В то самое время, когда все таблоиды мира наперебой восхищались появлением Мэрилин Монро на балу, состоявшимся в стенах нью-йоркского отеля «Уолдорф Астория», на другом краю земли, в советском посольстве в Париже был организован торжественный ужин. Его устроили по случаю прибытия официальной делегации из Москвы, направляющейся на десятый Каннский кинофестиваль. В состав делегации входили режиссер Григорий Чухрай, актеры Олег Стриженов, Изольда Извицкая и Николай Черкасов.
Годом ранее Григорий Чухрай завершил работу над фильмом «Сорок первый», который уже в ходе съемочного процесса приобрел скандальную известность. Сценарист Григорий Колтунов решительно выступал против сюжета предложенного режиссером, где главная героиня Марютка влюблялась в своего пленника – белогвардейского поручика. По совету Сергея Юткевича, Чухрай не стал спорить с Колтуновым на заседании худсовета киностудии «Мосфильм», где утверждали сценарий кинокартины. Воспользовавшись тем, что картину снимали в далекой Туркмении, режиссер снял эпизоды ключевых сцен со своим собственным видением. Позже, после просмотра чернового материала, Колтунов написал на имя директора киностудии Ивана Пырьева докладную записку со словами «под этой грязной белогвардейской стряпней я не поставлю своего честного имени». Впрочем, когда на заседании худсовета Пырьев похвалил оператора и режиссера за их талантливую работу, Колтунов несколько смягчил свой пыл.
«Еще раз хочу отметить, что фильм получился хороший, – сказал он, – но если бы не было отклонений от сценария, он был бы еще лучше» /Стенограмма заседания художественного совета киностудии «Мосфильм» от 10.08.1956/.
На роль Марютки пробовали множество молодых актрис, среди которых были Руфина Нифонтова и Екатерина Савинова, но в итоге режиссер остановился на двадцатичетырехлетней выпускнице ВГИКа Изольде Извицкой. Роль белогвардейца доверили сыграть Олегу Стриженову.
Хотя фильм с «опасным любовным сюжетом» вызывал немало сомнений у руководителей Минкульта, Хрущев поддержал кинокартину, и пятнадцатого октября она вышла на экраны СССР. Лента не стала хитом, уступив место картине «Карнавальная ночь». Тем не менее, спустя месяц ее показали в Праге в рамках Недели советских кинофильмов, а в январе 1957 года редакция журнала «Франция-СССР» организовала закрытый кинопоказ для кинематографистов в Париже.
Фильм получил положительные отклики, и в апреле было решено отправить кинокартину на X Каннский кинофестиваль. Представлять ленту поехали Чухрай, Извицкая и Стриженов.
По воспоминаниям Олега Стриженова, в Каннах их поселили в большом фешенебельном отеле «Карлоон» на знаменитой набережной Круазетт. В отеле проживали делегации лишь четырех стран – Советского Союза, Англии, Франции и США. Сопровождал советскую делегацию посол Сергей Виноградов, занимавший до этого пост начальника Главного управления телевидения.
Так как у актеров не было достаточных средств, и они не могли себе позволить ужины в элитных ресторанах и развлечения в казино, Виноградов всеми силами пытался возвысить престиж страны Советов. Каждое утро у гостиницы актеров ожидал его служебный автомобиль, а один раз ему удалось для них подогнать к набережной белоснежную яхту, которая могла бы соперничать с парусниками преуспевающих толстосумов-миллионеров.
Поначалу Извицкую встретили крайне недружелюбно. В одной из местных газет ее назвали «советской звездой с ногами степного кавалериста». Репортеры не учли, что девушка специально училась ходить шаркающей походкой, чтобы лучше войти в роль. Как позже вспоминал Григорий Чухрай в своей книге «Мое кино», они с коллегами решили не показывать заметку Изольде, чтобы не расстраивать актрису.
Один из репортеров спросил Стриженова: «Сколько у вас костюмов?». «Не помню», – ответил актер. После этого в газете появилась заметка, что Олег настолько богат, что даже не может сосчитать своих костюмов. В другой газете напечатали фотографии приехавших на фестиваль актрис. Под каждой фотографией был помещен текст с указанием стоимости их нарядов.
Без всяких сомнений, главной звездой фестиваля была Элизабет Тейлор. Перед репортерами голливудская звезда появилась в драпированном платье нежного лавандового цвета. Голову актрисы украшала золотая тиара с бриллиантами, геральдическими лилиями и фестонами, подаренная ей мужем – продюсером Майклом Тоддом. Образ кинозвезды дополняла изящная сумочка, декорированная полудрагоценными камнями.
В декабре 2011 года на аукционе Christie’s тиара Элизабет Тейлор была продана за 4,2 миллиона долларов.
