Тест показал две полоски в субботу утром, когда Виталий еще спал. Я сидела на краю ванны, держала в руках пластиковую палочку и не могла поверить своим глазам. Вторая полоска была бледная, почти призрачная, но она была. Я купила этот тест вчера вечером в аптеке возле дома, когда поняла, что задержка уже почти неделя.
Мы с Виталием прожили в браке восемь лет. Хорошие, спокойные годы без особых потрясений. Он работал менеджером в торговой компании, я преподавала русский язык в школе. Своей квартиры не было, снимали однушку на окраине города, но копили на первоначальный взнос по ипотеке. Детей не было тоже, хотя не предохранялись уже года три. Просто не получалось, и мы особо не переживали по этому поводу. Виталий говорил, что если суждено, то будет, а если нет, то и ладно. Я думала так же. До этого утра.
Две полоски меняли все. Я смотрела на тест и чувствовала, как внутри разливается теплая волна счастья. Ребенок. У нас будет ребенок. Я стану мамой, а Виталий папой. Нам придется отложить покупку квартиры, зато появится смысл копить еще усерднее. Малышу понадобится своя комната, кроватка, коляска, игрушки. Я уже представляла, как мы будем вместе гулять в парке, как Виталий будет учить сына или дочку кататься на велосипеде.
Я спрятала тест в тумбочку под раковиной и вышла из ванной. Виталий проснулся, потянулся и сонно улыбнулся мне.
- Доброе утро. Который час?
- Половина десятого. Я сделала кофе, хочешь?
Он кивнул и сел на кровати, потирая глаза. Я смотрела на него и думала, когда сказать. Прямо сейчас? Или подождать, устроить какой-нибудь сюрприз? Может, сначала к врачу сходить, убедиться окончательно?
- Ты чего так на меня смотришь? - спросил Виталий, заметив мой взгляд.
- Просто так. Любуюсь.
Он рассмеялся и пошел в ванную. Я стояла на кухне, наливала кофе и думала, как изменится наша жизнь. Придется бросить курить. Виталий курил довольно много, по пачке в день точно. Надо будет поговорить с ним об этом. И еще надо начать следить за питанием, есть больше овощей и фруктов. Записаться к гинекологу, встать на учет.
Мы завтракали, и я все время ловила себя на том, что улыбаюсь без причины. Виталий заметил и спросил, что случилось. Я ответила, что просто хорошее настроение. Он пожал плечами и продолжил листать новости в телефоне.
После завтрака я позвонила маме. Она сразу услышала что-то в моем голосе.
- Танюша, что-то случилось?
- Мам, я, кажется, беременна.
В трубке повисла тишина. Потом мама ахнула.
- Господи! Ты уверена? Тест делала?
- Да, сегодня утром. Две полоски.
- Ну надо же! Я уже думала, что внуков не дождусь. Виталий знает?
- Пока нет. Хочу сначала к врачу сходить, точно убедиться.
Мама дала мне телефон своей знакомой гинеколог, сказала, что та хороший специалист и обязательно примет, даже в выходной. Я записала номер и пообещала маме перезвонить, как только схожу на прием.
Врач приняла меня в понедельник вечером. Я пришла после работы, взволнованная и счастливая. Доктор оказалась женщиной лет пятидесяти, с усталым лицом и добрыми глазами. Она выслушала меня, посмотрела тест, который я принесла с собой, и отправила на анализ крови и ультразвуковое исследование.
Результаты анализов были готовы на следующий день. Я снова пришла к врачу, и на этот раз она встретила меня с серьезным лицом.
- Таня, садитесь. Нам нужно поговорить.
Сердце у меня забилось сильнее. По ее тону я поняла, что что-то не так.
- Что случилось? С ребенком все в порядке?
Врач помолчала, разглядывая бумаги на столе.
- Таня, вы не беременны. Анализ крови отрицательный, на ультразвуковом исследовании тоже ничего не видно.
Я уставилась на нее, не понимая.
- Но тест... две полоски были. Я сама видела.
- Бывают ложноположительные результаты. Это редко, но случается. Возможно, тест был бракованный или вы неправильно его провели.
- Но у меня задержка!
- Задержка может быть по разным причинам. Стресс, гормональный сбой, смена климата. Это не всегда означает беременность.
