбирала между Петербургом и Москвой, но в столице мне не понравилось. Тогда я почувствовала, что это безумный, быстрый город, от которого устаешь в недолгих поездках.
Петербург, наоборот, понравился. Он до сих пор вызывает у меня трепетные чувства, завораживает архитектурой, количеством воды и серостью.
Когда я увидела академию Штиглица, она показалась мне Хогвартсом, в котором я должна учиться. Это было любовью с первого взгляда к самой архитектуре здания, из-за которой я [и] решила в ней учиться. Поступила только с третьего раза на кафедру художественной керамики и стекла. Между поступлениями ходила на подготовительные курсы, где научилась рисовать по нужным для академии критериям.
Курс по керамике я выбирала спонтанно, тогда мне нравилось лепить поделки из самозатвердевающей глины, и я подумала, что это смежная сфера. Это оказалось не так, но это маленькое увлечение привело меня к нынешнему творчеству.
— Как вы пришли к тому, чтобы объединять материалы в своей работе?
— Я закончила академию в 2016 году, а в 2021-2022 годах я сделала первые шаги в современном искусстве. Стала делать керамические работы и со временем начала совмещать керамику с текстилем, вышивкой и найденными объектами.
— Что это?
— После выпуска я работала преподавателем керамики и во время занятий постоянно мяла в руках кусочки глины и неосознанно лепила из них уши. Со временем я начала встраивать эти уши в городские объекты на Васильевском острове, по пути от работы до дома, и назвала этот проект «Уши».
Мне предложили сделать выставку об «Ушах», но на ней я могла представить только фотографии объектов, потому что со временем керамика на улице уже была полностью или частично разрушена. На тот момент в моей мастерской уже был кусочек стены, подобранный мною в Выборге, и я придумала собирать кусочки стен по всему Петербургу и добавлять к ним уши: несколько я продала, а остальные храню в мастерской. Сейчас я не считаю проект чем-то оригинальным, его нет в моем портфолио, но вспоминаю «Уши» с теплом. Благодаря ним я поняла, что хочу заниматься современным искусством.
После этого опыта я захотела глубже разобраться в современном искусстве и пошла учиться в «Свободные мастерские» ММОМА (Московский музей современного искусства), в мастерскую Романа Сакина [московский художник и скульптор]. Именно благодаря учебе я переехала в Москву: хотелось присутствовать на лекциях. Во время учебы у меня завелось много творческих и деловых связей, поэтому решила остаться в столице.
Условием обучения у Романа была работа с новым для студента материалом. Я выбрала текстиль: делала объемные объекты и на плоскости, начала совмещать керамику с вышивкой, создавать первые инсталляции. Благодаря совмещению материалов начала создавать не просто объекты, а инсталляции.
В свободных мастерских я научилась взаимодействовать с галереями и арт-сообществом, так что выставки стали моей осознанной занятостью. Я обожаю работу в мастерской и производство объектов, но приходится еще и следить за open-call, составлять заявки в галереи, обновлять портфолио, составлять стейтменты, вести соцсети, ходить на мероприятия. Мне легче находить работу через знакомства с людьми. Например, именно благодаря знакомству с Еленой Абрамовой я организовала текущую выставку в Петербурге.
— Какие есть сложности в организации выставок?
— Это большая и долгая работа, потому что ты задумываешься не только над концепцией одной работы, но и над соединением объектов одной мыслью. Перед открытием выставки «Файл не найден» я волновалась, что зрители примут ее за групповую из-за смешения материалов. Только когда я увидела их вместе в пространстве, почувствовала однородность.
Также персональная выставка занимает все время на протяжении около полугода — ты не можешь параллельно заняться групповой выставкой или другой деятельностью. Персональная выставка — про постоянный диалог с кураторами и галеристами, которых нужно уметь слушать и договариваться с ними, иногда уступать.
— Над какими проектами вы работаете сейчас?
— У меня небольшая пауза, во время которой я размышляю и экспериментирую. У меня есть идея большого проекта про найденные архивы. Недавно, гуляя по Измайловскому рынку [в Москве], я купила альбомы с фотографиями незнакомых людей. С помощью них я хочу объединить личную память и коллективную. Также пробую работать с эпоксидной смолой, графикой и пишу автопортреты.
— Вы живете в Москве, а что для вас Петербург?
— Это классный друг, с которым мы долго были рядом, а сейчас у нас любовь на расстоянии. Это теплое место, наполненное нежными воспоминаниями. Я люблю возвращаться, потому что здесь живут моя сестра и многие друзья.
В каждой поездке стараюсь сходить на свидание с городом: побыть несколько часов или полдня наедине с ним и погулять по знакомым маршрутам.
Мне нравится бывать везде, где есть вода. Например, нравится ездить к Финскому заливу и вдохновиться природой.
У меня много воспоминаний с Васильевским островом, на котором я жила и работала практически все 13 лет в городе. Еще очень нравится Канонерский остров, окруженный водой. Там совершенно классная узкая тропа на мыс с краю острова.
— Какие выставки в городе вы можете посоветовать?
— Мне понравилась Sobo Gallery и выставка Алины Бровиной «Когда я лягу, я лягу в землю», [основанная на античном мифе о Дидоне и Энее].
Еще слежу за работой MYTH, Marina Gisich Gallery, Anna Nova Gallery, но новые экспозиции смотрю в основном через соцсети, не имея возможности приехать.
И люблю возвращаться в Эрмитаж. Он для меня — портал в прошлое, потому что во времена учебы мы ходили туда на лекции. Мои любимые залы: искусство Востока, майорика и египетские.
— А за какими современными российскими художниками вы следите?
— Слежу за искусством Иры Кориной, мне очень нравится, как она работает с большими пространственными инсталляциями. Мне нравится то, что делают Александра Гарт, Инна Гришечкина, Янина Болдырева и Анна Слобожанина.