Жизнь продолжается… Я бы так определил магистральный эмоциональный и содержательный вектор произведений, собранных в третьем номере журнала 'Петровский мост' за 2025 год. Продолжается во всём — в одиночестве и семье, в обжигающей памяти и смутной надежде, в душевных томлениях и откровениях. Ожидания читателей не обмануты: опубликовано окончание приключенческого романа Сергея Юрова 'Сокровища Флинта'. Редкий пример, когда сиквел так же захватывает, как и первоисточник. Однако, на наш взгляд, русского американца Антона Юрьева здесь несколько затмевает Джон Сильвер. Чистая сила Хронология 'Жития Нюры Макахиной' Александра Колесника вместила целые десятилетия истории одной семьи — от войны до заката 'перестройки'. Многое в этом произведении уже знакомо по 'деревенской' прозе, но автор привнёс в накатанный сюжет и индивидуальное. Иван Катков в рассказе 'Всё будет хорошо' повествует о жизни работяги, неприглядной и тоскливой: пьянки, увольнение с завода, встреча с уличными грабителями… В финале — негромкий катарсис с пробуждением надежды на то, что хорошее действительно наступит. Мила Ярцева дебютировала русским фэнтези 'Прочти, когда проснёшься…' на тему постоянной и непримиримой борьбы любви и ненависти, воплощённых обликах чистой и нечистой силы. В память об известном липецком писателе-деревенщике Александре Титове публикуется его рассказ 'Лариса поёт страдание' — о загадочной душе русской женщины с неразделённой любовью и певческим даром. В неожиданном амплуа выступил Олег Севрюков. Он вынес на читательский суд пять картин из древних времён под названием 'Проклятие'. Историческая трагедия, написанная плавным белым стихом и сочным языком, обращена к далёкому прошлому Руси — времени княжеских междоусобиц. Поставленная писателем проблема — оправдание насилия власти ради благих целей — оборачивается противоположностью. И главному герою вместо того чтобы 'быть государем мудрым, справедливым, судить народ по совести, по чести', приходится играть 'роль Петрушки', которого враг дёргает за ниточку. Это — цена предательства Родины и своего народа во все эпохи. Лейтмотив 'Проклятия' — совершившим иудин грех прощенья быть не может — остросовременен. 'Незабудки в тугой смоле…' Поэтическую тетрадь открывает Анна Харланова. В её подборке — лирические откровения, насыщенные пейзажные зарисовки, сплетённые с неторопливыми раздумьями, меланхолические ноты и обращение к Господу в стремлении осмыслить сущее: 'Но что это, Господи, за странная жизнь такая: Не сеем, не жнём, друг друга не бережём, Друг друга не любим, жалеючи не спасаем'. Стихи Всеволода Нелюбова подчёркнуто исповедальны; поэт не боится погружать аудиторию в свои душевные томления и этим привлекает её к сопереживанию. Лирическая героиня Маргариты Графовой живёт сибирскими впечатлениями-воспоминаниями, в том числе 'иркутской тоской'. Сибирь, Байкал, Ангара одушевляются, предстают как родные люди: 'К Енисею юная Ангара Удрала, строптивая, от отца… Я же — дочь покорная и сестра, Так и не дошедшая до венца'. Интересно образное воплощение неродившихся произведений: 'Стихотворные эмбрионы — Незабудки в тугой смоле'. Палитра стихотворений Инны Подзоровой мрачновата, с преобладанием чёрных и серых красок. Однако в любой картинке, даже под отшумевшим 'чернильными каплями' дождём, чувствуется внутренняя теплота — теплота любви к жизни, которая не отменяет примирения с неизбежным. Приятно встретить и смелые рифмы, например, в зарисовке 'Липецкое', где город 'Прячется под козырьками чужих домов, пережидает в привычно пустых ТЦ, шепчется: 'Знал бы, как будет — да я давно б...', морщась от капель на мёртвом стальном лице'. Гармоничные стихи Валерия Мазманяна пронизаны светлой печалью о том, что в общем-то мы не можем изменить в жизни самое главное — её течение лишь в одном направлении: 'Время — это миг, по сути, встал малыш — старик присел...' Но в остальном она прекрасна маленькими и большими радостями, которые нужно увидеть вокруг и впитать в себя. Отношение автора к неизбежным печалям также философично: 'Поплачься, только в память не неси больной румянец на щёках осин, свои печали, голой ветки дрожь, цветок увядший и чужую ложь'. В рубрике 'Сатира и юмор' — литературные пародии Евгения Обухова, который возглавлял 'Клуб 12 стульев' 'ЛГ'. Объекты их — корифеи русской словесности. Имена из архивов Самой богатой в блоке публицистики в этот раз оказалась рубрика 'Критика и литературоведение'. Статья Марины Рощиной, посвящённая 130-летию со дня рождения Сергея Есенина, в целом познавательна, но неглубока: о начале творческого пути поэта мало что сказано. Михаил Корольков в серьёзном, основанном на архивных документах и редких изданиях очерке о двух липецких поэтах начала ХХ века, открыл интереснейшую страницу литературной жизни города. Екатерина Григорьева рассказала о талантливом елецком живописце, заслуженном художнике России Николае Климове, но уж слишком лаконично, общими фразами. Зато репродукции его многоговорящих картин отлично украсили номер. Как и пейзажные фото Игоря Кляхина. Автобиографический очерк Елены Безрядиной 'О Липецке с любовью' полностью оправдывает своё название. Валентин Баюканский пишет об участии липчан в литературно-музыкальном конкурсе 'Памяти павших во имя живых', проведённом Минским отделением Союза писателей Беларуси, и в изданном по его итогам одноимённом сборнике. …А жизнь продолжается. И следующий выпуск 'Петровского моста' уже не за горами.
Жизнь продолжается… Я бы так определил магистральный эмоциональный и содержательный вектор произведений, собранных в третьем номере журнала 'Петровский мост' за 2025 год. Продолжается во всём — в одиночестве и семье, в обжигающей памяти и смутной надежде, в душевных томлениях и откровениях. Ожидания читателей не обмануты: опубликовано окончание приключенческого романа Сергея Юрова 'Сокровища Флинта'. Редкий пример, когда сиквел так же захватывает, как и первоисточник. Однако, на наш взгляд, русского американца Антона Юрьева здесь несколько затмевает Джон Сильвер. Чистая сила Хронология 'Жития Нюры Макахиной' Александра Колесника вместила целые десятилетия истории одной семьи — от войны до заката 'перестройки'. Многое в этом произведении уже знакомо по 'деревенской' прозе, но автор привнёс в накатанный сюжет и индивидуальное. Иван Катков в рассказе 'Всё будет хорошо' повествует о жизни работяги, неприглядной и тоскливой: пьянки, увольнение с завода, встреча с уличными грабителями… В фин