ИИ выдал такое.
Старинные французские пирожные — это вершина кондитерского искусства, зародившаяся при королевском дворе и в монастырях, отличающаяся изысканностью, использованием миндальной муки, заварного теста и сливочных кремов. К классическим пирожным относятся макарон (macarons), эклеры (éclairs), профитроли (profiteroles), мильфей (mille-feuille) и птифуры.
Основные старинные французские пирожные:
- Макарон (Macaron): Миндальное печенье-безе, соединенное кремом (ганашем). История восходит к XVI веку, а современный вид (две половинки) получило в начале XX века.
- Эклеры и Профитроли: Заварные пирожные, появившиеся в XIX веке. Эклеры обычно покрыты глазурью, а профитроли — маленькие шарики с кремом.
- Мильфей (Mille-feuille): «Тысяча слоев» — классика из слоеного теста и крема (аналог «Наполеона»).
- Птифур (Petits fours): Крошечные бисквитные или песочные пирожные, название которых означает «маленькая печь».
- Мадлен (Madeleine): Небольшие бисквитные печенья в форме ракушек, известные с XVIII века.
- Финансье (Financier): Маленькие миндальные кексы, популярные с XVII века.
- Калиссоны (Calissons): Традиционные сладости из Прованса на основе миндальной пасты и цукатов.
Многие из этих лакомств возникли благодаря стремлению кондитеров удивить аристократию, используя дорогие ингредиенты: миндаль, сахар, яйца и сливочное масло, что сделало французские пирожные эталоном кондитерского дела.
Великая французская революция (1789–1799) унесла сотни тысяч жизней, включая около 17 000 официально казненных, более 10 000 умерших в тюрьмах без суда, и тысячи жертв гражданских войн. Общее число жертв, включая репрессии, голод и революционные войны, по некоторым оценкам достигает около 1 400 000 человек. Террор затронул все слои населения, а основная масса казненных были крестьяне и рабочие.
Основные факты о жертвах:
- Сентябрьские расправы (1792): Погибло от 1 100 до 1 400 заключенных.
- Эпоха террора (1793–1794): Максимум казней пришелся на «Большой террор», когда по закону о подозрительных в тюрьмах находились около 400 000 человек. В Нанте утоплено более 4 000 человек.
- Социальный состав: Среди 12 000 идентифицированных жертв гильотины было 7545 крестьян, рабочих, солдат и слуг, что опровергает тезис о репрессиях только против дворян.
- Вандейский мятеж: Массовые расправы над жителями провинции, выступавшими против революции.
- Белый террор (1795): Ответные убийства якобинцев роялистами.
Революция сопровождалась высокой смертностью из-за казней (гильотина), внесудебных расправ, подавления восстаний и войн.
Наступление Ниве́ля или Вторая битва на Эне или Сражение при Шмен-де-Дам это крупнейшее сражение Первой мировой войны по количеству участвовавших, продолжавшееся с 16 апреля 1917 по май 1917 года. Получило название по фамилии главнокомандующего французской армии Роберта Нивеля и закончилось поражением войск Антанты. Наступление Нивеля стало символом бессмысленных человеческих жертв.
Наступлению основных сил французских армий на направлении главного удара предшествовала артиллерийская подготовка, проведенная с 7 по 12 апреля. Однако ненастная погода помешала авиации корректировать огонь артиллерии. Слаборазвитая сеть наблюдательных пунктов ограничивала возможность эффективного использования артиллерии. Это привело к тому, что артиллерийская подготовка не дала положительных результатов. Наступление было отложено до 16 апреля, однако новая артиллерийская подготовка также не дала ожидаемых результатов. Но наступление не было отменено.
16 апреля пехота 5-й и 6-й французских армий при поддержке огневого вала, двигавшегося со скоростью 100 м в 3 минуты пошла в атаку. Германские войска покинули первую линию обороны, оставив лишь пулемётные расчёты в бетонных колпаках. Наступавшая французская пехота попала под заградительный огонь германских пулемётов. Однако, неся большие потери, французы продолжили атаку. 1-й армейский корпус даже овладел участком второй полосы, но был с большими потерями отброшен назад. 6-я армия оказалась в аналогичной ситуации. Сенегальская дивизия, попав под пулемётный огонь, непривычная к холоду, имея обмороженных, откатилась в тыл, ища спасения от пуль и непогоды.
Французы ввели в бой танки «Шнейдер». На позиции немецких войск у Кроана двинулись 128 танков. Чтобы увеличить запас хода, на танки снаружи поместили бидоны с горючим, малейшее попадание пуль в которые воспламеняло их, как факелы. В первом отряде было подбито 39 танков, его командир был убит. Второй отряд заметила германская авиация, а артиллерия остановила его продвижение: из 128 танков с поля боя вернулись около 10 (в том числе 57 единиц было расстреляно артиллерийским огнем; 25 % экипажей выбыли из строя убитыми или ранеными).
