У Лены Зайцевой прорвало мужа. Лучше бы прорвало трубу — вызвала бы сантехника, а тут прорвало творчество. Муж внезапно увлекся кулинарией. После пятнадцати лет брака, когда, казалось, все предсказуемо как таблица умножения.
Обычно звука лишнего не издавал, предпочитая телевизор и диван. Даже на семейных ужинах всегда молчал как партизан, а тут вдруг — кулинария.
Поначалу это было милым и даже полезным хобби. Вечера в кругу семьи заиграли новыми красками. Муж смотрел видео-уроки, завел блокнот с рецептами; в воздухе витал аромат будущих шедевров: «Утиные грудки в соусе из плесневых грибов» или «Тартар из тунца с ферментированным манго».
Лене нравилось. Она пробовала немного пересоленные и переперченные блюда своего внезапно проснувшегося кулинара и радовалась, что муж у нее не скучный офисный планктон, как у подруг, а человек с passion. Об этом она вскоре пожалела.
После работы муж все чаще пропадал на кулинарных мастер-классах, по субботам участвовал в благотворительных пекарских баттлах. По воскресеньям он просил его не трогать, чтобы «творческий поток не прерывался», и, запершись на кухне, готовил до полуночи.
Совершенно не гурманская Лена отныне стала тем самым подопытным кроликом. После работы она ела, ела и еще раз ела. Мужская кулинарная душа требовала зрителей и дегустаторов. Лена поправилась на пять килограмм, появилась изжога, а еще эти странные сочетания…
Муж теперь готовил всегда. Он экспериментировал с завтраком, изобретал новые бутерброды, превращал обычный ужин в молекулярное шоу. Любой поход в гости заканчивался кулинарным баттлом, где Зайцев затмевал всех хозяек. В душной кухне Лена наблюдала, как трезвые люди с кулинарными навыками первоклассника пытались повторить его рецепты, и мечтала о простой картошке.
Вскоре свекровь прониклась талантом сына и стала приглашать их на дачу с ночевкой. По пути через рынок два гурмана скупали все экзотические овощи и специи, пока самая некулинарная Лена плелась сзади, неся сумки с обычными продуктами «на всякий случай». Свекровь разрешала пугать кур и пускала ностальгические слюни, когда Зайцев готовил на мангале блюда из ее молодости.
Одного Зайцеву показалось мало, и он решил открыть свой кулинарный блог.
В бюджете семьи появились первые прорехи, а на кухне — профессиональная плита, вакууматор, су-вид, а еще какие-то сомнительные «сифоны» и, что особенно пугало, «закваски», которым Лена начала тихо завидовать. Начались съемки видео-рецептов на фоне нового фартука. Зайцева против воли выступала не только спонсором, но и оператором. Когда первый вирусный ролик был наконец снят, каждый член семьи был обязан поддержать отца и сделать репост. Даже коту по такому случаю завели инстаграм, хоть он и редко выходил в сеть.
Лена ожидала, что скоро муж остынет, но тот лишь разогревался. Утром она с наслаждением пила простой кофе в тишине, пока однажды коллега не показала ей популярный блог «Зайцев-шеф» с миллионом подписчиков.
Рабочий ноутбук был захлопнут с такой силой, что экран пошел трещинами.
А потом муж взял да и выиграл конкурс «Лучший домашний повар России». Тут же нарисовался немолодой ресторатор, запахло перспективами, поступили первые предложения. События развивались слишком стремительно. Лена чувствовала, что скоро такими темпами она может потерять любимого, и решила действовать.
Уговоры, разумеется, не сработали. Муж обвинил ее в отсутствии вкуса, гастрономическом консерватизме и ментальной ограниченности. Неизвестные термины только пугали Лену, и она решила обратиться за помощью.
Ресторатор выслушал Зайцеву и назвал сумму, которую та может оплатить, чтобы ее супругу перекрыли кислород в мире высокой кухни. Лена и не представляла, что курс ее мужа так сильно взлетел со дня их свадьбы. Таких денег у нее, конечно же, не было, а за спасибо ресторатор семью спасать не желал и даже наоборот, сказал, что талант надо отпустить, а то задохнется в тисках обывательского быта.
