Ваш стратегический наблюдатель на связи. Прошлая неделя утвердила мой статус: я — неприкосновенный артефакт под стеклом. Но покой нам только снится.
В субботу утром в штаб поступил новый агент.
Хозяйка вернулась из леса с охапкой сосновых веток и… им. Огромным, резным, пламенно-красным кленовым листом. Он был роскошен, ярок и пах ледяным ветром и свободу.
— Смотри, Барсик, — сказала хозяйка, водружая новичка в вазу рядом с моим постом. — Теперь у тебя есть друг для Листика.
Барсик, чей внутренний уклад строится на строгой иерархии, пришел в неистовство.
— Друг?! — его усы задрожали от возмущения. — Это диверсия! Это попытка расколоть наш сплоченный тандем! Он подослан конкурентами! Смотри, какой он яркий… явная провокация!
Новичок молчал. Он был прекрасен и в этом была его мощь. Моя, если честно, уверенность пошатнулась. Рядом с его огненной мощью я чувствовал себя… ветераном. Потертым, блеклым архивным документом.
Воскресенье. Операция «Испытание блеском».
Новичка, назовем его Алым Агентом, поставили в вазу без воды. «Для красоты», — сказала хозяйка. И он начал умирать. Медленно, величественно. Но в этом была своя драма. Он не скулил, нет. Он становился хрупким, как старинный пергамент.
И тут случилось неожиданное. Барсик, видя его увядание, сменил гнев на любопытство, а потом — на нечто, похожее на профессиональную солидарность.
— Держись, новобранец, — прошипел он, проходя мимо вазы. — Первое правило выживания — притвориться невкусным. Работает в 90% случаев.
Понедельник. Операция «Немые переговоры».
Мы начали общаться. Без слов. Легким шелестом, едва уловимым изменением позы. Я передавал ему данные: «Хозяйка добрая, но непредсказуемая. Кот — союзник условный, но надежный. Главное — не паниковать».
Он отвечал: «Понял. Принято. Здесь красиво. Жаль, что ненадолго».
Во мне проснулась странная тоска. Я был первым. Я прошел плен, книжную тюрьму и получил почетный пост. А он был последним лучом осени, застрявшим в нашем мире. Мы были разными эпохами.
Вторник. Операция «Обмен опытом».
Сегодня утром хозяйка, наводя порядок, переставила вазу. Моего Алого Соседа поставили так, что луч заходящего солнца падал на него прямо. Он загорелся, как витраж в соборе. Это было прощальное, прощальное сияние.
Барсик сел между нами, повернув голову ко мне, потом к нему.
—Он хорошо держался, — констатировал кот. — Ярко пал. Запомни это. Так и мы должны.
Среда. Итоги.
Алый Агент окончательно утратил былую мощь. Он съежился, скрутился. Но не потерял достоинства. Хозяйка аккуратно взяла его, чтобы выбросить. Барсик проводил его взглядом, полным неожиданного уважения.
Теперь я снова один. Но одиночество мое иное. Я понял: я — не просто ветеран. Я — хранитель хроник. Я видел падение Алого Агента, и это сделало меня сильнее. Я — память этого дома, его осенний летописец.
Моя миссия продолжается. Теперь я наблюдаю не только за котами и людьми, но и за сменой поколений листьев. Это грустно. Это прекрасно.
Доклад окончен. Я — последний лист. Пока.
Ваш бессменный хроникер и страж осенних тайн,
Кленовый Лист.
Автор Nast.