17 апреля атака была продолжена. 4-я французская армия при поддержке 10-й сумела захватить возвышенность к югу от Моронвиллера. 5-й французской армии при поддержке вступившей в бой 10-й армии удалось 18 — 20 апреля овладеть склонами гребня Шмен-де-Дам. На этом закончился успех атакующих, хотя англичане продолжали безрезультатные атаки германских позиций и в мае.
Наступление союзников оказалось безрезультатными, германский фронт не был прорван. По настоянию правительства, извещенного об огромных потерях, операция была прекращена. В «наступлении Нивеля» французы потеряли убитыми и ранеными 180 000 человек, британцы 160 000 человек. Потери германской армии составили 163 000 человек, из которых 29 000 пленными.
После перерыва
Предлагаю вниманию уважаемых читателей очередную публикацию приквела про дядю Прохора. По просьбе уважаемых читателей привожу ссылку на предыдущую публикацию этого цикла:
Поручик выдержал долгий взгляд своего собеседника и услышал лёгкий вздох:
- Тогда давайте закажем сперва ещё по порции местных макарон?
- Я с вашего позволения, господин полковник, предпочёл бы эклеры или профитроли. А то это безе к зубам липнет...
- Как вам будет угодно. А я ещё и коробку макарон домой возьму. Моя жена очень любит эти пирожные. Тем более, их слои в этом кафе делают в цветах французского флага. Наталья Владимировна верхние два слоя меняет местами...
Подошеший официант принял заказ, а Пронин собеседник продолжил:
- Я с вашего позволения, отвечая на вашу просьбу, начну с себя. Пару недель назад мне пришлось самому себе задать тот же вопрос и на него ответить. Прежде я бы хотел сказать вам, что люди типа "ни вашим, не нашим" мне претили всю жизнь. И я очень старался не быть похожим на таких людей. Поэтому мне надлежало сделать определённый выбор...
- Как вы относитесь к людям, занимающим нейтральную позицию, Прохор Лукич?
- Отрицательно, господин полковник! От них чего угодно можно ожидать...
- Полностью с вами согласен. Продолжу. В основу тогдашних моих рассуждений легла мысль о том, что происшедшая революция в России суть явление не временное, не случайное, а стало быть наша с вами Родина в ближайшие несколько лет будет переживать процессы, сходные с теми, что происходили в стране, в которой мы сейчас едим пирожные, почти сто тридцать лет назад...
- Тогда от взятия Бастилии до Наполеона прошло лет десять. если я правильно помню...
- Десять или одинадцать. не важно. Россия в любом случае страна побольше, чем Франция. Если только исходить из этого фактора, то на ближайшие пятнадцать-двадцать лет в России будут происходить переходные процессы, которые должны привести в итоге к следующему более или менее устойчивому и продолжительному режиму власти...
- Неужели так долго, господин полковник?..
- Лучше рассчитывать на худшее, господин поручик. Мне сорок лет, а вам чуть больше двадцати. Так что нам с вами небезразлично, как и где мы проведём ближайшие полтора десятка лет. Не так ли?
- Так, господин полковник.
- У меня, как вы понимаете, была возможность, если так можно выразиться, сделать Францию своей новой родиной и дальше в рядах её армии выполнять свой воинский долг. Но я такую возможность для себя отверг. Я не могу перестать быть русским! Это была основная причина для принятия мною определённого решения. Если вам интересно, могу сообщить и другие...
- Интересно, господин полковник!
- Извольте. Их четыре. В устном изложении они звучат немного пафосно... Первая - бесконечная благодарность моей Родине и русскому народу за все те успехи, которые я имел и имею по службе. Вторая - глубокое возмущение павшим царским режимом за преступное ведение войны. Третья - вера в творческую способность русского народа самому определить свою дальнейшую судьбу. И наконец, сознание служебного долга перед своей воюющей страной и нравственной ответственности перед Францией, возложившей на меня лично определённые финансовые обезательства... Что из услышанного созвучно вашей жизненной позиции и устремлениям?
- Практически всё, господин полковник. За исключением финансовых обязательств перед Францией...
- Тогда ваш ответ на тот вопрос очевиден?
- Не совсем... Текущие обстоятельства ваши и мои некоторым образом отличаются, господин полковник.
- Каким же, позвольте полюбопытствовать?
- Извините за бестактность, но у вас погоны с двумя просветами и без звёзд, а у меня - с одним и всего с тремя звёздочками. И мои командиры находятся всего в двустах верстах от этого места...
- Но мы же с вами рассуждали немного о другом.
- Это так, но жить и служить-то в те самые ближайшие полтора десятка лет надо будет каждый день...
- Это вы о чем?
- Я пока находился в госпитале в каком-то прошлогоднем местном журнале прочитал статью, посвящённую очередной годовщине Французской революции. Автор статьи привёл убедительные аргументы в пользу того, что общее количество жертв той революции, включая обоюдные репрессии, голод и революционные войны, перевалило за миллион человек. И подавляющее большинство этих жертв пришлось на первые пять-шесть лет после взятия Бастилии... А Россия. как вы правильно изволили заметить, площадью и числом населения поболее будет...
