Майя Михайловна Плисецкая, одна из самых известных в мире балерин, родилась ровно сто лет назад – 20 ноября 1925 года.
И мне очень хочется сегодня вспомнить эту Великую актрису, королеву танца. Я не видела её на сцене, но даже любое её появление на телевизионном экране всегда восхищало, заставляло выпрямить спину и поднять голову. Удивительная женщина и уникальная судьба.
Я не буду пересказывать вам биографию Майи Михайловны, а покажу лишь некоторые события её жизни. В основном это будут цитаты самой балерины, фотографии, а ещё, конечно, её портреты и немного поэзии.
Моё знакомство с историей жизни Майи Плисецкой началось с её воспоминания из детства:
«За несколько дней до Первомая отца куда-то вызвали. Он пришел воспрявший, помолодевший:
«Мне дали гостевые билеты на кремлевскую трибуну. Мы идем с тобой, Майечка, 1 мая на Красную площадь, на демонстрацию.»
Я затрубила в трубу, превратив в таковую свои ладони. Ура!! Какое платье надо надеть? Мать принялась мастерить что-то эклектичное, но торжественное…
Это было 30 апреля 1937 года. На рассвете, за несколько часов до Первомая, под самое утро, часов в пять, лестница заскрипела под чугунной тяжестью внезапных шагов. Отца пришли арестовывать. Эти аресты на рассвете теперь уж многократно описаны в литературе, сыграны в кино, на театральной сцене. Но прожить это самой, поверьте, очень страшно. Незнакомые люди. Грубость. Обыск. Весь дом вверх дном. Ревущая, цепляющаяся, беременная – с пузом, растрепанная мать. Надрывно кричащий, разбуженный, спросонья, маленький братец. Одевающийся дрожащими руками, белый как снег отец. Ему неловко. Отрешенные лица соседей. Разухабистая понятая с зажженной папиросой в зубах дворничиха Варвара, не упускающая случая подольстить властям («скорее бы вас всех перестреляли, сволочи проклятые, враги народа!»). И я, одиннадцатилетняя, худосочная, напуганная, плохо понимающая, что, собственно, происходит, с арабесками в детской башке.
С десяток раз примерившая перед зеркалом свой новый первомайский наряд на Красную площадь, который предстояло надеть на себя через каких-то три-четыре часа. Надеющаяся, что это ненадолго, каких-то несколько дней, и жизнь вернется в привычное русло. И отец, старающийся меня утешить – все образуется…
И последнее, что я слышу из уст отца, перед тем как дверь за ним захлопнется навсегда: «Слава Богу, наконец-то разберутся…»
Отец Майи был дипломатом в Комиссариате иностранных дел и внешней торговли, а мать играла в немых фильмах. Родные матери были артистами балета, поэтому и девочка с пяти лет уже бывала в театре. Дома она устраивала представления, а благодаря её необыкновенному дару, ну и характеру, уже в семь лет, на год раньше положенного, Майя была принята в хореографическое училище.
Но в 1937-м отца арестовали и через семь месяцев он был расстрелян, после чего забрали и маму Майи. Девочку удочерила тётя Суламифь Мессерер.
«Я не понимала, что мать в тюрьме. Что ее тоже арестовали. Тоже в самый неожиданный, неподходящий час. А разве люди уже придумали подходящий час для арестов?», – Майя Плисецкая, из книги воспоминаний «Я, Майя Плисецкая»
Маму Майи выслали в Казахстан, где Рахиль учила местных жителей танцевать. В 1939 году девушке разрешили её навестить и здесь, в городе Чимкент, она впервые исполнила танец умирающего лебедя.
«Мама настояла, чтобы я явилась на публику. «Ты выходишь из формы, будешь бояться зала. Не забывай, ты должна стать хорошей танцовщицей. У тебя есть талант». Какой-то понурый ссыльный играл мне на аккордеоне попурри из балетов Чайковского . Я импровизировала, вставала на пальцы, ломала торс, чередовала арабески. Туманное предвосхищение будущего «Умирающего лебедя», но в ссыльном чимкентском варианте, под аккордеон. Успех сорвала» – Майя Плисецкая, из книги воспоминаний «Я, Майя Плисецкая»
За день до начала войны Майя Плисецкая исполняла на вечере в хореографическом училище «Экспромт» Петра Чайковского, а затем была эвакуация в Свердловск и выступление в спектакле «Лебединое озеро», поставленном тётей.
«Подступаю к «Лебединому».
В жизни моей этот балет Чайковского сыграл решающую роль. Я станцевала его более восьмисот раз. И танцевала тридцать лет: 1947–1977. Это как годы рождения и смерти на гробовом обелиске. Тридцать лет – целая жизнь.
