Позвольте рассказать вам историю, которая случилась со мной в прошлом декабре. История, скажу я вам, презанятная — с моралью, так сказать, и жизненным уроком.
Дело было так. Накануне Нового года моя супруга, женщина деятельная и предприимчивая, вознамерилась украсить квартиру по полной программе. «Чтобы, — говорит, — дух праздника чувствовался!» И принялась за дело: мишуру развесила, гирлянды накрутила, а в центре гостиной водрузила ёлку — пышную, зелёную, прямо загляденье.
Я, признаться, к этим украшениям всегда относился спокойно. Ну ёлка и ёлка, подумаешь! Но супруга настаивала: «Ты должен помочь! Ты же мужчина в доме!» И вот я, человек занятой и серьёзный, вынужден был встать на табуретку и вешать на ветки всякие безделушки: шарики, звёздочки, конфеты в фольге…
— Только, — предупреждает супруга, — не вздумай ничего трогать! Это для атмосферы!
Я киваю, конечно, но про себя думаю: «Конфеты‑то зачем вешать? Они же съедобные!» Но молчу — знаю, что с женой в таких вопросах спорить бесполезно.
Проходит пару дней. Ёлка стоит, переливается, конфетами пахнет — прямо искушение! Я мимо прохожу, а они шепчут: «Сними меня, съешь меня…» И вот в один прекрасный вечер, когда супруга ушла в магазин, я не выдержал. Подхожу к ёлке, оглядываюсь — никого! — и тихонько снимаю одну конфету. Раскрываю, пробую… М‑м‑м, вкуснотища!
Ну, думаю, одну съел — ничего страшного. Но потом глаз зацепился за вторую, третью… В общем, минут через десять от конфет на ёлке остались одни фантики.
Тут слышу — ключ в двери поворачивается. Супруга возвращается! Я в панике: «Что делать?!» Быстро хватаю оставшиеся конфеты, пытаюсь прикрепить их обратно к веткам… Но они, разумеется, не приклеиваются. Пытаюсь замаскировать пустоты мишурой — бестолку. Ёлка выглядит так, будто её атаковали белки‑сладкоежки.
Супруга заходит, смотрит на ёлку и молча поднимает на меня глаза. Я стою, как школьник, пойманный на месте преступления, и бормочу:
— Это… ветер… сквозняк…
— Сквозняк, — говорит она ледяным тоном, — конфеты не ест. Он их разве что сдувает. А тут явно следы зубов!
Я пытаюсь оправдаться:
— Понимаешь, они так аппетитно пахли… Я только попробовал одну, а потом как‑то само получилось…
Супруга вздыхает, качает головой:
— Ну что с тобой делать? Теперь ёлка как после бомбёжки. Придётся покупать новые конфеты.
И вот представьте: в канун Нового года я, мужчина солидный, с портфелем и часами на цепочке, иду в магазин за конфетами. Продавщица смотрит на меня с удивлением:
— Вам какие?
— Э‑э‑э… — мямлю я. — Те, что на ёлку вешают.
Она выдаёт мне пакетик, я плачу, иду домой, чувствую себя пятилетним мальчишкой.
В общем, ёлку мы украсили заново. Но урок я усвоил: если жена говорит «не трогай», значит, действительно не трогай. Иначе придётся бегать по магазинам в поисках конфет и чувствовать себя героем нелепого анекдота.
А в Новый год, когда все сели за стол, супруга подняла бокал и говорит:
— Давайте выпьем за то, чтобы в следующем году ёлка оставалась целой!
Все засмеялись, а я покраснел. Но что поделать — заслужил!