Знаете, в актерской судьбе бывают парадоксы, которые сложно понять зрителю. Одна из самых красивых советских актрис, которую сравнивали с самой Катрин Денёв, сегодня живет в полном уединении.
Наталья Сайко, чьи голубые глаза сводили с ума миллионы зрителей, уже 30 лет не снимается в кино и 20 лет не выходит на сцену. Ее решение было осознанным и добровольным. Но что заставило яркую звезду советского кинематографа превратиться в затворницу? Давайте разберемся в непростой судьбе актрисы, где за внешним блеском скрывалась личная драма, растянувшаяся на всю жизнь.
Детство в бараке: Мечты о медицине и запах «Красной Москвы»
Наталья появилась на свет 12 января 1948 года в Таллине. Ее детство сложно было назвать безоблачным – они с матерью ютились в бараке, потом получили скромную 14-метровую комнату. Мать работала парикмахером и мечтала, что дочь пойдет по ее стопам. Но Наташа с детства ненавидела запахи парикмахерской – терпкую химию и одеколон «Красная Москва», которые ассоциировались у нее с тяжелым трудом матери.
В восьмом классе соседка пожурила девочку: «Такая большая, а маме не помогаешь». Эти слова засели глубоко в душе. Наталья решила – после восьмого класса пойдет в медучилище, будет получать стипендию и станет подрабатывать медсестрой. Но мать была категорична: «Сначала получи аттестат, потом выбирай профессию».
Она надеялась, что дочь передумает и освоит парикмахерское дело. Но судьба распорядилась иначе. В девятом классе в школе открылся драматический кружок. Руководительница, разглядев в Наталье искру таланта, настаивала: «Тебе обязательно нужно ехать в Москву и поступать в театральный». Поездка в Ленинград и спектакль «Старшая сестра» в БДТ окончательно перевернули мир девушки. Она поставила цель – Щукинское училище.
Московские мытарства: Слезы, учеба и первый брак
Столица встретила провинциальную красавицу неприветливо. Огромный город, где все куда-то спешат, казался холодным и чужым. «Поначалу я плакала каждый день», – вспоминала актриса. Но возвращаться в Таллин она не собиралась – слишком сильна была мечта.
Вскоре в ее жизни появился Никита – первый муж, чью фамилию она предпочитает не называть. Он привел ее в роскошную трехкомнатную квартиру на Ленинском проспекте. «До сих пор помню, как ее драила. Металлической губкой снимала верхний слой паркета, а потом мастикой шлифовала, чтобы пол блестел», – рассказывала Наталья Петровна.
Казалось, жизнь налаживается: она окончила Щукинское в 1970 году, служила в театре, начала сниматься. Но семилетний брак рухнул в одночасье – из-за измены мужа. Для гордой Натальи это стало точкой невозврата.
Театральная любовь: Из хором в коммуналку
Настоящее счастье ждало ее в Театре на Таганке. Яков Безродный, тогда простой администратор, покорил ее сердце искренней любовью и заботой. Когда он сделал предложение, Наталья ответила: «Сначала должна посоветоваться с мамой». Та, видевшая Якова лишь однажды на похоронах отчима в Таллине, дала благословение.
И актриса совершила поступок, который многим показался безумием. Она променяла шикарные хоромы на Ленинском проспекте на скромную комнату в коммуналке. «Два молодых красивых парня – Яшуля с Борей Хмельницким – забирали меня с Ленинского в комнату Безродного», – с улыбкой вспоминала она.
Яков прошел путь от администратора до директора Театра на Таганки. Он организовывал концерты Высоцкого, работал через общество «Знание». «Некоторые за глаза называли моего мужа подпольным миллионером, считали, что он одевает меня в меха и бриллианты. Но это совершеннейший абсурд. Мы достойно жили, но не богато. Яша даже гвоздя из театра не вынес. Я бы его за это просто убила», – откровенничала актриса.
Немая боль: Почему в доме не было детского смеха
За внешним благополучием скрывалась трагедия, которая терзала Наталью всю жизнь. Еще в школе, во время сельхозработ, она залезла в речку в жару и почувствовала резкую боль. «С места сдвинуться не могла», – вспоминала она. Врачи диагностировали спазм маточных труб.
Когда в первом браке беременность не наступала, она обратилась к специалистам. «Не тратьте время, вы бесплодны», – разводили руками врачи. Но Наталья не сдавалась. Яков верил в чудо больше нее – отправлял к светилам медицины, устраивал в лучшие больницы.
«Даже жуткая и адски болезненная процедура, когда маточные трубы продували без анестезии, не помогла», – с горечью рассказывала актриса. В отчаянии она предложила мужу: «Давай возьмем ребенка из Дома малютки». Но Яков был непреклонен: «Сдаваться рано».
Лишь за семь лет до смерти он признался: «Надо было взять, а теперь уже поздно». Эти слова до сих пор заставляют Наталью Петровну плакать. «Это моя огромная боль», – признается она.
Закат карьеры: 11 лет ухода за любимым
В 1993 году Наталья Сайко сыграла свою последнюю роль в кино – в фильме «Дикая любовь». Она объяснила это просто: хочет остаться в памяти зрителей молодой и красивой. В театре она прослужила дольше – до 2003 года.
Именно тогда здоровье Якова Михайловича серьезно пошатнулось. «Целый букет недугов был», – констатировала актриса. 90-килограммового мужа она таскала на себе: переодевала, мыла, кормила, водила в туалет. В результате сама порвала связку на ноге.
Она без раздумий оставила сцену, посвятив себя уходу за супругом. Эти 11 лет стали испытанием на прочность их любви. И она выдержала его с достоинством.
В 2014 году Якова Безродного не стало. Наталья Петровна похоронила его на Ваганьковском кладбище, поставив белоснежный мраморный памятник на двоих. Рядом приготовила место и для себя.
Жизнь в затворничестве: Пенсия, воспоминания и синее платье
Сегодня 77-летняя актриса живет в той самой квартире, которую они получили с Яковом много лет назад. «Помню, как после переезда сюда спали на полу. Потом Яша сделал ремонт. С тех пор ничего не менялось», – делится она.
Ее быт скромен: пенсии хватает, особенно после надбавки за звание заслуженной артистки. «Жаловаться не на что», – говорит она. Интернетом пользуется, но о себе читает с удивлением. Особенно поражают слухи о ее пристрастии к алкоголю.
«Я лишь изредка позволяю себе выпить пива», – пожимает плечами актриса. Курит с 17 лет, но к спиртному всегда была равнодушна.
В шкафу висит роскошное синее платье, в котором она выходила замуж за своего «Яшеньку». Иногда она перебирает коллекцию заварочных чайников, которые муж собирал всю жизнь. Мечтает сесть за руль и поехать в Крым или Сочи – места, где они были так счастливы вместе.
Наталья Сайко не жалуется на судьбу. Она благодарна за талант, красоту, любовь и возможность заниматься любимым делом. Ее выбор – остаться в памяти зрителей той самой «таганской Офелией» с бездонными голубыми глазами. А боль несостоявшегося материнства она научилась носить в себе тихо и с достоинством, как носят самое ценное – то, что не показывают посторонним.