Навигация по каналу здесь, а также подборки
- Вот и славно, так-то, - раздался удовлетворённый хрипловатый голос.
- Ох, Проша, – с лёгкой угрозой начала я, выглянув из-за Андреева плеча. - Тебе бы за молчание твоё…
- Мне тово не надобно. То хозяина приказ был.
- Так ведь нарушил, - улыбаясь, посетовал Андрей.
- А плохо ли что ли? – прищурился тот. – Молчание-то не всегда золото, промежду прочим.
- Андрюшка, - удивлённо посмотрела я на него, - ты и правда ему приказал?
- Ну, а что мне оставалось? Говорю же, надо было убедиться. Я между прочим, почти три года вылезал после этой дурацкой АТР. Мне уже другой терапией пришлось восстанавливаться.
- Ого! – опешила я. - А сейчас? То есть… а какой-такой другой?..
- Ох и Катеринушка… - покачал головой из стороны в сторону Прохор. - Всё-то тебе пояснять приходиться.
- Прош, не суди, - взглянул на него Андрей, приподняв бровь и обратился ко мне. - Кать, как и говорил - ты. Всё, что ты делала и делаешь для меня, для нас. Это самое мощное в этой терапии, всё остальное, только поддерживающий фактор. Василиса права была, когда говорила о той нашей майской встрече, ты мне дала твёрдую землю под ногами.
- Ох… как ты, - растерялась я и всё смотрела в его тёплые, карие глаза. Потом наконец спросила. - А сейчас ты точно поправился?
- Всё в норме. Точно и абсолютно. Катюш, теперь нет никакого смысла что-то от тебя скрывать. Но тогда, поверь, это была необходимость. Сам ещё сильно сомневался и барахтался в этой информации, противоречивой донельзя.
- Да, я понимаю, - чуть нахмурилась я и вздохнула. - Тяжело. Просто переворот в мозгах.
- Он и есть, - улыбнулся Андрей. - Как там говорится? Кризиc вeры?
- Ага, - снова вздохнула я и покивала, затем поинтересовалась. - Слушай, а эти таблетки… ну, или что ты сейчас принимаешь?
- Гомеопатия-то, это просто поддерживающая штука, кстати, если хочешь, тебе тоже можно подобрать и детям. Особенно в сезон всяких простуд.
- Уговорил, - согласилась я и вскинула на него глаза. - Слушай, а разреши ещё одну загадку.
- Какую? – улыбнулся Андрей.
- А напоминалки для тебя или для меня?
- Ну… вообще-то всё-таки для себя, - чуть не рассмеялся он. - Привычка многолетняя, уже не могу по-другому таблетки принимать.
Прохор вздохнул облегчённо.
- Ох и славно, - и продолжил, будто и не прерывался, заодно переключив и нас на другую волну. - А по-поводу, маманьки твоей, вот чего скажу. Ядвига то накрутила, чтобы вызнать об Данииле. Наплела ей о тебе-то с три короба, всех припомнила, ну и хворь твою сюда же. Ядьке надобно было растревожить ея, чтобы сказывать начала, а тут попутно возник и твой вопрос. Вот и получилося, что маманька твоя злостью возгорела, в пылу-то всё обсказала о родне отца твоего, ну и сама решила обвинение в твою сторону выдвинуть. Ядька-то сама ошалела от такого воздейства. Сказывает, как увидала ея в таком-то душевном неспокойствии и ретировалася по-быстрому. Вот такой сказ.
- Весело. Ничего не скажешь, - усмехнулся Андрей. – Сделать особого ничего не сделают. Но нервы потрепят основательно. Лавкин тоже жук ещё тот, где влёгкую денег срубить, он на раздаче – первый.
- Андрюш, да чем они попортить могут? Тоже мне вселенская фирма. Заказали ерунду какую-то… - сопроводила я взглядом Прошкину спину, он вышел из комнаты.
- Это ни причём, – возразил он. - Кать, не забыла, выставка через две недели. Достаточно одному, другому шепнуть – и у нас клиентов поубавится. Сама понимаешь, общественность мнения своего не поменяла в отношении BИЧ-информации, так что, исходить нужно из прежних постулатов.
- Ах ты! Точно, - нахмурилась я и проговорила. – Но знаешь, в суд идти с таким бестолковым заявлением, это уж увольте. Если чисто схематически. Ну, подадут. Ты в ответ встречный, о разглашении и тут же всё и закончится.
- На суд мне начхать, - мотнул головой Андрей. – Я о другом думаю, как ей рот закрыть. Понимаешь, если ей возжа под хвост, она раструбит, а выставка очень удачное место для этого. Народ в теме, наше издательство имеет крепкие позиции и если она всё вывалит, кому плохо-то будет в первую очередь? А я тебе отвечу, точно не мне.
- Ну, Андрюш… - растерянно смотрела на него. - Вообще-то как раз тебе.
- Катюш, – он с серьёзностью посмотрел на меня. - Мне будет неприятно. Но не заставит пойти и повеситься. А вот фирме может прийти конец.
- Ты думаешь, это так сильно может повлиять? – недоумённо спросила я.
Хм… - помолчал, затем чуть усмехнувшись, сказал. - Знаешь, мне недавно на глаза опрос попался. Всё на ту же больную тему. Так вот, больше половины толком не знают что это и каким образом передаётся. Имею ввиду официальную версию, как понимаешь. Там был такой банальный, бытовой вопрос. Сели бы вы в кафе за один стол с BИЧ-инфицирoванным? Как считаешь, сколько человек из ста, ответили «нет»?
- Пятьдесят, - угрюмо ответила я.
- Не угадала, шестьдесят семь. А теперь представь, из наших заказов в издательство уйдёт шестьдесят семь процентов, что с фирмой будет? Тут и меньшего процента достаточно, не то что это… - Андрей отпустил меня и начал делать свою разминку. Я молча наблюдала за ним и думала. Ну надо же, ещё одна проблема на нашу голову. Мало этих тварей холодных, так ещё и мамашка, правда тоже… неизвестно ещё кто холоднее. Этим вроде по статусу положено, а тут мать. Меня опять захлестнула эта обидная волна, как тогда, когда я впервые узнала о семье Андрея. Сейчас же это словно удвоилось, благодаря новой для меня информации. И ведь, даже если рассказать ей об этом, вряд ли переменит мнение. Да что она, тут миллионы подвержены этой истeрии. А ведь Андрюшка и в самом деле за последние года три очень изменился, я-то всё думала, что aнтивируcная терапия в ход пошла, а тут такой коленкор, с ног на голову всё или наоборот? Я встряхнулась и дабы отбросить все мысли, быстро развернулась и решительно направилась в ванную. Душ, горячий, прямо сейчас и давай, мысли позитивно, приказала сама себе.
За завтраком обсудили эту самую выставку, но уже не упоминая Галину и этого подхалима Лавкина. Андрей показывал фотографии нашего места. Надо сказать постарались наши рекламщики и собственно творческий отдел Андрея. Качественно и красиво получилось. В момент обсуждения, появился Иван, в таком возбуждении, что поначалу только руками размахивал. Мы уставились на него в изумлении.
- Короче, - наконец выговорил он, отпив полстакана воды залпом. - Даниил в Москве образовался.
