— Пока ты владеешь салоном одна, мой сын остаётся приживалом в собственной семье! — отчеканила свекровь. — И я этого не потерплю!
Евгения Ивановна устроилась в кресле, будто пришла на личный приём к королеве. Лена делала ей маникюр, а я стояла рядом и соображала, к чему этот визит.
— Евгения Ивановна, что вы имеете в виду?
— Асенька, пора поговорить о будущем, — она придирчиво рассматривала ногти. — Лена, милая, оттенок посветлее возьми. А мы с невесткой обсудим важный вопрос.
Лена метнула на меня сочувствующий взгляд. Характер моей свекрови она знала отлично.
— Слушаю вас.
— Умница! — обрадовалась Евгения Ивановна. — Значит, так, дорогая. У меня три салона. Работают хорошо, прибыль приносят. У тебя один, зато место удачное. Тётя твоя, царствие ей небесное, толк знала в расположении.
Я кивнула. Тётя Вера открыла салон двенадцать лет назад. Четыре года назад завещала его мне, я продолжила дело.
— Предлагаю объединиться, — свекровь улыбнулась. — Твой салон вливается в мою сеть, мы партнёры, а Артём получает долю. Выгодно всем!
— Партнёры в каком смысле?
— Я беру управление сетью на себя, ты работаешь здесь по-прежнему, прибыль делим справедливо, — пояснила она. — Артёму достаётся доля, и мой сын перестаёт чувствовать себя нахлебником.
— Артём зарабатывает сам, — возразила я. — Никакой он не нахлебник.
— Менеджер? — свекровь усмехнулась. — Асенька, миленькая, давай честно. Ты хозяйка бизнеса, стабильный доход имеешь, клиентура постоянная. А он просто работает по найму. Видишь контраст?
Лена закончила маникюр и исчезла, уловив напряжение. Мы остались одни.
— Салон — память о тёте Вере, — сказала я твёрдо. — Просто так отдать управление не могу.
— Да никто не говорит «отдать»! — замахала руками Евгения Ивановна. — Партнёрство же! Я, как человек опытный, займусь финансами, стратегией, расширением. А ты клиентами, мастерами, красотой занимайся. Разделение обязанностей!
Она поднялась, покрутилась перед зеркалом, оценила ногти.
— Подумай, Асенька. Предложение выгодное. Тебе хорошо, Артёму тем более. Особенно Артёму.
С этими словами свекровь ушла, оставив меня в полной растерянности.
Вечером я рассказала мужу о визите его матери.
— Она предлагает объединить салоны, — начала я, накрывая на стол. — Типа партнёрство, только управлять будет она.
Артём поднял глаза от телефона.
— Мама заходила к тебе в салон?
— Заходила. На маникюр пришла, а потом бизнес-предложение озвучила, — я села напротив. — Говорит, тебе стыдно, что у жены своё дело, а у тебя нет.
Муж отложил телефон, задумался.
— Она об этом уже говорила, — признался он тихо. — Недели три назад. Я думал, забудет.
— Не забыла, — сухо ответила я. — Наоборот, пришла с конкретным планом. Влить мой салон в её сеть, чтобы ты получил долю. Чтобы почувствовал себя хозяином.
Артём молчал, глядя в тарелку.
— Ась, я правда иногда чувствую себя... не знаю... — он замялся. — Ты успешная, у тебя бизнес, клиенты тебя обожают. А я просто хожу на работу, получаю зарплату. Разница ощутимая.
— Тебе стыдно? — спросила я прямо.
— Нет! — он быстро поднял голову. — Нет, Ась. Я горжусь тобой. Просто мама постоянно намекает, что настоящий мужчина должен обеспечивать семью. Что я не состоялся, раз жена зарабатывает больше.
— И ты в это веришь?
— Нет, — помолчав, ответил Артём. — Но когда мама повторяет это регулярно, начинаешь сомневаться. Она говорит, что я живу в тени жены. Что люди за спиной смеются.
Я глубоко вдохнула.
— Артём, салон достался мне от тёти. Я его не создавала с нуля, просто продолжила дело. Ты работаешь, приносишь деньги, мы живём нормально. Какие проблемы?
— Мама считает, что я должен иметь собственность, — пробормотал он. — Чтобы в семье был баланс.
— Баланс? — я усмехнулась. — Или контроль? Твоя мама хочет управлять моим салоном, Артём. Понимаешь? Она придёт, скажет, как работать, кого нанимать, какие цены ставить. Это же очевидно!
