Я стояла на кухне, резала овощи для салата, когда в дверях появился Вадим. Брат моего мужа Алексея. Растрёпанный, в мятой футболке и спортивных штанах. Он зевнул, почесал живот и уставился на меня.
— Чё похавать есть?
Я замерла с ножом в руке. Посмотрела на него, не веря своим ушам. Похавать? Серьёзно?
— Доброе утро, Вадим. В холодильнике есть йогурты, можешь взять.
— Йогурты? Это че, еда? Я нормально поесть хочу!
Он прошёл к холодильнику, распахнул дверцу, начал рыться внутри. Я стиснула зубы. Вадим приехал к нам три дня назад. Алексей сказал, что брату негде жить, попросил пустить на пару недель. Я согласилась, но не ожидала такого.
— Марин, а чё ты готовишь? Мне тоже сделаешь?
— Это на ужин. Алексей с работы придёт.
— А я че, не человек? Мне тоже надо есть!
Я глубоко вздохнула, отложила нож.
— Хорошо. Могу пожарить яичницу.
— С колбасой?
— С колбасой.
Вадим довольно кивнул, плюхнулся на стул. Достал телефон, уткнулся в экран. Я молча достала сковородку, яйца, колбасу. Жарила, слушая, как он громко смеётся над какими-то видео. Звук на полную включил, не стесняется.
Поставила перед ним тарелку с яичницей. Вадим даже не поднял головы.
— Хлеб давай. И чай завари.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАС В ЮТУБ
АУДИОИСТОРИИ — ЗДЕСЬ
Я почувствовала, как внутри закипает злость. Но сдержалась. Не хотелось скандала. Положила хлеб, поставила чай. Вадим наконец оторвался от телефона, принялся за еду. Жевал громко, с открытым ртом.
— Нормально получилось. А то думал, ты готовить не умеешь.
— Спасибо, — сухо ответила я.
Он доел, вытер рот рукой, отодвинул тарелку.
— Ну, я пошёл. Мне ещё поспать надо.
Вадим ушёл в комнату, которую мы отдали ему. Я осталась на кухне, смотрела на грязную тарелку. Он даже не подумал убрать за собой. Просто встал и ушёл.
Вечером пришёл Алексей. Я накрыла на стол, позвала всех ужинать. Вадим вышел из комнаты, сел за стол, начал накладывать себе еду. Взял половину курицы, гору картошки, весь салат.
— Вадь, оставь и нам, — мягко сказал Алексей.
— А че так мало приготовили? Я голодный!
Я промолчала, взяла то, что осталось. Алексей тоже. Мы ужинали молча. Вадим хрустел, причмокивал, рассказывал какие-то истории про своих друзей. Алексей слушал, кивал, иногда смеялся. Я сидела, ковыряла вилкой картошку.
После ужина Вадим встал, отрыгнул, похлопал себя по животу.
— Нормально поели. Марин, завтра что готовить будешь?
— Не знаю ещё.
— Ну ты подумай. А то мне че попало не надо.
Он ушёл в свою комнату. Я начала убирать со стола. Алексей помогал, складывал тарелки.
— Лёш, мне кажется, или твой брат совсем обнаглел?
— Не обращай внимания. Он просто такой. Прямолинейный.
— Прямолинейный? Он нагло себя ведёт! Я ему не прислуга!
— Марин, ну потерпи немного. Он скоро съедет.
— Когда скоро? Ты говорил, на две недели. Уже три дня прошло, а он и не собирается искать жильё!
Алексей вздохнул, обнял меня за плечи.
— Прости. Я поговорю с ним.
Но разговора не получилось. Вадим продолжал жить у нас, как у себя дома. Вставал поздно, требовал завтрак, обед, ужин. Разбрасывал вещи по всей квартире. Включал музыку на полную громкость. Занимал ванную по часу.
Однажды я пришла с работы уставшая. Весь день на ногах, хотелось просто лечь и отдохнуть. Открыла дверь, увидела, что вся кухня в грязной посуде. Вадим сидел на диване, смотрел телевизор, жевал чипсы.
— Вадим, почему ты не помыл посуду?
— А че я должен мыть? Это не моя работа.
— Как это не твоя? Ты же тут живёшь!
— Ну и че? Я гость.
— Гость? Гости не живут три недели!
Он наконец посмотрел на меня.
— Слышь, ты чё психуешь? Алексей мой брат, я у него живу, а не у тебя.
— Это наш дом! Общий!