<…>
27 апреля 1947 года я танцевала свою премьеру «Лебединого». Спектакль был дневной. Я не верила сама себе, что танцую, что исполнилась мечта. Все участвовавшие в спектакле аплодировали мне после каждого акта на сцене…
Я считала и считаю поныне, что «Лебединое» – пробный камень для всякой балерины. В этом балете ни за что не спрячешься, ничего не утаишь. Все на ладони: два образа – кстати, когда-то «черный» и «белый» акты танцевали две разные балерины, — вся палитра красок и технических испытаний, искусство перевоплощения, драматизм финала. Балет требует выкладки всех душевных и физических сил. В пол ноги «Лебединое» не станцуешь. Каждый раз после этого балета я чувствовала себя опустошенной, вывернутой наизнанку. Силы возвращались лишь на второй, третий день»
После окончания училища в 1943 году Майю Плисецкую приняли в труппу Большого театра. Сначала она выступала в кордебалете, затем стала получать и небольшие сольные роли, а потом и главные.
«Я за две репетиции с лёта выучила прыжковую мазурку в «Шопениане» и станцевала ее с громовым успехом. <…> Я намеренно старалась в пике каждого прыжка на мгновение задержаться в воздухе, что вызывало у аудитории энтузиазм. Каждый прыжок сопровождался крещендо аплодисментов. Я и сама не предполагала, что этот маленький трюк придется так по душе зрительному залу. Успех был взаправду большой. На следующие «Шопенианы» кое-кто из балетоманов уже шел «на Плисецкую»»
Став солисткой Большого театра Майя Плисецкая много гастролировала по Советскому Союзу и за рубежом. Но после поездки в Индию в 1953 году балерина стала «невыездной».
После недолгого брака (всего три месяца) с Марисом Лиепу балерина познакомилась с Родионом Щедриным. И это уже была любовь на всю оставшуюся им жизнь.
«Явившийся мне с неба головокружительный роман отвлек от несостоявшейся поездки во Францию и Бельгию. Поездка-то состоялась, труппа «хорошо» поехала. Я – осталась дома. Мне не привыкать. Но этот удар был не таким болевым. Когда рядом есть человек, делящий твое горе и радость пополам, жизнь становится улыбчивее, светлее, брезжит надежда. Найдем выход из катакомб, вдвоем – обязательно найдем!..»
«Вернувшись в Москву, второго октября 1958 года мы отправились в ЗАГС. Бракосочетаться. Сегодня признаюсь, что это была моя инициатива. Щедрину не хотелось брачных официальных уз. Но мне интуиция подсказывала – власти меньше терзать меня будут, если замужем. Об этом не раз намекали. А Фурцева впрямую говорила – выходите замуж, вам веры будет больше. Даже квартиру новую обещали…»
«Меня часто спрашивали:
«Что вы думаете о любви?»
И я всегда отвечала:
«А я о ней не думаю. Она у меня просто есть»
В апреле 1959 года Майе Плисецкой вновь разрешили гастролировать. Она не только танцевала в спектаклях, но и сама ставила балеты, в том числе и на музыку Родиона Щедрина.
Майя Плисецкая вдохновляла не только художников, но и поэтов.
Андрей Дементьев
Сандаловый профиль Плисецкой
Сандаловый профиль Плисецкой
Взошёл над земной суетой.
Над чьей-то безликостью светской
Над хитростью
И добротой.
Осенняя Лебедь в полёте.
Чем выше –
Тем ярче видна.
– Ну, как вы внизу там живёте?
Какие у вас времена?
Вы Музыкой зачаты, Майя.
Серебряная струна.
Бессмертие –
Как это мало,
Когда ему жизнь отдана.
Во власти трагических судеб
Вы веку верны своему.
А гения время не судит.
Оно только служит ему.
Великая пантомима –
Ни бросить,
Ни подарить.
Но всё на земле повторимо.
Лишь небо нельзя повторить.
Сандаловый профиль Плисецкой
Над временем –
Как небеса.
В доверчивости полудетской
Омытые грустью глаза…
Из зала я –
Как из колодца
Смотрю в эту вечную синь.
– Ну, как наверху вам живётся?
Я Лебедя тихо спросил.
Андрей Вознесенский.
Портрет Плисецкой (отрывок)
В ее имени слышится плеск аплодисментов.
Она рифмуется с плакучими лиственницами,
с персидской сиренью,
Елисейскими полями, с Пришествием.
Есть полюса географические, температурные,
магнитные.
Плисецкая – полюс магии.
Она ввинчивает зал в неистовую воронку
своих тридцати двух фуэте,
своего темперамента, ворожит,
закручивает: не отпускает.
Есть балерины тишины, балерины-снежины –
они тают. Эта же какая-то адская искра.
Она гибнет – полпланеты спалит!