Муж кивнул.
— Понимаю. Просто она очень настойчивая.
Через два дня свекровь нагрянула ко мне домой. Без звонка, без предупреждения.
— Асенька, открывай быстрее! — постучала она. — Дело есть!
Открыла. Евгения Ивановна вплыла в квартиру и шлёпнула на стол толстую папку.
— Смотри, что я приготовила, — она раскрыла документы. — Всё посчитала. Твой салон тянет на четыре миллиона. Мои три — на десять. Складываем, получаем четырнадцать. Артёму отходит двадцать процентов от общей сети. Неплохо, да?
Я уставилась на бумаги.
— Вы договор уже напечатали?
— Естественно! — свекровь расплылась в улыбке. — Времени терять нечего. Ты остаёшься работать в салоне, получаешь оклад управляющей и процент от выручки. Артём входит в долю. Всем хорошо!
— Кто будет главным?
— Я, разумеется, — Евгения Ивановна пожала плечами. — Опыт у меня, связи, нюх на выгоду. Ты мастер хороший, Асенька, но руководить сетью — это другое. Зачем тебе головная боль с поставщиками, налоговой, арендой?
— Значит, я отдаю салон тёти и превращаюсь в работницу по найму?
— Что за глупости? — возмутилась свекровь. — У тебя появляется доля в настоящей сети! Рост, перспективы, деньги! А салон тёти никуда не денется, будет работать как прежде.
— Только распоряжаться будете вы.
— Ну да, — кивнула она. — Зато мой Артём перестанет страдать. Он же мается, бедняга! Каждый день видит, как жена руководит, решает, распоряжается. А сам ничего своего не имеет. Ему больно, Асенька!
Я выдержала паузу, чтобы не сорваться.
— Евгения Ивановна, мой ответ — нет. Салон мой, так и останется.
Свекровь вытаращила глаза.
— Ты отказываешься? Совсем?
— Совсем.
— Но зачем? — она замахала руками. — Ты вообще соображаешь, что теряешь? Я предлагаю шанс!
— Ваш шанс мне не подходит, — сказала я ровно. — Салон остался от тёти Веры. Отдавать его не собираюсь.
Лицо свекрови налилось краской.
— Эгоистка! — бросила она мне в лицо. — О себе только печёшься! Мужа совсем не жалко?
— Артём знает про ваше предложение, — сказала я. — Согласен, что салон остаётся моим.
— Брешешь! — вскочила Евгения Ивановна. — Я с ним беседовала! Жаловался, что рядом с тобой чувствует себя пустым местом!
— Беседовали, — кивнула я. — Вдалбливали ему, что он никто. Вот только Артём понял наконец, кто тут крутит мозги.
— Да как ты посмела! — голос свекрови задрожал. — Я сыну добра желаю! Хочу, чтоб у него своё появилось! Чтоб гордость почувствовал!
— Дайте ему денег на открытие бизнеса, — предложила я. — Помогите стартовать. Только мой салон оставьте в покое.
Евгения Ивановна сгребла со стола папку.
— Ещё пожалеешь, — прошипела она. — Сильно пожалеешь. Я отказов не принимаю.
— Ваши привычки меня не волнуют.
Свекровь вылетела за дверь. Стёкла в окнах звякнули от хлопка.
Артём вечером вернулся серый.
— Мать названивала, — бросил он куртку на стул. — Рыдала в трубку. Твердила, что ты её унизила. Выставила вон. Требовала, чтоб я тебя образумил.
— Что сказал ей?
— Что выясню, — муж рухнул на диван. — Ась, она реально плакала. Не помню, когда последний раз видел её в слезах.
— Артём, послушай, — села я рядом. — Мать притащила договор. Готовый. Собиралась забрать салон под своё крыло. Я отказалась. Она назвала меня эгоисткой и сбежала. Где тут унижение?
Муж закрыл глаза ладонями.
— Говорила, что делает это для меня. Чтоб я гордиться мог собой.
— Для тебя? — переспросила я. — Где она главная, а я просто служащая? Где салон тёти превращается в филиал её сети? Это захват, Артём. Чистой воды.
Молчание затянулось.
— Да, вижу, — выдохнул он наконец. — Только мать не отстанет. Я её знаю. Добьётся своего любой ценой.
Слова мужа оказались пророческими. Через неделю Евгения Ивановна снова объявилась в салоне.
— Асенька, можно тебя на минутку? — голос у неё был сладкий, как мёд.
Я вышла к ней в холл.
— Слушаю.
