У Жанны всё вертелось в голове как бельё в стиралке. Громко, беспорядочно и абсолютно не вовремя. Она стояла у подъезда морга, будто ждала, что сейчас кто-нибудь скажет, что всё это недоразумение. Но тишина стояла такая вязкая, что хотелось в неё ткнуть пальцем и проверить, настоящая ли.
Подругу звали Галя. Та самая Галка, сорок шесть лет, идеальная укладка, стабильная работа и пустые, полные ужаса глаза. Она уходила мучительно, с катетером для химии в подключичной вене, и одним вопросом, застывшим в зрачках: «Почему сейчас?»
Все знали Галку-планировщицу. Её жизнь была расписана по пунктам и подчинялась бухгалтерской логике. Ей бы выдали медаль за образцовое существование, если бы такие медали делали.
— Вот дети вырастут, тогда можно будет записаться на танцы.
— Вот ипотеку закроем, тогда куплю то самое платье и поеду в Карпаты.
— Вот мама перестанет болеть, тогда заживу для себя.
Она откладывала жизнь, убирая её в шкатулку с дорогими украшениями, на чёрный день. Доставала, любовалась, примеряла перед зеркалом и убирала обратно. «Не сейчас. Потом».
А потом не наступило.
Когда пришла болезнь, Галя смотрела на всех удивлённо, словно её обманули. Жанна видела в этом взгляде человека, который всю жизнь держал очередь, а к кассе, так и не подошёл.
Муж Гали, Сергей, сидел на кухне после похорон и разглядывал фотографию в Карпатах. Ее там не было. Он ездил в командировку один.
— Она так хотела туда поехать, — сказал он гостям, и голос его дрогнул. — Говорила, будет пить кофе на балконе и смотреть на горы. А вместо этого мы десять лет обсуждали, как перекрыть в ванной трубы.
Их дочь-подросток, Юля, рыдая, принесла из маминой комнаты коробку. В ней лежал дневник со списками вместо секретов. «Места, которые хочу увидеть». «Книги, которые надо прочитать». «Научиться печь круассаны с шоколадом». Все списки были помечены «После того как…».
Самый горький смех сквозь слезы вызвала запись на последней странице: «Когда все будет готово, начать жить для себя. Пункт первый: купить себе те самые духи, которые нравятся, а не которые дарят».
Она так и не купила их. Все ждала подходящего момента. Ждала, пока жизнь официально разрешит ей быть счастливой.
Смерть не страшна, когда ты уходишь, исчерпав запас смеха, поцелуев и глупостей. Страшно уходить с ощущением, что ты даже не начал. Что ты был бухгалтером собственной жизни, а не ее владельцем.
Теперь Сергей с Юлей будут учиться жить заново. Они пообещали друг другу не ждать «потом». Потом — это обманка. Потом — это Галя с застывшими глазами и несбывшимися списками.
Юля вчера купила те духи и брызнула на мамину фотографию.
— Пахнет, — сказала она. — Пахнет жизнью, которую не надо откладывать.
Возможно, это и есть главный урок. Не «бери от жизни всё», а «позволь себе хоть немного». Сегодня. Сейчас. Пока ты не стал идеальным планом с бездушными глазами.
© Ольга Sеребр_ова