Я сидела в кабинете и чувствовала, как рушится все то счастье, которое построила за эти несколько дней. Ребенка нет. Не было и нет. Мне померещилось. Я придумала себе жизнь, которой не существует.
- Может, еще рано? - спросила я, цепляясь за последнюю надежду. - Может, срок слишком маленький?
Врач покачала головой.
- Если бы вы были беременны, анализ крови уже показал бы это. Он очень чувствительный. Таня, я понимаю, что вам сейчас тяжело. Но нужно принять ситуацию такой, какая она есть.
Я вышла из клиники в каком-то оцепенении. Шла по улице и не замечала ничего вокруг. Люди, машины, витрины магазинов проплывали мимо как в тумане. В голове крутилась одна мысль: как я скажу об этом Виталию?
Впрочем, я еще не успела ему сказать о беременности. Решила подождать, пока врач подтвердит. И вот теперь подтвердила. Только не то, что я хотела услышать.
Дома Виталий уже был. Сидел на диване с банкой пива, смотрел футбол. Я прошла на кухню, достала из холодильника вчерашний суп и поставила разогревать.
- Как дела? - крикнул Виталий из комнаты.
- Нормально, - я старалась, чтобы голос звучал ровно. - Устала только.
Он что-то ответил, но я не расслышала. Шум из телевизора заглушал слова. Я стояла у плиты, мешала суп и думала о том, что эти несколько дней были самыми счастливыми в моей жизни. Я была беременна. Вернее, мне казалось, что я беременна. А это совсем не одно и то же.
За ужином Виталий рассказывал что-то про работу, про нового начальника, который всем портит нервы. Я кивала, делала вид, что слушаю, но мысли были совсем о другом. Я думала о том, как за эти дни успела так привыкнуть к мысли о ребенке. Как представляла себе округлившийся живот, первое шевеление, роддом, крошечное личико. Все это было так реально в моих мыслях, что казалось, я уже прожила эту жизнь.
- Тань, ты меня вообще слушаешь? - Виталий помахал рукой у меня перед лицом.
- Что? Да, конечно. Ты про начальника говорил.
Он внимательно посмотрел на меня.
- Что-то случилось?
Я хотела сказать правду. Хотела рассказать про тест, про врача, про то, что несколько дней жила в иллюзии счастья. Но слова застряли в горле. Как объяснить то, чего сама не до конца понимаю? Как сказать, что я горюю по ребенку, которого никогда не было?
- Просто устала очень, - повторила я. - Завтра контрольная в девятых классах, волнуюсь.
Виталий успокоился и вернулся к своему рассказу. А я доела суп и пошла мыть посуду. Стояла у раковины, терла тарелки и чувствовала, как по щекам текут слезы. Хорошо, что спиной к комнате стояла, Виталий не видел.
На следующий день на работе коллега Света заметила, что я какая-то не такая.
- Танюха, ты чего грустная? Заболела?
- Да нет, все нормально.
Света была моей ровесницей, тоже замужем, но у нее уже было двое детей. Старшему девять лет, младшей пять. Она часто рассказывала про них, показывала фотографии, жаловалась на бессонные ночи и вечную нехватку времени. Раньше я слушала эти рассказы с легкой завистью, но без особой боли. Теперь же каждое ее слово о детях отдавалось острой болью где-то в груди.
- Слушай, а у тебя с Виталием как? - спросила Света, когда мы сидели в учительской на перемене. - Детей не планируете?
- Не получается, - коротко ответила я.
- А к врачу ходили? Может, что-то проверить надо?
- Ходили. Все нормально у обоих. Просто не складывается пока.
Света сочувственно вздохнула.
- Понимаю. Знаешь, у моей подруги тоже долго не получалось. Семь лет мучилась. А потом раз, и забеременела. Сейчас уже двое детей. Так что не отчаивайся.
Я кивнула, хотя на душе было тяжело. Не отчаиваться. Легко сказать. Особенно когда только что потеряла ребенка, которого даже не было.
Вечером я зашла в детский магазин. Не знаю, зачем. Просто шла мимо и вдруг резко свернула внутрь. Ходила между стеллажами, разглядывала крошечные комбинезоны, погремушки, мягкие игрушки. Продавщица подошла и спросила, не нужна ли помощь. Я покачала головой и быстро вышла на улицу.
