Двадцать лет Ирина провожала мужа на вахту.
Месяц он уезжал в Тюмень - стройки, большие деньги, бригадир. Месяц жил дома. Потом снова уезжал.
Дети выросли так - отец то есть, то нет. Привыкли.
- Мам, а другие папы каждый день дома, - говорил маленький Саша. - Почему наш всё время уезжает?
- Работа такая, сынок, - объясняла Ирина, гладя его по голове. - Зато денег хорошо платят. Видишь, какая у нас квартира большая?
Деньги правда были. Виктор перечислял исправно - по пятьдесят-шестьдесят тысяч. Квартиру в ипотеку взяли, машину купили, дети одеты-обуты.
Жили как все. Может, даже лучше многих.
***
Звонок пришёл в среду утром.
Ирина стояла за кассой в "Пятёрочке", пробивала хлеб бабушке. Телефон завибрировал - номер незнакомый, тюменский код.
- Алло?
- Это супруга Кузнецова Виктора Петровича? - голос мужской, сухой, официальный.
- Да. А что случилось?
- Ваш супруг скончался сегодня ночью. Инфаркт. Приезжайте за телом.
Ирина не помнила, как доехала домой. Помнила только, как телефон выпал из рук, как администратор подбежал, как вызвали такси.
Дома сидела на диване, смотрела в стену. Не плакала - слёзы не шли. Просто сидела.
Саша с работы пришёл - ему восемнадцать, курьером подрабатывал. Увидел мать, испугался:
- Мам, что случилось?
- Папа умер, - сказала она и голос сломался. - Инфаркт.
***
Похороны назначили на субботу.
Ирина металась всю неделю - документы, гроб, венки, поминки. Мать Виктора рыдала в трубку телефона. Сестра приехала из Москвы, помогала с организацией.
В субботу собрались в похоронном зале. Человек тридцать - родственники, друзья детства Виктора, соседи. Гроб стоял посередине, крышка открыта. Виктор лежал в костюме, лицо восковое.
Ирина стояла рядом, держала Сашу за локоть - сын высокий уже, выше её, но сейчас казался маленьким. Лена, дочка шестнадцатилетняя, прижималась к матери, всхлипывала.
Без пяти двенадцать дверь распахнулась.
Вошла женщина. Лет сорока, полная, в чёрном платье. За ней трое детей - девочка лет семи-восьми, мальчик лет пяти, и совсем маленький на руках - года два максимум.
Женщина увидела гроб. Остановилась. Лицо исказилось, рот открылся.
- ВИКТОР! - заорала она. - НЕТ! НЕТ, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!
Побежала к гробу. Дети испуганно стояли у двери. Женщина упала на колени у гроба, схватилась за край, рыдала в голос:
- ВИТЕНЬКА! МУЖ МОЙ! НЕ ОСТАВЛЯЙ НАС!
Все замерли. Ирина смотрела на эту женщину и не понимала - кто это?
Женщина повернула голову, посмотрела на Ирину мокрыми красными глазами:
- Вы кто? - выдохнула она.
- Я? - Ирина растерялась. - Я жена. А вы кто?
- Я тоже жена, - женщина вытерла лицо рукой, размазала тушь по щекам. - Алла меня зовут. Мы восемь лет вместе. Это наши дети - Маша, Дима и Артёмка. Посмотрите на младшего - вылитый Витя!
Ирина посмотрела на малыша. Светлые волосы, голубые глаза, курносый нос. Точная копия Виктора.
В ушах зашумело. Пол поплыл под ногами. Саша подхватил её за локоть:
- Мам, ты чего?
- Подождите, - сказала сестра Виктора, подойдя. - Какая ещё жена? Витя был женат на Ире. Вот свидетельство. А вы...
- А мы восемь лет живём как муж и жена, - перебила Алла, вставая с колен. - В Тюмени. У нас дом. Он приезжал на месяц домой, на месяц уезжал на работу. Так и жили.
Тишина была такая, что слышно было, как кто-то сглотнул.
- Как на работу? - медленно произнесла Ирина. - Он работал в Тюмени. Там у него вахта была.