— Ну и че? Мне похер. Не нравится, скажи брату.
Я развернулась, пошла в спальню. Хлопнула дверью, упала на кровать. Слёзы душили. Как так можно? Он живёт у нас, ест нашу еду, пользуется нашими вещами, а ведёт себя как хозяин!
Алексей пришёл поздно. Я уже лежала в постели, не спала, смотрела в потолок. Он разделся, лёг рядом.
— Марин, что случилось? Вадим сказал, что ты на него наорала.
— Я наорала? Он нахамил мне! Сказал, что ему всё равно, что я думаю!
— Ну он же не со зла. Просто не подумал.
— Лёша, он уже почти месяц у нас живёт! Когда он съедет?
— Скоро. Он деньги копит на съёмную квартиру.
— Какие деньги? Он же не работает!
Алексей замолчал. Я села, посмотрела на него.
— Лёш, он работает вообще?
— Ну... пока нет. Ищет.
— Месяц ищет? И ничего не нашёл?
— Марина, не надо так. Он мой брат. Я не могу выгнать его на улицу.
— Я не прошу выгонять! Я прошу, чтобы он хоть немного уважал нас! Чтобы убирал за собой, не хамил, не вёл себя как хозяин!
— Хорошо, я поговорю с ним. Обещаю.
Но разговор не помог. Вадим продолжал делать всё то же самое. Более того, он стал приводить друзей. Они сидели на кухне до ночи, шумели, пили пиво. Я не могла уснуть, ворочалась в постели. Алексей спал, ему хоть бы что.
Однажды я не выдержала. Вышла на кухню в час ночи. Там сидели Вадим и трое его друзей. Играли в карты, курили, смеялись.
— Вадим, уже час ночи! Люди спать хотят!
— Ну и спи. Кто тебе мешает?
— Вы мешаете! Шумите, курите! У нас в квартире вообще-то не курят!
— Ой, да ладно! Че ты кипишуешь!
Его друзья захихикали. Один из них, парень с татуировками на руках, ухмыльнулся.
— Слышь, братан, твоя невестка какая-то злая.
— Да ладно, она всегда такая. Стерва.
Слово ударило как пощёчина. Я стояла, не веря, что услышала. Стерва. Он назвал меня стервой. В моём же доме.
— Вон отсюда. Все. Немедленно.
— Ты чё, серьёзно?
— Вон, я сказала!
Вадим встал, подошёл ко мне вплотную. Он был выше, шире. Нависал надо мной, пытаясь запугать.
— Слышь, ты кто такая, чтобы мне указывать? Это дом моего брата, а не твой!
— Это наш дом! И я хозяйка здесь!
— Хозяйка? Да ты просто баба, которая к нему прицепилась!
Я дала ему пощёчину. Сама не ожидала от себя такого. Вадим опешил, схватился за щёку. Его друзья замерли.
— Ты охренела совсем?
— Вон из моего дома. Сейчас же. Иначе вызову полицию.
Я достала телефон, показала ему. Вадим посмотрел на меня с ненавистью, но отступил. Махнул друзьям.
— Пошли отсюда. Тут психованная.
Они ушли. Я закрыла за ними дверь, прислонилась к ней. Руки дрожали, сердце колотилось. Только сейчас до меня дошло, что я сделала. Дала пощёчину брату мужа. Алексей меня убьёт.
Утром Алексей вышел на кухню мрачный. Налил кофе, сел напротив меня.
— Вадим рассказал, что ты его ударила.
— Да. Ударила.
— Почему?
— Потому что он назвал меня стервой. При своих друзьях. В нашем доме.
Алексей молчал, пил кофе. Я ждала, что он скажет. Обвинит меня, встанет на сторону брата. Но он вздохнул, поставил чашку.
— Он сам виноват. Не надо было хамить.
— Правда? Ты на моей стороне?
— Марин, я всегда на твоей стороне. Просто он мой брат. Мне сложно выбирать между вами.
— Лёш, я больше не могу. Он тут уже полтора месяца живёт. Не работает, не убирает, ведёт себя как хозяин. Я устала.
Алексей кивнул.
— Понимаю. Я поговорю с ним. Серьёзно на этот раз.
Вечером они разговаривали в комнате Вадима. Я слышала, как Алексей говорил твёрдым голосом. Вадим огрызался, но брат не отступал. Разговор длился минут сорок. Потом дверь открылась, Алексей вышел.
