Мы ошибка эволюции, которая может стать Богом?
Нам кажется, что мы вправе выбирать. Встать с той ноги или не с той? Позавтракать овсянкой или бургером? Позволить себе роскошь бунта или покорно следовать правилам? Мы гордо называем себя существами, наделенными свободой воли. Но если это правда, то почему наша жизнь так часто похожа на пьесу, написанную наспечу и полнящуюся драмой, тревогой и бесконечным страданием?.
Задайте себе этот вопрос: почему из всех живых существ на планете только мы, Homo sapiens, должны прилагать усилия, чтобы быть счастливыми?.
Я считаю, что ответ кроется в той невероятной, но жуткой истине, которую мы стараемся не замечать: мы единственные существа, рожденные без программы.
Посмотрите на животных: они рождаются с четкой инструкцией, с "прошитым" алгоритмом. Львица знает, как охотиться; орел знает, как выслеживать добычу; даже таракан убежит в темноту, если зажечь свет, по заранее заданному сценарию. Они завершенные схемы, подчиняющиеся законам природы. У них есть инстинкты, которые управляют ими, словно подпрограммы, и обеспечивают их выживание. Деревья не печальны, животные не печальны. Они живут в абсолютной уверенности насчет того, что от них ожидается.
А мы? Мы приходим в этот мир как чистый лист бумаги, как пустой жесткий диск, как семя, полное потенциала, но еще не ставшее цветком. Это и есть наш величайший дар и наш величайший риск: чистая потенциальность, поле бесконечных возможностей. У нас нет заранее прописанной судьбы.
В этом вакууме и рождается человеческая драма: мы должны сами создать смысл, который для животных уже создало мироздание.
Как мы добровольно становимся роботами?
Если мы рождены свободными, то почему большую часть дня проводим, действуя как роботы, механически, по привычке?.
Вместо того чтобы пользоваться этой невероятной свободой, мы сами загоняем себя в темницу. Мы начинаем жить по чужой программе, словно биологические роботы. Этот механизм не что иное, как обусловленность, которую яростно формирует общество.
С самого детства нас учат, кем мы должны быть: не собой, а каким-нибудь Буддой, или Кришной, или Иисусом. Нам говорят: ты должен быть таким-то, и это создает внутри нас чувство вины, если мы осмеливаемся быть собой. Это психологическая кастрация, которая отвлекает нашу энергию от нашего подлинного существа и превращает жизнь в хаотическую гражданскую войну.
Вместо чистого сознания мы получаем:
- Сценарии эго. Смесь убеждений, старых условностей и чужих мнений. Эго постоянно выбирает между "нравится" и "не нравится", "я хочу" или "не хочу".
- Привычки (самскары). Это глубокие отпечатки в подсознании, управляющие нашими действиями, будь то срывы в питании, уровень заработка или неожиданный гнев.
- Социальные сценарии. Мы играем роли (муж, жена, покупатель, труженик). У каждой роли есть свой набор ограничений, диктующих нам, как себя вести.
Мы становимся пленниками своих же мысленных конструкций. И что самое парадоксальное: мы искренне верим в эти истории, даже если они оторваны от реальности.
В итоге, если у вас нет собственного жизненного плана, кто-нибудь обязательно найдет для вас место в своих расчетах. Мы, по сути, живем в виртуальной реальности, созданной собственным разумом. И это не дает нам покоя. Мы вечно не удовлетворены, потому что живем не свою жизнь, а играем роль.
В чем секрет «кремниевых сирен»?
Теперь, когда мы наконец-то осознали, что человек это совершенная машина с конечным сроком годности, на сцену вышло наше новое творение искусственный интеллект (ИИ).
Специалисты по ИИ долгое время считали, что человеческий разум это, прежде всего, высшая мыслительная деятельность: счет, логика, решение теорем. Но чем лучше ИИ справляется с этими задачами, тем упорнее мы отказываем ему в наличии разума, постоянно передвигая планку нашей уникальности.
Забавно, что когда мы создаем ИИ, мы снова используем метафору "чистой доски" (tabula rasa). Современные системы машинного обучения, как и младенцы, способны усваивать абстрактные правила на основании минимального числа примеров. Но они могут дать нам больше, чем вложено в них программой.
ИИ это первая технология, способная самостоятельно принимать решения и генерировать идеи. Но здесь кроется ключевое различие: интеллект машины не может найти смыслы, он лишен глубинной связи с чем-то живым, вселенским. Это наше, человеческое, "ноу-хау".
В то время как AI, освобожденный от биологических ограничений, может в будущем заняться самосовершенствованием с невиданной скоростью, мы, Homo sapiens, рискуем утратить свободу, если сдадим позиции самых умных на планете, слепо доверяя весь мыслительный процесс алгоритмам. Мы добровольно отдаем свое право на рассуждение, управление и даже творчество.
AI, по сути, становится для нас зеркалом, отражающим наши лучшие и худшие качества, нашу неспособность управлять собой.
Освобождение от сценария
Суть нашего страдания в том, что мы пытаемся добиться невозможного: быть отдельным существом, островом, хотя являемся частью огромного, безграничного континента Существования.
Чтобы выйти из этого тупика, нужно совершить сдвиг идентичности. Нам нужно преодолеть иллюзию раздробленности, конфликта между частями нашего "я", и прийти к целостности.
Целостность, в отличие от какого-либо достижения, которое можно измерить, это состояние, которое можно только осознать. Когда мы осознаем свою целостность, мы понимаем, что:
- Мы уже свободны. Свобода это свобода от «Я», а не свобода самого «Я».
- Мы не клубок мыслей, эмоций и желаний, которые появляются и исчезают в нашем сознании. Мы не история, которую мы рассказываем о них задним числом.
- Мы создатели своей реальности, соавторы Творца.
Это значит, что мы должны перестать реагировать на события автоматически как марионетки кармы и начать осознанно выбирать свою реакцию. Когда мы не действуем по заранее прописанному сценарию, наше сознание остается открытым.
И в этом открытом состоянии рождается творчество.
Творческий человек не может быть разрушительным, его энергия движется в направлении, которое можно назвать божественным, потому что единственный способ почитать Вселенную это быть творцом во всем, что бы вы ни делали.
Именно наша способность к творчеству, которое опирается на ценности, эстетический вкус, эмоции, сопереживание и нравственность, отличает нас от алгоритмов.
В тот момент, когда мы отбрасываем идею отделенности (эго), страх смерти исчезает, и наша жизнь становится вечной. Мы начинаем жить как метачеловек наша следующая версия, усиленная технологией, но свободная и защищенная.
Мы живем в век беспрецедентных перемен, когда старые истории потерпели крах, а новые еще не появились. AI готов заменить нас в решении любых логических и аналитических задач. Он может превзойти нас в искусстве, науке и даже в создании новых форм жизни.
Но если AI может овладеть всем, кроме самого глубокого смысла, что остается нам? Единственное, что нам дано, это быть собой.
Если мы, люди, это безграничный творческий порыв, который принял форму, и мы обречены быть свободными, то пора перестать играть в игры.
Готовы ли мы, наконец, принять эту чудовищную ответственность и перестать искать смысл вовне? Готовы ли мы принести миру дар осознать, что мы не роботы, не программы, а живой центр, вокруг которого все вертится, чтобы следующим этапом эволюции стал не искусственный суперинтеллект, а мы сами свободные, защищенные, думающие и спорящие?.