Дома меня встретила тишина. Виталий задерживался на работе. Я разделась, приняла душ и легла на диван. Просто лежала, смотрела в потолок и думала о том, почему так больно терять то, чего никогда не имела. Ведь ребенка не было. Были только две полоски на тесте, которые оказались ложными. Но боль была настоящей. Очень настоящей.
Виталий пришел поздно, усталый и раздраженный. Сказал, что на работе аврал, что начальник совсем уже достал, что хочет уволиться и найти что-то другое. Я слушала и думала, что надо бы поддержать его, сказать что-то ободряющее. Но внутри была такая пустота, что сил не хватало даже на простое участие.
- Ты опять молчишь, - заметил Виталий. - Что с тобой в последнее время? Целую неделю ходишь как в воду опущенная.
- Устала просто.
- Устала, устала. Ты все время устала. Может, тебе к врачу надо? Может, витаминов каких попить?
Я хотела сказать, что уже была у врача. Что узнала там то, о чем он даже не догадывается. Но снова промолчала. Зачем расстраивать его? Зачем рассказывать о несбывшемся счастье?
Прошла еще неделя. Я продолжала ходить на работу, готовить ужины, разговаривать с Виталием о повседневных вещах. Делала вид, что все в порядке, хотя внутри что-то надломилось. Я словно потеряла что-то важное и теперь не могла найти.
Мама звонила несколько раз, спрашивала, что сказал врач. Я отвечала уклончиво, мол, все нормально, но ничего определенного пока. Она не настаивала, но я слышала в ее голосе разочарование. Она так обрадовалась, когда я сказала про беременность. Наверное, уже успела рассказать знакомым, что скоро станет бабушкой. А теперь придется объяснять, что ошиблась.
В субботу мы с Виталием поехали в торговый центр за продуктами. Бродили по магазину, складывали в тележку овощи, молоко, хлеб. В какой-то момент я отстала, остановилась возле стеллажа с детским питанием. Разглядывала яркие баночки и коробочки, читала надписи. Для детей с шести месяцев. С восьми месяцев. Гипоаллергенное. Обогащенное витаминами.
- Тань, ты чего застряла? - окликнул меня Виталий. - Пошли, нам еще в хозяйственный зайти надо.
Я встрепенулась и поспешила за ним. Но весь остаток дня чувствовала себя так, словно что-то потеряла прямо там, в магазине, возле стеллажа с детским питанием.
Вечером, когда мы уже легли спать, Виталий вдруг спросил:
- Тань, а ты хочешь ребенка?
Вопрос застал меня врасплох. Я лежала в темноте, глядя в потолок, и не знала, что ответить.
- Почему ты спрашиваешь?
- Просто. Мы как-то никогда об этом серьезно не говорили. То есть говорили, но так, вскользь. А я вот последнее время думаю. Может, нам правда стоит завести ребенка?
Я повернулась к нему. В полумраке я видела только контуры его лица.
- А ты хочешь?
Он помолчал.
- Не знаю. Раньше не задумывался особо. Думал, если будет, то будет. А сейчас вот смотрю на друзей, у многих уже дети. И как-то... не знаю даже. Может, и правда пора.
Я слушала его и думала, что всего неделю назад такой разговор привел бы меня в восторг. Я бы рассказала про тест, про две полоски, про то, как я уже все продумала и представила. Но теперь я знала, что все это было иллюзией. И боялась снова поверить, снова надеяться, чтобы потом опять не разочароваться.
- Не знаю, Витя, - тихо сказала я. - Давай не будем об этом сейчас. Устала я.
Он удивленно хмыкнул.
- Странно. Обычно женщины первые о детях заговаривают, а мужья отнекиваются. А у нас наоборот получается.
Я не ответила. Просто закрыла глаза, притворяясь, что засыпаю. Хотя сон не шел. Я лежала и думала о том, что счастье, которое мне померещилось, оказалось таким настоящим, что его потеря причиняла настоящую боль. Я думала о том, что, может быть, лучше было бы вообще не узнавать, не надеяться, не радоваться этим нескольким дням. Тогда бы и не пришлось так больно падать с этой высоты несбывшихся надежд.