Звезда немецкого и французского кино Роми Шнайдер выбрала элегантное белое платье от Кристобаля Баленсиагии и легкую меховую накидку. На фестивале актриса представляла фильм «Сисси – молодая императрица».
В центре разворота, более крупно, чем все другие фотографии, было помещено изображение Изольды в дешевеньком ситцевом платьице. Снимок актрисы сопровождала язвительная надпись: «Она тоже надела свое лучшее платье».
На помощь Изольде пришла Надежда Петровна Леже, вдова знаменитого французского художника. Возмущенная нападками французских журналистов, она купила Изольде красное платье от Christian Dior. Наряд идеально соответствовал модному тренду «New Look» – открытые плечи, подчеркнутая линия талии, необычные броши, украшающие область декольте и пояс. Воссозданная копия этого платья, правда, без украшений, хранится во Дворце культуры химиков в Дзержинске, родном городе Извицкой.
После появления Изольды в новом платье отношение прессы к актрисе заметно смягчилось, а с успехом фильма «Сорок первый», удостоенного специального приза «За оригинальный сценарий, гуманизм и романтику», весь мир изумился, насколько русские удивительные люди и как красиво они могут любить.
Газеты наперебой восхваляли кинокартину, называя Извицкую «Советской Мэрилин Монро», а Стриженова – «Советским Жераром Филипом».
Показ фильма в Марселе, где проживало большое количество белоэмигрантов, обеспечил кинокартине полный триумф. Находящиеся в зале зрители буквально засыпали Извицкую и Стриженова цветами. По воспоминаниям Олега Стриженова, белоэмигранты провожали артистов со слезами на глазах и кричали им вдогонку: «Целуйте Родину, целуйте нашу землю!»
Журналы «New York Magazine» и «Le Parisien» разместили на своих обложках фотографии Изольды, провозгласив ее «актрисой номер один советского кино». Один из парижских рестораторов был настолько очарован шармом зеленоглазой актрисы, что переименовал свое кафе в ее честь. Но это было лишь началом победного шествия.
В мае фильм был показан в Брюселле, а в июне – в Гааге. В июле кинокартину показали в Каире, Рангуне и Буэнос-Айресе. В августе 1957 года «Совэкспортфильм» выпустил пилотный номер журнала «Soviet film» на невиданной в Советском Союзе глянцевой бумаге высочайшего сорта. Главной публикацией в журнале стала статья, посвященная фильму «Сорок первый».
В том же месяце фильм показали в Стамбуле, в ноябре – в Польше, Венгрии, КНР, Вьетнаме и Шри-Ланке.
Вернувшись после фестиваля в СССР, Изольда с удивлением узнала, что ее включили в состав Ассоциации по культурным связям со странами Латинской Америки. Это давало ей возможность беспрепятственно путешествовать по миру, о чем другие не смели даже мечтать.
Вскоре у молодой актрисы появились влиятельные покровители, среди которых выделялся зять Хрущева – Алексей Аджубей, главный редактор газеты «Комсомольская правда». Многие ему завидовали, а злые языки говорили: «Не имей сто друзей, а женись, как Аджубей».
Несмотря на то, что Изольда была замужем за малоизвестным актером Эдуардом Бредуном, Аджубей начал ей оказывать недвусмысленные знаки внимания. Но Изольда предусмотрительно отвергла его ухаживания, отдав предпочтение Марку Бернесу. К тому времени певец был свободен – его супруга Паола умерла после продолжительной болезни.
Месть Аджубея не заставила себя долго ждать. Семнадцатого сентября 1958 года одновременно две центральные газеты начали травлю Бернеса. В «Комсомолке» был напечатан фельетон Александра Суконцева и Ильи Шатуновского «Звезда на "Волге"», героем которого стал Бернес, нарушивший правила дорожного движения, проехав на красный свет.
Фельетон заканчивался словами: «Кинозвезда бушевал. Он требовал к себе уважительного отношения как к звезде первой величины… Но нам думается, что для кино– и иных «звезд» ни на московских, ни на ленинградских, ни на одесских перекрестках нет нужды изобретать какие-то особые, персональные светофоры. И совершать прогулки за рулем машины, подвергая опасности жизнь прохожих, не уважая наших порядков, непозволительно даже Марку Наумовичу Бернесу».
Статья вызвала широкое обсуждение в народных массах, и большей частью читатели осуждали возмутительное поведение знаменитого артиста. Вторая публикация вышла в газете «Правда». В ней советский композитор Георгий Свиридов обвинил Бернеса в подыгрывании дурным музыкальным вкусам и призвал искоренить пошлость в музыке. Следствием этих и нескольких последующих публикаций стало отлучение Бернеса от съемок и записей на радио и грампластинки.