— Сказал, что даю ему неделю. Должен найти работу и съехать.
— А если не найдёт?
— Всё равно съедет. Хватит.
Неделя прошла. Вадим нехотя начал искать работу. Ходил на собеседования, возвращался мрачный. На меня смотрел с обидой, почти не разговаривал. Я тоже молчала. Готовила, убирала, делала свои дела.
Однажды вечером он подошёл ко мне на кухне. Я мыла посуду, не заметила, как он вошёл.
— Марина.
Я обернулась. Вадим стоял в дверях, руки в карманах. Вид у него был виноватый.
— Я хотел извиниться. За то, что нахамил. Не надо было.
Я вытерла руки полотенцем, посмотрела на него.
— Хорошо. Принимаю извинения.
— Я правда не хотел тебя обидеть. Просто я такой. Говорю, не думая.
— Вадим, дело не в словах. Дело в поведении. Ты живёшь у нас, но ведёшь себя так, будто мы тебе должны. А мы не должны. Мы помогаем, потому что ты брат Алексея. Но это не значит, что можно вести себя как свинья.
Он опустил голову.
— Понял. Прости.
— Ладно. Забудем.
Вадим нашёл работу через несколько дней. Устроился грузчиком на склад. Зарплата небольшая, но на съёмную комнату хватит. Он начал собирать вещи. Алексей помог найти жильё, дешёвую комнату в общежитии.
В день отъезда Вадим вышел с сумками. Мы с Алексеем стояли в прихожей. Он неловко переминался с ноги на ногу.
— Ну, я пошёл. Спасибо, что приютили.
— Удачи, брат, — Алексей обнял его.
Вадим посмотрел на меня.
— Марина, прости ещё раз.
— Ничего. Главное, чтобы ты понял.
Он кивнул, вышел. Дверь закрылась. Я обняла Алексея, прижалась к нему.
— Наконец-то.
— Да. Извини, что так вышло.
— Ничего. Главное, что всё закончилось.
Мы вернулись в гостиную. Квартира казалась просторнее, свободнее. Я открыла окна, впустила свежий воздух. Начала убираться в комнате Вадима. Там был бардак, грязь, разбросанные вещи. Убирала долго, но с удовольствием. Это была моя территория, и я возвращала её себе.
Вечером мы с Алексеем сидели на диване, смотрели фильм. Тихо, спокойно, никто не шумит, не требует еды. Я прижалась к мужу, он обнял меня.
— Знаешь, я рада, что он уехал.
— Я тоже.
— Правда? А я думала, ты расстроишься.
— Нет. Он мой брат, но ты моя жена. Ты важнее.
Я поцеловала его в щёку. Мы продолжили смотреть фильм. На душе было спокойно. Вадим больше не жил с нами. Больше не требовал еды, не хамил, не мешал. Мы снова были вдвоём. Как и должно быть.
Через месяц позвонила свекровь. Спросила, почему Вадим живёт в каком-то общежитии, а не у нас. Я объяснила ситуацию. Она возмутилась, сказала, что я бессердечная, что нельзя выгонять родственников. Я спокойно выслушала, потом ответила.
— Светлана Ивановна, мы не выгнали. Мы помогли ему встать на ноги. Нашли работу, жильё. Он взрослый мужчина, должен сам о себе заботиться.
— Но он же семья!
— Семья это не повод садиться на шею и свешивать ноги.
Свекровь обиделась, положила трубку. Алексей услышал разговор, спросил, о чём речь. Я рассказала. Он покачал головой.
— Не обращай внимания. Мама всегда его защищает. Считает, что он маленький.
— Ему тридцать лет. Он давно не маленький.
— Для неё всегда будет.
Мы больше не поднимали эту тему. Жили своей жизнью. Вадим иногда звонил Алексею, рассказывал, как дела. Работал, копил деньги. Однажды даже поблагодарил за помощь. Сказал, что понял свои ошибки.
Я рада, что всё так закончилось. Могло быть хуже. Могли разругаться, разойтись. Но мы справились. Алексей выбрал меня, а не брата. И это главное.
Теперь я знаю, что если кто-то попросится пожить, я дам чёткие условия. Уважение, уборка за собой, поиск работы. Без этого никого. Даже родственников. Потому что дом это место, где должно быть спокойно и уютно. А не место, где кто-то наглеет и пользуется твоей добротой.
Урок выучен. Больше не повторю.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАС В ЮТУБ
АУДИОИСТОРИИ — ЗДЕСЬ