10 ноября в России доблестные полицейские и все имеющие отношение к работе в органах правопорядка отметили свой профессиональный праздник.
Чествовали и поздравляли тех, кто оберегает наш покой днем и ночью, порой рискуя собственной жизнью, в их числе и хрупкая женщинаполицейский, героиня дня праздничного номера – Ольга Александровна Старцева, инспектор по осуществлению административного надзора отделения участковых уполномоченных и по делам несовершеннолетних отделения полиции №2 МО МВД России «Курагинский». Эту должность она занимает с июля 2017 года, а в целом службе в органах внутренних дел отдала 18 лет.
– Расскажите о вашей служебной деятельности, в чем заключается административный надзор и за кем он осуществляется?
– Вначале поясню, что такое административный надзор. В первую очередь это наблюдение за лицами, освобожденными из мест лишения свободы и имеющими установленные судом временные ограничения их прав и свободы, а также контроль за соблюдением возложенных на них обязанностей. Замечу, что надзор устанавливается сроком от одного года до 10 лет, в зависимости от категории совершенных преступлений, и может быть прекращен досрочно только по решению суда в исключительных случаях: при условии добросовестного соблюдения ограничений и выполнении обязанностей поднадзорного. Цель надзора – предупреждение совершения ранее судимыми лицами преступлений и других правонарушений, оказание на них индивидуального профилактического воздействия. Такой контроль устанавливается по решению суда с установлением административных ограничений. Заключается он в проверках по месту жительства поднадзорного лица, наблюдением за его поведением в быту, в социуме и на рабочем месте, проводится сбор информации об образе жизни в целом. Неотъемлемой частью являются внеплановые проверки – выезжаю одна или в усиленной группе на адреса, где проживают «подопечные», причем независимо от времени суток.
– В каких случаях требуется усиление?
– Поддержка нужна, когда, к примеру, несколько человек, включая поднадзорного, ведут себя неадекватно: скандалят, устраивают драки и, как правило, при этом находятся в состоянии опьянения. Нетрезвый человек не чувствует в полной мере ни вины, ни ответственности за свои действия. Если при этом распитие напитков происходило в семье, и если по адресу находятся несовершеннолетние – то работаем в команде с представителями опеки, социальной защиты, сотрудниками по делам несовершеннолетних, задействуем также и участковых уполномоченных. Со всеми нарушителями проводим беседы по пресечению противоправных деяний, в случае угрозы жизни или в иных обстоятельствах применяем уже иные меры и не всегда административного воздействия. Но это бывает редко, как правило, наши подопечные идут на контакт. При разговоре выясняем причины возникновения конфликта и помогаем его преодолеть, после всех пояснений, советов они уже не ведут себя агрессивно, успокаиваются. Были случаи, когда, поговорив с супругой гражданина, находящегося под надзором, и с ним самим, удавалось разрешить семейные разногласия и предотвратить ссору, которая в иных случаях могла закончиться печально.
– Наверняка при таких беседах нужно обладать не только холодной головой, терпением, но и иметь навыки психологического воздействия?
– Вы правы, поднадзорные меня часто называют психологом и даже спрашивают, нет ли такого образования. Но скажу, забегая вперед, что по образованию я не психолог, а экономист и юрист. Вероятно, сглаживать конфликты или, предвидя возможное проявление агрессии, воспрепятствовать ее проявлению, получается потому, что отношусь к поднадзорным гражданам как к обычным жителям. Они чувствуют, когда к ним с добром. Я подбадриваю их, рассказываю о других людях, уже снятых с надзора, у которых получилось создать семью, найти хорошую работу. К слову, работодатели отзываются о тех, кто исправился, только с хорошей стороны, говоря, что из них выходят хорошие работники, ответственные и трудолюбивые.
Оступиться, сломаться может каждый, никто не застрахован от ошибок. Это – не клеймо, не ярлык. Если к ним будут относиться, как к изгоям или людям другого сорта, в них появится озлобленность, неприятие общества, которое их отвергает. Так появляются рецидивисты, раз за разом совершающие преступления. С ними работать в разы сложнее, и исправляются из них единицы. Им сложно перестроиться, проще ведь вернуться, у некоторых там, за решеткой, жизнь…
Но, несмотря на человечность и желание помочь, строгость в профессии имеет важное значение. Лица, находящиеся под надзором, должны знать, что за любой проступок они несут ответственность, если совершили нарушение установленных правил, то отбывают административный арест, либо привлекаются к уголовной ответственности.
– Были ли в вашей практике случаи уголовной ответственности, наступившие в отношении поднадзорных?
– К сожалению, да. В 2017 и позже было несколько таких преступлений. К сожалению, из-за своих страхов, каких-то надуманных причин и безответственности люди вернулись в места заключения, не успев начать новую жизнь. Речь идет о гражданах, которые после выхода из мест лишения свободы не приходили для постановки на учет, скрывались от сотрудников полиции, сбегали. Приходилось их искать, находить и, соответственно, возбуждать дело за уклонение от административного надзора со всеми вытекающими последствиями.
