Отец протянул правую ладонь, крепко сжал пальцы сына, притянул к себе, обнял и сказал в ухо:
– Аккуратней там. Береги себя…
(часть 1 -https://dzen.ru/a/aOtBEXp2GSQhhjB9)
Мужчины отстранились, развернулись и быстро пошли каждый в свою сторону.
Лев Георгиевич на ходу украдкой вытер скупую слезу. Это ещё что такое? Гордиться надо и радоваться – сын в армию пошёл! А он…
После общего построения и переклички по командам последовал обещанный досмотр личных вещей. Призывник Иванов с одним армейским рюкзаком легко прошёл шмон, резонно рассудив, что если целый подполковник приказал забрать сумку из его кабинета только перед выходом, значит так и надо будет сделать.
Приказы надо выполнять незамедлительно и точно… Первым выдвинулись будущие моряки, за ними потянулись военнослужащие ВВС в форме синего цвета. Забетонированная площадка перед Офицерскими казармами с расчерченными квадратами сразу опустела.
Оставшимся пятерым призывникам в форме защитного цвета приказали подняться в актовый зал и никуда не уходить. Подруги Сани и Виктора, сославшись на работу, пожелали мальчикам лёгкой службы и, всплакнув для приличия, покинули вполне гостеприимные стены сборного пункта.
Парни остались одни, разговорились в спокойной обстановке и начали выяснять кто чем занимался до сегодняшнего дня. Расул Гамзатов, хотя и родился в Ленинграде, оказался не только полным тёзкой выдающегося поэта, но и его дальним родственником.
Питерский дагестанец был самым старшим из призывников и даже успел поработать два года после окончания Педагогического университета имени Герцена в районной школе учителем русского языка и литературы. А в армию пошёл, потому что, так сказал папа.
Эдуард Михельсон с гордостью сообщил, что он студент Санкт-Петербургского государственного университета… факультет философии!
Ну, а про папину тачку уже все знают. Отправлен отцом в войска на осмысление своих поступков и исправление добросовестной службой. Хотя тому же папе купить новый Гелендваген, что нам обновить смартфон.
Виктор Шкляев и Александр Лавров успели закончить электротехнический колледж, попали в одну передрягу на районе и вот так, по активному ходатайству участкового, соседа майора Аникеева по даче, появились сегодня в одной команде с нормальными пацанами.
В общем, это участковый так подсуетился. Ментовская замутка получилась! Четвёрка защитников Родины взглянули на только что назначенного старшего группы. Ты то, как сюда попал, весь такой правильный доброволец?
Призывник тяжело вздохнул и выдвинул свою версию прошедших событий. Все слышали, где и кем он работал до сегодняшнего дня? Пару дней назад Давид выкинул из клуба двух обдолбанных малолеток, да так неудачно, что оба оказались в больнице (Саня и Витёк напряглись – прозвучала до боли знакомая тема).
Через день выяснилось, что предки обоих работают в Смольном. Ну, и пошла карусель… Вот шеф охраны и посоветовал скрыться от греха подальше в армии, сам договорился с кем надо и видимо хорошо забашлял военным, раз его за сутки оформили в нашу команду.
Да и сам майор оставил сумку призывника Иванова у себя в кабинете. Так и сказал: «Заберешь на выходе, чтобы не шмонали лишний раз…».
А у новобранца там два пузыря заныканы: вискарь и джин. Между прочим, по литру каждая! Последний довод развеял все сомнения по поводу добровольного призыва в армию и внёс в неокрепшие души рекрутов радость и надежду.
Два литра на пятерых, да под стук колес и армейский сухпай – это как раз то самое, чего сейчас очень не хватает. Даже Расул Гамзатов широко заулыбался. Наш человек!
Предвкушение нескучной поездки нарушил динамик над трибуной, известивший о срочном построении на улице команды номер три. Давид закинул за плечи рюкзак защитного цвета, загадочно подмигнул товарищам и быстро пошёл по коридору к знаковому кабинету.
Какого же было его удивление, когда боец обнаружил кабинет закрытым… И в коридоре никого!
А вдруг майор Аникеев забыл про его сумку и в короткий предпраздничный день просто поспешил домой к жене и детям? Вот тебе и армейский порядок… А он пацанам пообещал…
Молодой человек развернулся, добежал до лестницы и рванул вниз. Сумка – сумкой, а построение в войсках ещё никто не отменял.