- Он жил со мной в Тюмени, - Алла смотрела на неё. - Восемь лет. Говорил, что ездит на вахту в Екатеринбург. Месяц там работает, месяц дома.
Ирина почувствовала, как внутри что-то рвётся. Мир поплыл, закачался.
- Саш, - прошептала она. - Выведи меня.
***
Сидели в коридоре на пластиковых стульях.
Ирина пила воду из бутылки - руки тряслись, половина разлилась на платье. Лена рыдала, уткнувшись Саше в плечо. Саша сидел белый, молчал.
Алла вышла из зала. Подошла, села рядом.
- Давайте поговорим, - сказала она тихо.
- О чём тут говорить? - Ирина посмотрела на неё. - Вы восемь лет с моим мужем спали!
- Я не знала! - Алла сжала кулаки. - Клянусь, я не знала, что он женат! Он сказал, что разведён. Детей нет. Работает вахтовым методом.
- И вы поверили?
- А почему нет? - Алла смотрела в пол. - Он приезжал ровно через месяц. Уезжал через месяц. Денег давал - по пятьдесят тысяч. Говорил, зарплата хорошая. Мы дом строили, ипотеку брали...
- Погодите, - перебила Ирина. - Какую ипотеку?
- На дом. Три года назад оформили. Я созаёмщик, он созаёмщик.
У Ирины внутри всё похолодело.
- У нас тоже ипотека. На эту квартиру. Я и он созаёмщики.
Алла подняла голову. Посмотрела на Ирину. Обе молчали.
***
После похорон разошлись по домам.
Ирина три дня лежала пластом. Не ела, не спала - просто лежала, смотрела в потолок.
На четвёртый день пришло письмо из банка.
"Уведомляем о смерти созаёмщика по ипотечному кредиту №... Страхование жизни заёмщика покрывает сумму 800 000 рублей. Остаток задолженности - 2 400 000 рублей. Просим в течение 30 дней..."
Ирина перечитала три раза. Позвонила в банк:
- Как это не покрывает? У него страховка была!
- Была, - ответили в банке. - Но ваш супруг оформил две ипотеки. Страховка действует только на одну - на вашу квартиру, частично. Вторая ипотека не застрахована.
- Какая вторая?!
- В Тюмени. Дом. Созаёмщик - гражданская супруга Иванова Алла Сергеевна.
Ирина положила трубку. Набрала номер Аллы - обменялись после похорон.
- У тебя ипотека сколько осталось? - спросила без приветствия.
- Полтора миллиона, - голос Аллы был усталым. - Мне из банка звонили. Страховки нет. Витя не оформил. Сказал, зачем переплачивать.
- Сволочь, - выдохнула Ирина.
- Да, - согласилась Алла.
***
Через месяц встретились снова.
Алла приехала в Екатеринбург - разбираться с документами. Сидели в кафе, пили кофе.
- Я на тебя зла, - сказала Ирина. - Очень зла. Ты спала с моим мужем восемь лет.
- Я не знала, - повторила Алла. - Ты мне веришь?
Ирина посмотрела ей в глаза. Усталые, красные, честные.
- Верю, - кивнула она. - Потому что я тоже не знала. Про тебя. Про детей. Про второй дом.
- Он нас обеих обманул, - Алла покрутила чашку в руках.
- Да. И теперь мы обе в долгах. Я два с половиной миллиона должна, ты полтора.
- Четыре миллиона на двоих, - подсчитала Алла. - А у меня трое детей маленьких.
- У меня двое, - сказала Ирина. - Саша хоть работает уже, помогает. А у тебя?
- Я одна, - Алла опустила голову. - Маме не на что надеяться, она сама на пенсии. Придётся в три смены работать.
Молчали. Потом Ирина спросила:
- А дети... наши дети... они как?
- Маша плачет каждую ночь. Спрашивает, где папа. Я не знаю, что ей говорить.
- Саша молчит. Вообще не говорит о Вите. Замкнулся.
- Может, им познакомиться? - неуверенно предложила Алла. - Они же... сводные.
Ирина хотела отказаться. Но вспомнила лицо Саши - потерянное, пустое.