– А были ли случаи успешной адаптации ваших «подопечных»?
– К счастью, да. И в этом заключается смысл моей работы. Когда человек, оступившись, успешно строит семью и ведет добропорядочный образ жизни, по истечении времени контроля его снимают с учета.
Мужчина среднего возраста освободился, встал на учет. Устроился на работу, причем начальник его очень хвалил. Затем создал семью. В добавок к детям жены от предыдущих браков появились совместные. Когда бы ни приехала в эту семью с проверкой, видела только хорошее, включая межсемейные взаимоотношения, а также порядок. Начиная с придомовой территории – мужчина расчистил хлам, убрал мусор, починил забор, они завели хозяйство, отремонтировали дом, в котором жили. Супруга его разбила клумбы, везде чистота и порядок, у ребенка организовали личное пространство, досуг – с ним занимались и отец, и мать, игрушки, книги: все имелось в избытке. Везде чувствовались хозяйские руки как главы семьи, так и жены. За весь срок надзора бывший подопечный ни разу не совершил ничего противоправного. Такие чувства радости испытала, когда его сняли с учета.
Был и другой случай, когда человек, пока находился под надзором, несколько лет жил спокойной жизнью: работа, семья, дети. А когда сняли с контроля, он вернулся к прежнему, казалось бы, забытому ремеслу. Начал вести асоциальный образ жизни, злоупотреблять алкоголем и запрещенными веществами, под воздействием которых совершил разбой.
– Сколько в Каратузском районе лиц, находящихся под надзором?
– 25 человек, включая граждан, которые совершили преступление при опасном и особо опасном рецидиве, иными словами совершили преступление, когда еще не была погашена судимость.
– В завершении нашего интервью расскажите о том, что подвигло такую хрупкую представительницу прекрасного пола надеть погоны и ставить на путь исправления оступившихся, в том числе рецидивистов?
– Как говорят психологи – все идет из детства. Я уроженка Среднего Кужебара, а мой папа – Александр Николаевич Старцев – работал водителем в дежурной части отдела внутренних дел по Каратузскому району, он – пенсионер МВД. Поэтому о жизни и буднях полицейских я знала не по наслышке. Всегда восхищалась людьми в форме, они вызывают уважение, это красота и стать. Да и в силу характера была предрасположенность к скрупулезности в делах. Строгость и дисциплина, свой режим и распорядок в работе сотрудников ОВД мне импонировали. Но сначала решила попробовать себя в сфере финансов. Закончила Назаровский энергостроительный колледж по специальности «Банковское дело», после него – ХГУ по профилю «Финансы и кредит». Однако трудиться по профессии не пришлось. По прошествии нескольких лет обучения поняла, что работа в органах правопорядка привлекает больше. Вернулась на свою малую родину и пришла сюда – в наше отделение полиции, устроилась инспектором отдела кадров и поступила заочно в Московский экономический институт, на бакалавриат по направлению «Юриспруденция».
– Трудно было влиться в устоявшийся коллектив?
– Нет, мне повезло с наставником – Владимиром Николаевичем Репиным, он тогда работал начальником отдела кадров. И именно благодаря его поддержке во мне окрепла любовь к профессии. Я пришла совсем молодая, а по долгу службы нужно было следить за посещением служащими, к примеру, спортивных занятий, требовать от сотрудников соблюдение трудового распорядка. Вначале немного робела взрослым операм с внушительными физическими данными делать замечания или контролировать посещение ими занятий по физической подготовке. Но ничего, со временем все наладилось, и я осмелела, и сотрудники соблюдали необходимые требования. Одно дело делаем ведь.
– Не жалели, что не стали банковским работником, ведь там наверняка не так опасно?
– Нет, ни разу не пожалела о своем выборе. Здесь я на своем месте – делаю то, что люблю. Испытываю радость, когда люди встают на путь исправления. Но бывает тяжело, когда видишь человека, у которого например уже 15 судимостей и 20 лет своей жизни он провел в тюрьме, работаешь с ним, стараешься донести, что еще все можно изменить…
– Где находите силы, чтобы справиться с тяжелыми буднями?
– Моя семья, мой дом – опора в жизни. Там я жена и мама: любим вместе готовить, лепим пельмени. У нас особое отношение к кондитерским изделиям, нравится ощущать дома аромат выпечки. Есть уже устоявшаяся традиция по выходным печь булочки, пирожные. С удовольствием делаем различные поделки, мастерим украшения, что-то клеим, рисуем, в преддверии праздников украшаем дом и создаем уют различными сувенирами и украшениями. Скоро уже Новый год, и мы обязательно придумаем чтонибудь интересное.
Амалия Александрова (АП)