Позвонила мне вчера Лена, подруга моя ещё со школы. Говорит, приезжай, давненько не виделись, чайку попьём, поболтаем. Я обрадовалась, конечно. Действительно, месяца три не общались толком, всё некогда было. Собралась, купила по дороге пирожных, поехала.
Приехала к ней часам к четырём. Лена дверь открыла, улыбается:
– Танечка! Заходи скорее, я как раз чайник поставила!
Обнялись мы, прошли на кухню. Сели, она чай разливает, я пирожные на тарелку выкладываю. Болтаем о том, о сём. Я про работу рассказываю, она про свою семью. Всё как обычно, по-дружески.
Минут через двадцать Лена телефон берёт, смотрит на экран и говорит:
– Слушай, Тань, извини, мне надо звонок сделать. Рабочий вопрос, быстренько, буквально пять минут. Ты пока чай допивай, ладно?
– Конечно, – киваю я. – Не торопись.
Она вышла из кухни, дверь прикрыла. Я сижу, пирожное доедаю, в телефоне своём листаю новости. Вдруг слышу, Лена в коридоре разговаривает. Голос у неё какой-то напряжённый. Я сначала не прислушивалась, но потом различила:
– Нет, она ничего не знает. Сидит на кухне.
Насторожилась я. Про кого это она? Дверь-то неплотно прикрыта, и слышно всё отлично.
– Говорю тебе, не знает, – продолжала Лена. – Я специально позвала её сегодня, чтобы отвлечь. Пока она тут со мной чай пьёт, Серёжа документы оформляет.
Серёжа? Это же мой муж! О каких документах речь? Сердце у меня застучало. Встала я тихонько, подошла к двери поближе.
– Ну да, квартиру переоформляет на себя, – говорила Лена. – Таня же доверенность ему давала, помнишь? Вот он и решил воспользоваться. Умный мужик, что скажешь.
У меня ноги подкосились. Какую доверенность? Ах да, точно. Полгода назад Серёжа просил меня доверенность оформить, говорил, что ему надо какие-то бумаги в налоговой получить, а у него времени нет. Я и оформила, думала, ну что такого, муж же.
– Не, ну я Серёжу понимаю, – продолжала Лена. – Таня же стерва редкостная. Вечно его пилит, вечно чем-то недовольна. Он мужик хороший, заслуживает лучшего. Вот и я ему помогаю немного.
Стою я за дверью, дышать боюсь. Не верю своим ушам. Лена? Моя подруга? С которой мы двадцать лет дружим?
– Ага, ага, – говорила она дальше. – Как всё оформит, они с Викой съедутся. Вика уже давно его ждёт, бедная. А Танька пусть идёт куда хочет, без квартиры останется, может, поумнеет.
Вика? Какая ещё Вика? Я прямо к стенке прислонилась, чтобы не упасть. Серёжа меня обманывает? С какой-то Викой встречается? Квартиру переоформляет? А Лена ему в этом помогает?
– Послушай, мне пора, – сказала Лена в трубку. – Танька на кухне сидит, сейчас заподозрит что-то. Созвонимся вечером. Да, да, всё идёт по плану.
Я быстро вернулась на своё место, села, взяла чашку. Руки дрожат, но стараюсь держаться. Лена заходит на кухню, улыбается:
– Ой, прости, что так долго. Начальница звонила, всё объясняла, объясняла.
– Ничего, – говорю я, стараясь голос ровным держать. – Я тут чайку попивала.
Села она напротив, наливает себе свежего чаю. Смотрю я на неё и думаю, как же так? Двадцать лет дружбы, а она за моей спиной с мужем моим заодно.
– Тань, ты чего такая бледная? – спрашивает вдруг Лена. – Плохо тебе?
– Нормально, – отвечаю. – Просто устала на работе. Слушай, Лен, а ты случайно не знаешь, где Серёжа сейчас?
Она глаза отвела:
– Откуда мне знать? На работе, наверное.
– На работе, говоришь? – переспрашиваю я. – А звонить ему не пробовала?
– Зачем мне ему звонить? – насторожилась Лена.
– Да так, спрашиваю, – пожала я плечами. – Просто он утром говорил, что сегодня весь день на объекте будет. Телефон может не брать.
– Ну вот видишь, на объекте, – быстро сказала Лена. – Работает человек.
Я посмотрела на неё внимательно. Врёт и не краснеет. Взяла я телефон, набираю Серёжин номер. Гудки идут, не берёт. Сбросил. Пишу сообщение: "Где ты?"
Минуты через три приходит ответ: "На работе, занят. Вечером поговорим".
Показываю Лене экран:
– Вот, на работе, говорит.
– Ну да, – кивает она. – А ты что, сомневалась?
– Нет, – улыбаюсь я. – Просто проверяю. А то мало ли.
Лена засуетилась:
– Тань, ты чего? Не доверяешь мужу своему?
– Доверяю, – отвечаю спокойно. – А тебе доверяю?
Она побледнела:
– Мне? Конечно. Мы же подруги.
– Подруги, – повторяю я. – Лена, давай без вранья. Я всё слышала.
– Что слышала? – голос у неё дрогнул.
– Твой разговор. Про доверенность, про Вику, про то, что Серёжа квартиру переоформляет, пока я тут с тобой чай пью.
Лена как сидела, так и застыла. Лицо белое-белое, руки на столе сжались.
– Танька, я...
– Не надо, – перебила я. – Не надо оправдываться. Я всё поняла. Вопрос один: зачем?
Она молчит, в чашку смотрит. Потом вдруг как выпалит:
– А потому что надоело на тебя смотреть! Надоело слушать, как ты Серёжу пилишь постоянно! Он мужик хороший, а ты только и делаешь, что претензии предъявляешь!
Я аж опешила:
– Я его пилю?