- Давай попробуем, - согласилась она.
***
Встретились в парке через неделю.
Ирина привезла Сашу и Лену. Алла пришла с Машей, Димой и Артёмкой на руках.
Дети стояли, смотрели друг на друга. Молчали.
- Это ваши сводные братья и сёстры, - сказала Ирина. - У вас один отец был.
- Не хочу я никаких братьев, - буркнул Саша. - Отец умер. Всё.
- Саш, - Ирина взяла его за руку. - Они не виноваты.
- И мы не виноваты, - Саша дёрнул рукой. - Почему мы должны с ними общаться?
Маша стояла, смотрела на Сашу большими глазами. Губа дрожала.
- Ты правда мой брат? - тихо спросила она.
Саша посмотрел на неё. Девочка худенькая, в старенькой курточке, с заплетёнными косичками.
Смягчился:
- Наверное.
- А можно я тебе буду звонить иногда? - спросила Маша.
Саша помолчал. Кивнул:
- Можно.
***
Прошло два года.
Ирина работала в две смены. Утром кассир, вечером - уборщица в офисе. Приходила домой в одиннадцать, падала без сил. Саша тоже работал - курьером днём, грузчиком по выходным. Отдавали всё на ипотеку.
Продали машину - восемьсот тысяч вырвали. Ирина взяла кредит - ещё триста. Осталось миллион триста.
Алла продала всё, что можно. Работала официанткой в три смены - утро, день, ночь. Спала по четыре часа. Дети сидели с соседкой. Платила ипотеку, еле-еле.
Созванивались раз в неделю:
- Как ты там? - спрашивала Ирина.
- Еле живая, - отвечала Алла. - Ещё миллион. Не знаю, как выплачу.
- Держись. У меня тоже миллион триста осталось.
- Ирин, а ты злишься на меня всё ещё?
Ирина помолчала:
- Нет. Устала злиться. Мы обе жертвы его вранья.
- Я правда не знала...
- Знаю, - перебила Ирина. - Перестань оправдываться. Я верю.
***
Дети подружились.
Маша звонила Саше каждую неделю - по видеосвязи. Рассказывала про школу, про друзей. Саша слушал, иногда давал советы.
Лена с Димой переписывались - он рисовал картинки, она хвалила.
На Новый год Алла с детьми приехала в Екатеринбург. Ирина пригласила к себе - отмечать вместе.
Сидели за столом - две семьи, которых свёл обман. Дети смеялись, играли. Артёмка лазил на Сашины колени.
Ирина смотрела на это и думала: вот оно, наследие Виктора. Две разрушенные семьи. Пять детей-сирот. Четыре миллиона долга.
И ещё - странная дружба двух женщин, которых объединила чужая ложь.
***
Через три года Ирина выплатила ипотеку.
Последний платёж внесла в сентябре. Квартира стала полностью её.
Позвонила Алле:
- Я выплатила.
- Я рада за тебя, - голос Аллы был искренним. - Держись там.
- У тебя сколько осталось?
- Четыреста тысяч. К весне закрою, наверное. Если ничего не случится.
- Случится - звони. Помогу чем смогу.
- Спасибо, - тихо сказала Алла.
***
Ирина сидела у окна с чаем.
Смотрела на город. Думала о Викторе.
Двадцать лет прожили вместе. Родили двоих детей. Она думала - счастливый брак.
А он восемь лет из этих двадцати жил с другой женщиной. Родил троих детей. Два дома, две ипотеки, две жизни.
Как он успевал? Как не путался? Как смотрел ей в глаза, зная, что через неделю поедет к Алле?
Телефон завибрировал. Сообщение от Маши:
"Тётя Ира, можно я на каникулы к вам приеду? Хочу Сашу и Лену увидеть".
Ирина написала: "Конечно, приезжай. Будем рады".
Допила чай. Встала.
Виктор оставил им долги, боль и разбитые жизни.
Но ещё он оставил пятерых детей. Которые теперь - семья.
Странная, собранная из осколков, но семья.
И это, наверное, единственное хорошее, что он успел сделать.
Даже если сам того не хотел.