ОКОНЧАНИЕ
Вера Дмитриевна вглядывалась в Ангелину, как следователь, который уже всё знает, но из вежливости ждёт, когда преступник сам признается.
- Ангелина, - мягко сказала женщина, - ты можешь мне доверять. Всё, что происходит у тебя дома, останется между нами.
- У нас всё нормально, - в который уже раз буркнула девочка.
Психолог нахмурилась.
Все невербальные признаки вранья налицо. Осипший голос, руки, скрещённые перед собой, отведённый в сторону взгляд. Кого ты хочешь обмануть, девочка?
- Конечно, - согласилась Вера, - у всех всё нормально, пока кто-нибудь не забирается на подоконник.
Девочка вздрогнула. Её руки дрожали, она машинально закатала рукава - и комната застыла. На сгибе локтя - фиолетовые следы, будто кто-то держал слишком крепко, боясь, что убежит.
-Отчим? - голос Веры сорвался.
-Нет! - завизжала девочка.
Ну наконец - то! Эмоции!
- Не надо мне врать! Я обязана сообщить в полицию. Что касается тебя - стокгольмский синдром - типичная реакция жертвы! - окоротила психолог.
Она схватила телефон, но позвонить не успела.
Девочка выхватила звонилку у изумлённой до крайности женщины и швырнула об стенку.
-Простите, - бессвязно бормотала Ангелина, - у меня есть деньги, я вам возмещу, только не звоните! Это не он!
-Чем он тебя запугал? - поинтересовалась Вера.
-Это дед! Теперь вы довольны? Старый перун! - зло расплакалась Ангелина.
-Сколько лет деду? - быстро спросила психолог.
-Восемьдесят в следующем году исполнится.
Вера вытерла пот. Беседа оказалась сложней, чем ей представлялось. Почему она защищает отчима? Впрочем, это не её дело. В полиции умеют раскалывать сластолюбивых любителей ранних ягодок. Куда мать смотрит, интересно? Или штаны важней?
Она собиралась позвонить сразу как только девочка покинет кабинет. Как бы её выпроводить?
Теперь Ангелину было не заткнуть.
Пришлось слушать.
-Он давно уже вёл себя странно. Год назад начал ТАК смотреть...Мне противно было видеть его лицо. Взгляд, липкий, губы облизывал. Я перестала приходить одна.
А он всё время спрашивал, почему я больше не прихожу.
Неделю назад мать была занята и попросила проведать. Он потребовал поменять памперс, я отказалась. И тогда в него как зверь вселился. Хорошо, что я ожидала нападения и смогла отбиться! Я маме намекала, она делала вид, что не понимает!
Вера нетерпеливо посмотрела на часы.
И поняла Ангелина. Что женщина позвонит куда надо. А её слова для неё ничего не значат.
-Хорошо, - согласилась Ангелина.
-То есть ты признаёшься, что оклеветала несчастного больного пожилого человека?
-Я признаюсь, Вера, что синяки поставили вы. А что? Вы никогда не были замужем, детей нет, мужиков ненавидите. Да, ненавидите, мы все обсуждали, как вы нахамили физруку, когда он вам комплимент сделал. "Странно, что вашего словарного запаса хватило на это". Мужик весь красный был от стыда. Вы никогда не вызываете на беседу мальчишек. Только девочек.
-Потому что парни сами о себе могут позаботиться, - просипела Вера. - Они - будущие мужчины, что с них вырастет, если они не научатся решать проблемы самостоятельно? Какие из них будут защитники? Сначала психологу будут жаловаться, потом мамочке.
-Да неужели? Вы - латте нтная эта самая. Я такое про вас расскажу, что срок будете мотать очень большой, не сомневайтесь, - злобно ухмыльнулась Ангелина.
И ушла.
А Вера сползла на пол, хватая ртом воздух.
Телефон печально лежал на полу, не в силах помочь хозяйке.
Её нашла через час уборщица и вызвала скорую.
Инфаркт.
Веру спасли.
Но в школу она не вернулась.
Всё что Ангелина рассказала психологу от первого до последнего слова было правдой.
Что ей сейчас делать?
Нельзя идти к деду.
И не идти тоже нельзя.
-Ангелина, что с тобой? - удивился отчим, - На тебе лица нет. - Двойка?