На следующее утро я проснулась от тошноты. Еле успела добежать до ванной. Виталий, услышав шум, встревожено заглянул в дверь.
- Тань, тебя что, тошнит? Может, отравилась чем?
Я сполоснула лицо холодной водой и посмотрела на себя в зеркало. Бледная, с темными кругами под глазами. Может, правда отравилась? Или это просто нервы, стресс последних дней?
Но тошнота не проходила. Весь день меня мутило, особенно от запахов. Я не могла готовить, даже заходить на кухню было тяжело. К вечеру появилась слабость, головокружение.
- Все, завтра идешь к врачу, - строго сказал Виталий. - Так нельзя. Может, это что-то серьезное.
Я хотела возразить, но он был настроен решительно. И я сдалась. В понедельник записалась к терапевту.
Врач осмотрела меня, задала кучу вопросов и отправила сдавать анализы. Среди прочих был и тест на беременность. Я хотела сказать, что смысла нет, что я недавно уже проверялась, но промолчала. Пусть проверят, раз надо.
Результаты были готовы через два дня. Я пришла в поликлинику и зашла в кабинет терапевта. Она посмотрела на меня каким-то странным взглядом и улыбнулась.
- Таня, у меня для вас новость. Вы беременны. Поздравляю.
Я замерла. Не поняла. То есть поняла слова, но не могла соединить их с реальностью.
- Это... это невозможно. Я же проверялась недавно. Гинеколог сказала, что нет.
- Когда это было?
- Две недели назад.
Врач кивнула.
- Тогда срок был совсем маленький, анализы могли не показать. Такое бывает. А сейчас уже точно. И тошнота, и слабость - все признаки налицо. Вам нужно к гинекологу, вставать на учет.
Я сидела в кабинете и не могла произнести ни слова. Значит, я все-таки была права? Тот первый тест не ошибся? Или это новая беременность, которая наступила позже?
- Скажите, а определить точный срок можно? - спросила я.
- Нужно на ультразвуковое исследование. Там уже точно скажут.
Я вышла из поликлиники в каком-то странном состоянии. Не радости, не счастья. Скорее растерянности, смешанной со страхом. А вдруг опять ошибка? Вдруг снова окажется, что ничего нет? Я не переживу этого еще раз.
Виталию я ничего не сказала. Решила подождать, пока пойду к гинекологу и сделаю ультразвуковое исследование. Пусть сначала будет полная уверенность.
Прием у гинеколога был назначен на пятницу. Я пришла за полчаса, нервничала, не могла усидеть на месте. Когда наконец позвали, я зашла в кабинет на подкашивающихся ногах.
Врач делала исследование долго, внимательно всматриваясь в экран. Я лежала и боялась дышать. Наконец она кивнула и улыбнулась.
- Все хорошо. Беременность маточная, срок примерно шесть недель. Сердцебиение плода прослушивается. Поздравляю, мамочка.
Шесть недель. Значит, тот первый тест был правильным. Просто слишком рано сделала анализы, вот они и не показали. А я поверила, что ошиблась. Что мне померещилось. Что счастья не было.
Но оно было. Все это время оно было рядом, внутри меня. А я думала, что потеряла его.
Я вышла из клиники и достала телефон. Набрала номер Виталия. Он ответил не сразу, голос был озабоченный.
- Тань, я сейчас не могу, совещание. Что-то случилось?
- Витя, - я улыбалась сквозь слезы, - нам нужно поговорить. Это важно.
- Хорошее или плохое?
- Самое хорошее, - ответила я. - Самое лучшее, что могло случиться.
Он замолчал, потом тихо спросил:
- Ты серьезно?
- Серьезнее некуда.
Я слышала, как он сглотнул, как задышал чаще.
- Я сейчас приеду. Жди меня.
Я стояла возле клиники и смотрела на проходящих мимо людей. Женщины с колясками, пожилые пары, подростки со смартфонами. Обычный день, обычная жизнь. Но для меня все изменилось. Счастье, которое мне померещилось, оказалось настоящим. Просто надо было немного подождать, чтобы оно открылось по-настоящему.
И я ждала. Ждала Виталия, ждала нашего ребенка, ждала новую жизнь, которая начиналась прямо сейчас.