– Ещё как! – разошлась Лена. – Вечно ты недовольна! То зарплата у него маленькая, то цветы не те дарит, то внимания мало! А он из кожи вон лезет, чтобы тебе угодить!
– Лена, – говорю я тихо. – При чём тут это? Даже если я не идеальная жена, это не повод помогать мужу обворовывать меня!
– Не обворовывать, – замотала она головой. – Он просто хочет свободы. От твоих претензий, от твоего недовольства.
– Ага. Свободы с моей квартирой, – усмехнулась я. – И с какой-то Викой. Кто она вообще?
Лена отвернулась:
– Женщина, которая его ценит. Которая не пилит, не упрекает. Которая рада ему.
– Понятно, – киваю я. – А ты-то тут при чём? Почему ты ему помогаешь?
Она помолчала, потом сказала:
– Потому что я тоже устала. Устала смотреть, как ты всё хорошее разрушаешь. Устала слушать твои жалобы. Серёжа хороший человек, он заслуживает счастья.
Встала я из-за стола, взяла сумку.
– Знаешь что, Лена? Идите вы все. И ты, и Серёжа, и ваша Вика. Только квартиру он не получит.
– Уже получил, – сказала она тихо. – Документы сегодня оформлялись. Всё по доверенности, всё законно.
Я посмотрела на неё и рассмеялась. Зло так рассмеялась.
– Законно? Лена, милая. Я юрист. Неужели ты думаешь, что я дала мужу генеральную доверенность просто так? Доверенность была на право получения справок в налоговой. Всё. Больше ничего. Переоформить квартиру по ней нельзя.
Лена побледнела ещё сильнее:
– Как это нельзя?
– А вот так. Там чёрным по белому написано: право на получение документов в налоговой инспекции. Никаких сделок с недвижимостью. Так что если Серёжа сегодня что-то оформлял, эти документы недействительны. И знаешь, что смешно? Я легко докажу, что это мошенничество.
Вышла я от Лены, села в машину. Трясёт меня всю. Позвонила адвокату своему, объяснила ситуацию. Он послушал, говорит:
– Таня, если доверенность действительно не давала права на сделки с недвижимостью, то любые операции аннулируются. А мужу вашему статья светит за мошенничество и подделку документов.
– Хорошо, – отвечаю. – Начинайте готовить документы. На развод тоже.
Приехала я домой. Серёжи нет ещё. Села, жду. Часа через полтора он пришёл. Весёлый такой, довольный.
– Привет, Тань! Как дела?
– Отлично, – улыбаюсь я. – Как у тебя? На объекте был?
– Ага, – кивает он. – Устал жутко.
– Понятно. А что это за документы ты сегодня оформлял?
Лицо у него вытянулось.
– Какие документы?
– Серёж, не ври. Я всё знаю. Лена проболталась.
Он сел на диван, руки на колени положил.
– Таня, я могу объяснить...
– Не надо, – перебила я. – Объяснишь следователю. Потому что то, что ты сегодня сделал, это уголовное преступление.
– Какое преступление? – встрепенулся он. – Я по доверенности всё оформил!
– По доверенности, которая не давала тебе права распоряжаться квартирой, – уточнила я. – Почитай её внимательно. Там только про налоговую написано.
Серёжа выхватил телефон, что-то там листать начал. Потом лицо у него поменялось.
– Тань, ну ты же понимаешь... я не хотел...
– Не хотел? – переспросила я. – А Вика? Тоже не хотел?
Он молчит, в пол смотрит.
– Ладно, – говорю. – Завтра подаю на развод. Квартира остаётся моей, потому что куплена до брака на мои деньги, помнишь? А вот за попытку мошенничества с недвижимостью разбираться будет полиция.
– Танька, не надо, – забормотал он. – Я дурак, я ошибся. Лена сказала, что ты меня не ценишь, что я заслуживаю лучшего...
– Лена, – усмехнулась я. – Твоя помощница. Знаешь, что ещё интересно? Я записала наш с ней разговор на диктофон. Вернее, её разговор по телефону. Так что доказательств полно.
Серёжа схватился за голову:
– Таня, давай без полиции. Я всё верну, я уйду, только не надо заявлений.
– Поздно, – ответила я. – Надо было думать раньше. Собирай вещи. Сегодня же съезжаешь.
Встала я, пошла в спальню. Легла на кровать, лежу, смотрю в потолок. Слышу, Серёжа в соседней комнате возится, что-то собирает. Через полчаса хлопнула входная дверь. Ушёл.
Утром пошла я в полицию, написала заявление. Потом к адвокату, оформили иск на развод. Адвокат говорит:
– Таня, вы молодец, что так быстро среагировали. А то остались бы и без мужа, и без квартиры.
– Я просто вовремя услышала то, что не предназначалось для моих ушей, – ответила я.
Позвонила мне после этого Лена. Плачет, оправдывается. Говорит, что не хотела меня подставлять, что Серёжа её уговорил, что она думала, ему действительно плохо со мной.
– Лена, – сказала я ей. – Двадцать лет дружбы ты выбросила ради моего мужа. Мужа, который меня обманывал. И теперь извиняешься? Не звони мне больше.
Бросила трубку, заблокировала номер. Через неделю пришла повестка в суд по разводу. Серёжа пытался что-то доказывать, но все документы были на моей стороне. Развод оформили быстро, квартира осталась за мной. А ещё через месяц его вызвали на допрос по факту мошенничества. Дело сейчас в суде, посмотрим, чем закончится.
Живу я теперь одна. Без мужа-обманщика, без подруги-предательницы. Спокойно. Зато теперь точно знаю, кому можно доверять, а кому нет. И что иногда случайно услышанный разговор может спасти тебе жизнь. Или хотя бы квартиру.