- Мам, ну ты же на пенсии теперь, - говорила Алина. - Всё равно дома сидишь, так посиди с Артёмкой.
Людмила застряла в «Сбербанке» на телефоне. Переводила за интернет, нажала два раза, списалось двойным платежом. Чёрт.
- Подожди, Алина, я тут...
- Да плевать на твою оплату. Мам, я серьёзно. Садик до двенадцати только, подготовка восемнадцать тысяч. Няня девяносто пять просит.
- Я не могу каждый день.
- А почему нет. Другие бабушки рады. Подруга моя вообще завидует, что у меня мама здоровая. Пятьдесят семь это не возраст.
- Могла бы и хочу - разные вещи.
- То есть не хочешь, - голос стал жёстким. - Понятно. Значит, внук не нужен.
***
И Людмила вспомнила - резко, как запах - магазин на Профсоюзной. 1998-й. Алине четырнадцать. Очередь за мукой. Впереди женщина с девочкой купили печенье «Юбилейное». Алина дёрнула за рукав: «Купи». «Денег нет». Людмила считала мелочь. Не хватало восемнадцати рублей.
Муж ушёл, когда Алине было восемь, Максиму шесть. Людмила работала в библиотеке на Красноармейской, восемь тысяч получала. Хлеб стоил пятнадцать.
Вставала в пять утра, потом библиотека, потом бегом за детьми, готовка, уборка. По выходным подрабатывала. Руки к вечеру не разгибались.
Алина в двенадцать лет швырнула в стену новый телефон. Nokia 3310. «У Насти цветной, а у меня серый! Ты плохая мать!» Людмила три месяца грузчицей работала по выходным.
Максим был другим. Родился слабеньким, порок сердца, операция в пять лет. Понял рано - мама устаёт, надо самому.
А Алина здоровой родилась, крикливой. Людмила дала ей всё.
Ошибка.
***
Максим в институт поступил, работу нашёл, съехал. Женился, родили Полину. Алина замуж вышла в тридцать пять. Егор был нормальным, но денег не хватало. Снимали двушку в Бутово, шестьдесят пять тысяч. Артёмка родился через год.
- Мам, помоги немножко.
Людмила помогала. Деньги, одежда внуку, приходила посидеть.
Потом просьбы стали требованиями.
- Давай ты нам квартиру переоформишь, - сказала Алина. - У тебя двушка, нам нужна. Мы тебе будем однушку снимать.
- То есть ты...
- Ну не навсегда. Просто нам тесно. А ты одна.
Людмила отказала. Алина обиделась на две недели.
А потом появился Виктор.
Познакомились в поликлинике, июнь 2023-го. Ей пятьдесят шесть, ему пятьдесят девять. Она кашляла, он предложил леденец. Оказалось, в соседних домах живут.
Людмила вышла на пенсию в пятьдесят пять, устроилась корректором. Удалённо, три дня, тридцать пять тысяч плюс пенсия двадцать две.
С Виктором она чувствовала себя женщиной. Не бесплатной рабочей силой.
- Что думаешь про Питер на майские.
- Очень хочу.
Поехали в Питер. Впервые за тридцать лет Людмила просто радовалась.
***
В сентябре Алина вышла из декрета.
- Мам, мне на работу с понедельника. Будешь забирать Артёмку.
- Не смогу.
- Как это. У тебя же работа на дому, три дня.
- У меня дела, встречи.
- Какие дела у пенсионера, - не поняла Алина. - Бросай корректуру, не нужна она тебе.
- Мне нравится работать.
- Мам, ты слышишь вообще. Мне нужна помощь. Я твоя дочь. У меня ребёнок.
- Алина, я не могу каждый день.
- А кто может. Свекровь в Воронеже. Егор сто двадцать получает, я девяносто. Аренда шестьдесят пять, кредит двадцать пять, коммуналка, еда. Считай - ничего не остаётся. Продлёнка восемнадцать тысяч откуда.
- Есть продлёнка.
- Мам, откуда восемнадцать на неё.
- Кто-то из вас должен меньше работать.
- А ты что, себе жизнь устроила с Виктором и на нас наплевать.
- Я имею право.
- Ага. А внук пусть один сидит.
Людмила положила трубку.
Руки тряслись. Чашку поставила - чай на скатерть.
Виктор вышел из ванной, бритва в руке, пена на щеке.
- Что случилось.
- Алина хочет, чтобы я каждый день внука забирала, до вечера сидела.
- А ты хочешь.
- Нет.
- Тогда откажи.
Он вернулся в ванную. Зазвенел кран. По телевизору реклама «Магнита» - женщина радуется скидкам на сосиски.
***
Через неделю Алина приехала. Без звонка. В дверь.
- Вот, мам, познакомься с внуком. Последний раз когда видела его - в июле?
Людмила растерялась. Август, кажется. Или правда июль?
Артёмка обычный мальчик. Два с половиной. Динозавров любит.
- Бабушка, конструктор есть.
- Нет, милый.
- Не надо покупать, - Алина. - Дома полно. Просто мама редко видит.
После чая увела Артёмку в комнату, вернулась.
- Мам, правда нужна помощь. Два раза в неделю. Вторник, четверг.
- Я же сказала...
- Что. Объясни. Ты понимаешь, каково мне. Работа, бегом в садик, готовка, уборка, ребёнок. Егор до вечера. Ни минуты нет.