Уже на выходе из здания новобранец столкнулся нос к носу с тремя старшими офицерами, включая Аникеева, и испытал почти ту же радость, как и от встречи с отцом. Раскрасневшийся подполковник (праздник же…) весело рявкнул на не менее раскрасневшегося от бега солдата:
– Стоять, красноармеец Иванов! Куда бежим? Родина в опасности?
– Сумку хотел забрать.
Офицер развернулся в сторону выхода, громко сказал: «Костя, я Иванова озадачу на пару минут!» и начал быстро подниматься по лестнице. Новобранец за ним.
Уже в кабинете подполковник махнул рукой в сторону стола, ещё раз пожал руку призывнику и со словами: «Хороший был у тебя коньячок, солдат…» по-отечески похлопал новобранца по спине. Так сказать, напутствовал на дела ратные…
Сухпай в виде длинной картонной коробки как раз вошел в сумку и окончательно закрыл алкоголь с консервами. Капитан Рысев мельком взглянул на новый гражданский скарб, появившийся на плече у старшего группы, но ничего не сказал.
Майору виднее… Значит, так надо! Последовал команда: «Становись в колонну по двое!» и группа военных в количестве пяти бойцов дружно покинула стены Сборного пункта Военного комиссариата г. Санкт-Петербурга.
Впереди, в направлении станции метро «Пушкинская», размашисто шагал капитан Рысев, призывник Иванов оказался замыкающим в строю солдат в форме защитного цвета с армейскими рюкзаками за спиной…
За день июньское солнце прогрело каменные улицы центра города так, что первыми жару почувствовали ноги в берцах и слишком тёплых «летних» носках, которые больше подходили для зимней обуви. В остальном, форма выглядела вполне прилично, хотя жара начала доставать будущих защитников Родины...
Летучий отряд спасла прохлада питерского метрополитена, благо станция «Пушкинская» (Витебский вокзал) находилась буквально в двух шагах от Офицерских казарм.
Бойцы старались не отставать от широко шагающего высокого офицера и уже знали из его постоянных переговоров по телефону на ходу о том, что на перроне Ладожского вокзала их ждут ещё две команды призывников из Вологодской и Новгородской областях.
Значит, в вагоне дальнего следования они будут не одни. Это хорошо или плохо?
Одна пересадка, полчаса подземного пути и вот великолепная пятёрка призывников из Санкт-Петербурга, несколько уставшая с непривычки от солдатской обуви и тяжелых армейских вещмешков с коробками суточного сухого пайка (2.1 кг.), стоит на перроне вокзала и в упор разглядывает будущих коллег по службе.
Две команды человек по десять каждая. Здесь и сейчас питерским были не рады…
Представители северо-восточных провинций практически целый день проторчали на вокзале под неусыпным наблюдением офицера (старший лейтенант) и двух высоких и здоровых сержантов. Даже в туалет разрешалось сходить только группой лиц и под сопровождением младших командиров.
Часть сухпая съедены, а впереди ещё больше суток пути. И если на вокзале спасала прохлада мощных кондиционеров, и можно было посидеть на мягких скамейках в боковых залах; то длительное выжидание в строю на перроне вместе с жарой, армейской формой и постоянным контролем не добавили вологодцам и новгородцам хорошего настроения.
Внутри молодых людей начали накапливаться злость и агрессия, которые требовали выхода. С одной стороны, агрессия – это хорошо.
Именно эта энергия помогает нам двигаться вперёд, достигать цели и защищать себя в моменты реальной опасности. Неумение управлять своей агрессией – вот что плохо…
Пацаны с глубинки нашей необъятной Родины не стали долго копаться внутри себя в поисках истинных причин возникшего гнева и решили не искать ответ на вечный вопрос: «Бить или не бить?». Тем более, перед ними появилась отличная цель выхода агрессии и самоутверждения – столичные призывники.
Хотя они, конечно, из Северной столицы, но, блин, появились тут, маменькины сынки, довольные такие, за полчаса до отправления. Да ещё кавказца с собой притащили. Питерские – они же, как москвичи! Чмыри, в общем…"
Роман Тагиров (продолжение - https://dzen.ru/a/aRNc3b7jhF1wmaVG)