Даже тишина ее – бешеная, орущая тишина
ожидания, активно напряженная тишина
между молнией и громовым ударом.
Плисецкая – Цветаева балета
Её ритм крут, взрывен.
…
В конце 1980-х Майя Михайловна покинула Большой театр, но продолжала ездить с концертами по стране и по миру.
«От морщин никуда не деться… Но молодящийся старичок или старушка – это смешно… Знаете, есть старый сад и новый сад. Но ухожен он или нет – это уже совсем другое дело. То же самое с лицом человека: всегда видно – ухожено оно или запущено…
… Свое пятидесятилетие я отмечала премьерой бежаровского «Болеро» в Брюсселе. Шестидесятилетие – премьерой «Дамы с собачкой». Как водится, балерины празднуют этот сволочной возраст, горделиво восседая в лучах прожекторов в ближней к сцене драпированной ложе. И каждый из занятых в танцевальном вечере в честь юбилярши Абвгдеж чинно, с манерным поклоном преподносит оной пышные букеты. К концу вечера знатная дама Абвгдеж за сыпана цветами по самый подбородок, словно покойница. Мне же в свой вечер предстояло потрудиться вдосталь: «Дама» — пятьдесят минут, «Кармен-сюита» – сорок шесть. Я почти все время на сцене…
…Я вам скажу без хвастовства: мне нечему завидовать. Господь дал мне способности и неплохие данные, в Большом театре я перетанцевала уйму балетов, у меня, похоже, мировая слава. И главное – у меня прекрасный муж, чего же мне ещё желать?»
«Я и по сей день убеждена, что одной техникой мир не покорить. И сегодня, и лет через сто пятьдесят – двести, танцем надо будет, как и прежде, в первую очередь тронуть душу, заставить сопереживать, вызвать слезы, мороз гусиной кожи...»
После распада Советского Союза балерина уехала из страны, жила в Мюнхене, но часто бывала в России.
«Что тебе еще интересно узнать обо мне, читатель? Что я левша и все делаю левой рукой? Что я всю жизнь страдала бессонницей? Что я всегда была конфликтна? Лезла на рожон часто попусту?
Что во мне совмещались полюса – я могла быть расточительной и жадной, смелой и трусихой, королевой и скромницей?
Что была ярой футбольной болельщицей (за клуб ЦСКА)?
Что любила селедку, нежно величая ее «селедой»?
Что никогда не курила и не жаловала курящих, что от бокала вина у меня болела голова? Что была до глупости легковерна и столь же – нетерпелива. Ждать не умела никогда. Была резка, порывиста.
Что всю, всю свою жизнь обожала, боготворила Щедрина?»
В последние годы жизни Майя Плисецкая вела мастер-классы, писала мемуары. 2 мая 2015 года, незадолго до своего 90-летнего юбилея Великая балерина умерла.
«Или рассказать тебе, читатель, про свои балетные, профессиональные привычки?
Что перед каждым классом, каждым представлением я заливала в пятки балетных туфель теплую воду (чтобы крепче сидела ступня).
Что более всего страшилась не забыть оглядеть себя перед выходом на сцену в зеркале — сочно ли намазан рот, хорошо ли подведены глаза, не то быть мне сегодня на людях бесцветной молью. Как все это — белиберда, пустяки? Или пустяки дописывают мой облик?»
«Что вынесла я за прожитую жизнь, какую философию? Самую простую. Простую — как кружка воды, как глоток воздуха. Люди не делятся на классы, расы, государственные системы. Люди делятся на плохих и хороших. На очень хороших и очень плохих. Только так. Плохих во все века было больше, много больше. Хорошие всегда исключение, подарок Неба.
<…>
Свое живи! Я и жила. Себе говорю — честно. Ни детей, ни старцев, ни меньших братьев наших — зверье — не обижала. Друзей не предавала. Долги возвращала. Добро помнила и помню. Никому никогда не завидовала. Своим делом жила. Балетом жила. Другого ничего в жизни я делать толком и не умела. Мало только сделала. Куда больше могла. Но и на том спасибо. Спасибо природе своей, что выдюжила, не сломалась, не сдалась!»
С любовью, ваша Света В.
И сегодня открывается выставка «Легенда по имени Майя» во Всероссийском музее декоративного искусства, где можно будет увидеть около 300 произведений с изображением Майи Плисецкой: живопись, графика, скульптура, фарфор, стекло, медали, лаковая миниатюра и, конечно, фотографии. Многие экспонаты из частных коллекций будут представлены впервые.
До 18 января 2026 года по адресу:
Москва, ул. Делегатская, д. 3, стр. 1
Мой Телеграм-канал, где можно найти больше произведений поэтов и художников, анонсы всех моих новых статей и много ещё всего интересного