Только двадцать второго мая 1960 года голос Бернеса вновь зазвучал на радио. Певца пригласили исполнить песню «С добрым утром!» для одноименной передачи Всесоюзного радио. Развлекательная передача выходила по воскресеньям в 09.15 утра. К тому времени Бернес уже женился на Лилии Бодровой.
В перерывах между поездками Изольда продолжала сниматься в кино, однако все роли были второго плана, причем в не самых удачных фильмах. Первым фильмом, в котором она сыграла дочь генерала, была мелодрама "Неповторимая весна" (1957 год). После выхода на экраны он получил крайне негативные отзывы, как фильм, погружающий зрителей в затхлую атмосферу мелких семейных неурядиц. Не лучшим оказался и следующий фильм – «Очередной рейс», снятый по сценарию Бориса Васильева.
Как рассказывал Григорий Чухрай, актрисе не предлагали главные роли в высокобюджетных проектах из-за ее популярности. В отличие от иностранных продюсеров, советские режиссеры не желали работать с известными артистами, стремясь из эгоистических побуждений открыть свою собственную кинозвезду.
В 1958 году Иван Пырьев решил экранизировать роман «Идиот» и на роль Настасьи Филипповны пригласил Изольду Извицкую. Актриса прибыла на пробы, но испытывая сильное волнение, не смогла достойно представить свою кандидатуру. В итоге роль досталась Юлии Борисовой, а режиссер в присутствии коллег и окружающих нелицеприятно отозвался об актерском даровании Изольды. Для Извицкой это был сильнейший удар. Тем более что о ее неудаче с нескрываемым удовольствием смаковала вся актерская братия.
Актриса нуждалась в поддержке, но дома ее ожидал лишь подвыпивший муж с очередной веселой компанией. Какое-то время она находила утешение в ухаживаниях Бернеса, но продлилось это недолго. Постепенно Изольда начала спиваться вместе со своим мужем. Когда актрису перестали приглашать даже на третьестепенные роли, она устроилась в Театр-студию киноактера, где трудился ее муж.
В 1963 году коллеги Извицкой, узнав, что Сергей Колосов начал работу над многосерийным телефильмом «Вызываем огонь на себя», обратились к режиссеру с просьбой помочь актрисе выбраться из творческого кризиса. Колосов согласился. На главную роль советской разведчицы Анны Морозовой была утверждена Людмила Касаткина, а роль разведчицы Паши досталась Изольде.
Не смотря на то, что актриса, по словам Колосова, «порой была недостаточно собрана и плохо выглядела», режиссер относился к ней с трогательной заботой. И Изольда не осталась в долгу. Почти полтора года, все время пока шли съемки телефильма, актриса держала себя в руках, мастерски сыграв свою роль. Картина была удостоен высоких наград, а Колосова впоследствии назначали художественным руководителем творческого объединения «Телефильм».
После успеха картины Изольду пригласили сыграть на роль Оксаны, бывшей жены сотрудника госбезопасности, в двухсерийной ленте «По тонкому льду», а затем ей доверили роль Нюры, подруги агронома в фильме «Авдотья Павловна». Последний фильм был признан неудачным. Лишь в 1969 году режиссера Самсона Самсонова уговорили взять Изольду в картину «Каждый вечер в одиннадцать», снятого по сценарию Эдварда Радзинского. Извицкая сыграла в нем небольшую роль знакомой главного героя. Эта картина стала последней в фильмографии актрисы.
В январе 1971 года муж Изольды, собрав свои вещи, переехал к соседке-спекулянтке. Чтобы поддержать актрису, ей предложили роль в спектакле «Слава» по пьесе драматурга Виктора Гусева. Это воодушевило Изольду: она взялась учить текст и ждала начала репетиций. Неожиданно, двадцать третьего февраля Извицкая перестала отвечать на телефонные звонки.
Ее подруга, актриса Татьяна Гаврилова, отправилась к ней домой, но дверь никто не открыл. Тогда она обратилась в милицию, но на ее требование взломать дверь ответили отказом. Только третьего марта ей удалось уговорить Бредуна наведаться к Извицкой. У актера были ключи от квартиры. Когда они прибыли домой к Изольде, оказалась, что дверь была закрыта изнутри. Бездыханное тело Изольды обнаружили на кухне. Актрису сломала тяжелейшая депрессия, и слабое сердце не выдержало.
Изольде Извицкой было всего тридцать восемь лет, она прожила всего лишь на два года больше, чем великая Мэрилин Монро.
Мэрилин Монро - пешка в чужой игре
Благодарю за лайк и подписку!
© 12.11.2025г.
© 12.11.2025г.