- У меня тоже не было. Когда вы маленькие были.
- Ну вот и помоги. Раз через это прошла.
- Я уже прошла один раз.
- И что. Теперь чужим людям внуков растить.
Пальцы побелели.
- Артёма вы растите. Ваш ребёнок.
- Знаешь, Лена с работы рассказывала. У неё свекровь каждый день с внуками. Обедом кормит, в кружки водит. Вот это любовь к семье.
- Может, она хочет.
- Все нормальные хотят. - Алина посмотрела на мать. - А некоторые... Ладно. Понятно.
***
Людмила звонила Максиму.
- Я плохая мать.
- С чего.
- Алина считает, что я должна с Артёмом сидеть. А я не хочу.
На фоне Полина что-то кричала.
- Подожди, Полинка. Мам, ты не обязана. Имеешь право отказать.
- Она обижается.
- Привыкла. Помнишь, истерики в детстве.
- Помню.
- Вот и сейчас так же.
Но Алина не сдавалась. Звонила каждый день.
Виктор однажды ушёл на кухню, когда зазвонил телефон. Налил воды, постоял у окна. Вернулся через десять минут.
- Опять она.
- Да.
- Может... ну, раз в неделю. Чтобы отстала.
Людмила замерла.
- Если соглашусь раз, через месяц каждый день будет.
- Думаешь.
- Знаю.
Кивнул. Больше не поднимал тему. Но Людмила видела - морщится, когда Алина звонит. Выходит из комнаты. Устаёт.
Ночью думала: вдруг скажет - это слишком сложно.
***
В июне Алина взяла отпуск, звонки прекратились. Людмила выдохнула.
Максим привёз Полину.
- Баб, а почему Артёмка не приходит.
- Он занят.
- Алина тёте Кате говорила, что ты плохая. Правда.
Людмила замерла. Живот сжался.
- Не знаю, Полинка. Наверное, немного.
- А я думаю, хорошая.
Людмила вышла в коридор, тихо заплакала. Первый раз за все месяцы.
***
Егор позвонил в одиннадцать вечера.
- Людмила Петровна, простите. Алина в ванной сидит, плачет. Час уже. Не знаю, что делать.
- Врача вызовите.
- Не хочет. Говорит, устала. - Помолчал. - Вы понимаете, мы не со зла. Правда не справляемся. Может, хоть в выходные.
- Нет, Егор.
- Даже в выходные.
- Даже.
- А если заплатим. Как няне. Десять тысяч за день.
Людмила закрыла глаза.
- Прощайте.
Положила трубку. Потом подумала: десять тысяч. За день. Может...
Нет.
***
В сентябре Алина позвонила утром рано.
- Мам, Артёмка заболел. Температура. Я на работе, Егор тоже. Приезжай.
- Не смогу.
- Как. У ребёнка температура.
- Скорую вызови. Больничный возьми.
- Не могу. Аврал.
- Егор пусть.
- У него испытательный, уволят. Только в июне устроился.
- Тогда не знаю, Алина.
- Мам, ты издеваешься, - закричала. - Температура у ребёнка, а ты...
- Ребёнок ваш. Кто-то из родителей должен.
- Я думала, ты бабушка.
- Бабушка. Но не мать. Мать - ты.
- Знаешь что. Устала просить. Живи как хочешь. Только не звони, не приезжай. Такая бабушка не нужна.
- Слышишь. Не нужна. Совсем. Будешь с Виктором жить и радоваться.
Трубку бросили.
***
Виктор вышел.
- Что.
- Алина сказала, что я не нужна.
- Потому что не сидишь.
- Да.
- И что чувствуешь.
Людмила ожидала боли. Но внутри усталость.
- Облегчение.
Алина не звонила. Людмила тоже.
Виктор стал спокойнее. Перестал выходить, когда она по телефону. Снова смеялся.
- Не жалко.
- Чего.
- Что разругались.
- Нет. Нисколько.
- Правда.
- Правда. Я всю жизнь чувствовала - должна. Детям, Алине, всем. Теперь поняла - не должна. Уже отдала.
- Максим звонил. Алина няню нашла. Дорого, но нашли.
- Хорошо.
К Новому году Виктор предложил Питер.
- Там красиво.
- Давай.
- Здорово, мам, - сказал Максим. - Развлекайся.
- Алина звонила. Спрашивала, не поеду ли к ней.
- И что.
- Сказал, дома празднуем. Она обиделась. Сказала, все от неё отвернулись.
- Не все. Она сама.
Встретили Новый Год в ресторанчике. Виктор поднял бокал.
- За тебя.
- За нас.
После полуночи Максим позвонил.
- С Новым Годом.
- И тебя.
Алина не звонила.
На телефоне сообщение от неизвестного: «Артёмка заболел. Температура 39. Врачи не помогают. Пожалуйста».
Людмила посмотрела. Написала: «Скорую вызовите».
Удалила.
Виктор: «Кто писал?»
«Ошиблись номером».
Правда. Тот номер, который дочь знала, больше не существовал.
- О чём думаешь.
Людмила посмотрела на огни. Где-то там Алина Артёмку укладывает. Может, про бабушку рассказывает. А может, забыла.
- О том, что я тридцать лет в долг жила. Отдавала то, чего не было. Теперь кредит сама себе плачу.
- И как.
Прислонилась к плечу.
- Как первый вдох. После того как тонул.