Лена собиралась набить ему морду, но побоялась испортить маникюр, и решила попробовать другой метод. С тещей у них были прохладно-вежливые отношения, как у таксиста и пассажира. Раз в год поездка была неизбежна, и каждый терпел ее с достоинством. Лена рассказала о проблеме, слегка приукрасив. Намекнула теще на внуков, что будут расти без стремительно набирающего популярность отца, на себя, построившую этот брак с нуля, и на то, что все повара обязательно заканчивают где-то в клиниках с панкреатитом.
Теща со скучающим видом выслушала эту часовую жалобу и спокойно сказала:
— Да не кипятись ты. Это у него второй творческий возраст.
— Чего-чего? — нахмурилась Лена.
— Наследственный феномен. В сорок два у нас в роду все мужчины ударяются в творчество. Он же в день рождения начал готовить?
Лена задумалась и вспомнила, как муж год назад задул свечи на торте и вдруг ни с того ни с сего заявил, что будет готовить осьминога, и кивнула.
— Ну вот. Это тебе еще повезло, что он готовит. Я в его возрасте писала иконы, а мой отец увлекался астрономией, причем сам строил телескопы. Как вспомню все эти ночные бдения, звездные карты… Как-то раз даже на НЛО замахнулся. В общем, жди, пока ему сорок пять стукнет, а там само пройдет.
Лена всегда чувствовала, что теща — человек из другого измерения, и лишний раз убедилась, что обсуждать с ней земные проблемы бесполезно.
Через полгода у супруга вышел первый кулинарный бестселлер и нормальное шоу, в котором не было подгоревших блюд и мимо не пробегал с жалобами вечно голодный кот. Близилось открытие собственного ресторана. Дети, в отличие от матери, очень гордились отцом и желали ему если не мишленовскую звезду, то хотя бы бронзовую ложку. Лена знала, что как только муж откроет дверь ресторана, то уже вряд ли вернется. Слава и признание любого сведут с пути домоседства, особенно если путь состоит из старой трешки на окраине, работы в офисе и жены — бухгалтера.
Ресторан получился успешным. Три месяца пролетели как один. Блюда Зайцева хвалили, просили автографы, дарили вина. Его рецепты быстро становились трендами, но Лена не могла разделить радость, хотя все блюда были названы в ее честь. А потом, когда критики предложили номинировать ресторан на премию, Зайцева как подменили.
— Нет, не могу я работать до полуночи. У дочери в следующем году ЕГЭ, а с младшим надо на тренировки возить и физику подтянуть — двоек нахватал. Без меня они не справятся. Да и из офиса звонили, говорят, что мой отпуск за свой счет затянулся.
— Игорь, какой офис? Какие двойки? У тебя все шансы получить «Лучший ресторан года», а там не за горами и мишленовская звезда!
— О, точно! Еще же и звезды! Лена-дуреха там все созвездия перепутает без меня. Всё, я закругляюсь, пишите отзывы, звоните. Будет время — приходите в гости.
С этими словами Игорь Зайцев покинул ресторан и, взяв такси, отправился домой.
— Так ты вернулся? — не верила своим глазам Лена.
— Вернулся.
— Насовсем?
— Насовсем.
— А как же высокая кухня? — не могла поверить своему счастью Зайцева.
— Не такая уж она и высокая. А с Рамзи мне все равно не работать, так как он уже не снимается. Так что я решил: хватит. Надеюсь, ты хотя бы ужин догадалась приготовить? Или опять пиццу заказывать будем? — в глазах мужа читалась угасающая надежда.
— Обижаешь! — после небольшого замешательства ответила Лена. — Ужин, вино, свечи! С днем рождения, родной! — она страстно поцеловала мужа, параллельно надевая туфли. — Я только до магазина сбегаю, продукты надо купить, а ты пока отдохни. Устал, наверное, с ресторана.
— Ага. Устал. Ладно, — снисходительно улыбнулся Зайцев, — беги в магазин и вино не забудь. Эх, Лена, Лена, где начало твоих обедов… — напевая себе под нос, он отправился в гостиную.
P. S. Ставьте лайк и подписывайтесь на наш канал