Она неплохо ладила с Олегом, который относился к ней как к дочери. Не лез в душу, спрашивал как дела, и нужна ли помощь. По вечерам, когда Катерина отсутствовала, смотрели сериалы и заказывали пиццу. Он для неё был отцом. А психолог - больная на голову дама, упёртая как бульдозер.
От отчима исходила доброжелательная энергетика, с ним было спокойно и безопасно.
И Ангелина решилась. Хотя было очень стыдно.
Она рассказала всё без утайки.
Мужчина поверил сразу.
-Я пойду с тобой. При мне он побоится.
-Нет, не пойдёшь. Если попытаешься ему помешать и случайно что - то повредишь...Да хоть синяк поставишь. То сядешь.
-Точно. У нас же старикам всегда верят. Ладно, дождёмся Кати. Ничего за ночь с ним не случится.
Катерина ворвалась в квартиру как злобный метеор.
-Дедушка чуть не умер этой ночью. Звонил, умолял прийти. Ему очень хотелось есть. Я отпросилась с работы, потому что тебе ж. было лень поднять!
-Мама, он....- и Ангелина рассказала всё.
И заработала затрещину.
-Ты в своём уме, дура? - прикрикнул муж, - Не смей распускать руки! Она ребёнок!
-Она лгунья. А почему ты её защищаешь? Может, уже со всем прилежанием, а свалить на старика хочешь?
Мужчина молча стал собирать вещи.
-Вернись, - завизжала жена так, что уши заложило.
-Я подам на развод. Прощай.
И ушёл.
А Ангелина осталась.
М выслушала в свой адрес такое, что, шатаясь, ушла в туалет, где её вытошнило.
Мать молча стояла возле двери.
-Сейчас же собирайся и иди к папе. В ноги падай, чтобы он тебя простил, - велела Катерина.
-Прости, что опоздал, - раздался запыхавшийся голос. - Я пришёл сразу же, как мне позвонил Олег. Дочь, собирайся, идёшь со мной.
-Никуда она не пойдёт. Десять лет тебе до неё не было дела, а тут вдруг - посмотрите! Припёрся. Отец года.
-Ты со своим отмороженным папашей постоянно вставляла мне палки в колёса. Не давала видеться, и всё под благовидным предлогом. То болеет, то в санаторий вы уехали, то ещё что. Я за три года только в вашем присутствии с ней виделся раз в пол года! Она меня возненавидела из-за вас! Напели ребёнку в уши про меня всякое!
-Прости, папа, - пробормотала дочь.
-Ты не виновата. Собралась? Пошли.
На пороге девочка обернулась.
-Я тебя никогда не прощу. Старого (некультурное слово) отправлю в дом престарелых сразу как мне восемнадцать исполнится. Квартиру продам, жить не хочу в ней.
-Я прослежу, чтобы всё было оформлено правильно, - кивнул отец.
Дед дожил до её восемнадцатилетия. Временами он выпадал из действительности, но всегда возвращался. Ангелина кровожадно надеялась, что в городском доме престарелых он будет в своём уме.
К сожалению, мать не дала отвезти старика в скорбное учреждение.
Забрала к себе.
Какая жалость!
С матерью она не виделась и не собиралась.
Как только стало возможно, отец помог продать квартиру и купить другую. Часть денег положил на депозит, на проценты дочь будет жить во время учёбы.
Отец и дочь очень сблизились. Как же ей было жалко, что дед и мать лишили их возможности общаться. Ничего, они быстро наверстают.
Ангелина поступила в университет, переехала в новую квартиру. Часто виделась с отцом. Она была очень благодарна человеку, который для неё столько сделал. С отчимом тоже встречалась и приходила в гости.
Про мать и деда старалась забыть.
Она знала, что матери приходилось сложно.
Пётр Семёнович физически чувствовал себя неплохо, но разум практически угас.
Катерина несла свой крест.
Молча, не жалуясь.
Из ниоткуда появились болячки. Она таяла на глазах.
Женщина терпела.
Потом.
Она подумает о себе потом.
Сейчас нет времени себя жалеть.
Катерина не могла понять дочь, которая не собиралась её прощать и считала средоточием зла.
В чём её вина?
В том что она хорошая дочь? Да и матерью была неплохой, пока не появился папаша праздник.
Кто не замечает зла под своей крышей, сам становится его соучастником.
Семейная слепота перед правдой страшнее самого преступления.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш. Любовь Е. огромное Вам спасибо за оценку моего творчества!