— Понимаешь, дорогая, я тут подумала, — свекровь улыбалась во весь рот. — Может, я слишком напористо предложение сформулировала? Давай по-другому. Ты остаёшься полноправной хозяйкой салона, а я просто консультирую. Помогаю советами, связями. Без всяких договоров.
— Зачем вам это?
— Затем, что ты мне как дочь, — Евгения Ивановна взяла меня за руку. — Хочу помочь. У меня связи в индустрии красоты, поставщики проверенные, схемы работы отточенные. Поделюсь опытом безвозмездно.
Я высвободила руку.
— Спасибо, но справляюсь сама.
Улыбка сползла с лица свекрови.
— Упёртая какая, — пробормотала она. — Ладно. Тогда последнее предложение. Я открываю филиал рядом. Метров через триста. Мы не конкуренты, а партнёры. Клиентов делим, акции совместные проводим. Идёт?
— Нет.
— Почему?! — взвилась Евгения Ивановна. — Я же по-хорошему пытаюсь!
— По-хорошему — это уважать моё решение, — ответила я твёрдо. — А вы давите, угрожаете, манипулируете. Хватит.
Свекровь прищурилась.
— Знаешь что, милая? Делай как знаешь. Только учти: я всё равно открою салон поблизости. С лучшими ценами. С классными мастерами. Посмотрим, сколько продержишься.
Она ушла, громко стуча каблуками.
Лена выглянула из кабинета.
— Ася, она серьёзно?
— Похоже, да.
— Что делать будешь?
Я пожала плечами.
— Работать. Что ещё остаётся?
Дома Артём встретил меня вопросом:
— Мама говорит, ты отказалась от помощи?
— Артём, твоя мать хочет открыть конкурирующий салон рядом, — сказала я устало. — Чтоб выдавить меня с рынка. Это помощь?
Муж побледнел.
— Она так сказала?
— Дословно. Лучшие цены, крутые мастера, посмотрим, кто выживет.
— Господи, — Артём опустился на стул. — Я поговорю с ней. Серьёзно поговорю.
— Толку не будет.
— Будет, — он сжал кулаки. — Хватит. Она перешла черту.
Артём отправился к матери на следующий день. Вернулся поздно вечером, измотанный.
— Ну что? — спросила я.
— Орала два часа, — он снял ботинки и прошёл на кухню. — Обвиняла меня в предательстве. Говорила, что я выбрал чужую бабу вместо родной матери. Что она растила меня одна, а я теперь плюю ей в душу.
— И?
— Сказал, что салон — твоё дело. Твоё наследство от тёти. Она не имеет права лезть туда. И открывать конкурента рядом — подлость.
Я налила мужу чаю.
— Как она отреагировала?
— Заявила, что всё равно откроет, — Артём устало потёр лицо. —Что это свободная страна, рыночная экономика. Никто не запретит ей бизнес вести где угодно. А если я против, значит, жена меня полностью подчинила себе.
— Господи, — выдохнула я.
— Ась, я сказал ей прямо, — муж посмотрел на меня. — Если откроет салон назло тебе, общаться перестану. Совсем. Никаких звонков, визитов, праздников.
— Серьёзно?
— Абсолютно. Надоело, — Артём сжал кулаки. — Надоело слушать, что я размазня. Что жена меня подавила. Что я должен быть главным. Я устал оправдываться за то, что женился на умной успешной женщине.
Я обняла мужа.
— Спасибо.
— Только боюсь, не поможет, — признался он. — Мать упрямая. Когда решила что-то, переубедить невозможно.
И он оказался прав. Через месяц напротив моего салона открылся новый. Вывеска кричащая: «Шарм — сеть салонов красоты». Цены на двадцать процентов ниже моих. Скидки первым клиентам. Яркая реклама в соцсетях.
Лена прибежала ко мне в ужасе.
— Ася, ты видела?
— Видела.
— Что делать?
— Работать, — повторила я. — Качественно работать. Наши клиенты ценят нас не за цены.
Но клиенты начали уходить. Сначала единицы, потом больше. Выручка упала на тридцать процентов за две недели.
Свекровь прислала смс: «Ещё не поздно договориться. Звони».
Я удалила сообщение.
Артём видел, как я переживаю.
— Ась, может, взять кредит? Сделать ремонт? Обновить оборудование?
— Подожду ещё месяц, — ответила я. — Посмотрю на динамику.
Но внутри росла тревога. Евгения Ивановна била точно в цель. И останавливаться явно не собиралась.