- Вы правы. Жертв в России, как это печально сознавать, приходится ожидать кратно больше, чем названное вами число. Но ответ на ваш вопрос, который мы сейчас обсуждали, я полагаю, не должен быть связан с этим фактором. В противном случае, вам надлежало бы быстро поменять профессию и приобрести для дюжину белых халатов и стетоскопов...
Поручик невесело улыбнулся, задумался на несколько секунд, хотел ещё что-то добавить, но лишь тихо произнёс:
- Вы правы, господин полковник. Спасибо за совет. Позвольте я заплачу за кофе и пирожные?..
- Нет уж, увольте! Не хватало ещё, чтобы полковник и граф, хотя и бывший, сесли судить по нынешним временам, состоял на иждивении у поручика... Хе-хе. Кстати, ваши заслуги в "шинном деле" я отметил особо в своей докладной записке в Военное ведомство.
- Рад стараться, господин полковник!
- Удачи вам в службе, Прохор Лукич! Поговаривают о готовящемся скором большом наступлении союзников...
- Благодарю за пожедания и совет. Алексей Алексеевич!
Прибывшего в бригаду Проню начальник штаба встретил в плохом настроении:
- Изволили наконец появиться, господин поручик? Закончили играть в свои шпионские игры?
- Так точно, господин полковник!
- Пока вы там играли в шпионов вон, полюбуйтесь, что солдатики теперь наши почитывают...
- Это только "улов" всевозможных подмётных листков за прошлую ночь и только в одном полку!..
- Извольте полюбопытствовать! Одно название газетёнки чего стоит! "Русский солдат-гражанин во Франции". Тьфу!
Проня взял в руки газету и услышал продолжение "вступительной беседы":
- Как теперь воевать-то? Того и глядишь, схлопочешь в бою пулю в спину... Но не это даже больше всего меня сейчас удручает. Смута в армии - самая короткая дорога к развалу государства российского. Если уж у нас в экспедиционном корпусе такие настроения, то что творится в основной армии? Ладно, что-то я разворчался сегодня... Во второй роте появилась вакансия младшего командира. Направляйтесь туда. Вестовой вас проводит. Приказ будет готов к полудню. Учтите, поручик, бригаде предстоит участвовать в очередном генеральном наступлении фрацузской армии. Третьего дня до сведения старших офицеров бригады был доведен план и участок предстоящего боя. А наши солдатики тем временем уже месяц как ротные, батальонные и полковые солдатские комитеты выбирают и всевозможные резолюции на собраниях принимают. Этих бумаг уже целая папка собралась. Там такие перлы есть, что просто обхохочешься... Генерал Лохвицкий пока не знает, что с этим вообще делать. А вот в этой папке рапорта господ офицеров, которые под любым предлогом готовы удрать в госпиталя, чтобы во время наступления не оказаться на передовой линии с риском быть обстрелянными с обеих сторон.... Как видите, толщина у этих папок примерно одинокова. Вы, надеюсь, не подадите подобный рапорт?
- Не собирался, господин полковник. По срокам начала наступления известно?
- Нет конечно! Но по моим расчётам должна хоть немного земля просохнуть и ночью температура до нуля не падать. Так что недели две у вас, господин поручик, будет, чтобы войти в курс дела...
Ротный командир капитан Голованов встретил поручика открытой бутылкой вина и радостным возгласом:
- Поздравляю с прибытием! Теперь мой рапорт о болезни начштаба точно удовлетворит! Присаживайтесь к столу, поручик. Сейчас начну знакомить вас с взводными унтер-офицерами... Имейте ввиду, они все члены ротного солдатского комитета, а фельдфебель Рубцов его председатель...
На знакомство с личным составом роты и с её хозяйством у Прони ушло около недели. На первых порах большую помощь поручик оказал ефрейтор Загородько, который после участия в рейде к линии Зигфрида и пребывания в госпитале был обратно отчислен из команды разведчиков и переведён обратно в роту. Взводные унтер-офицеры встретили нового младшего ротного командира с настороженностью.
Через два дня капитан Голованов зашёл попрощаться с Проней в его палатку, высказав недвусмысленное пожелание:
- Желаю вам поручик уцелеть!
- На всё воля Божья, господин капитан.
- Вы же, надеюсь, не забыли, что Бог бережёт только береженых?
- Никак нет! Счастливого пути, господин капитан...
- Не обижайтесь, Прохор Лукич... Начальник штаба обещал на днях второго офицера в роту направить.
- Надеюсь, что полковник Ракитин выполнит своё обещание...
Через две недели в роте начались учения по отработке навыков наступления сразу за валом заградительного артиллерийского огня. Все движения рассчитывались буквально по минутам. Переносы огня в предстоящем наступлении должны были следовать один за другим, создавая катящийся впереди пехоты вал заградительного огня, так называемый «barrage roulant», который должен был прокладывать дорогу стрелкам.
На Западе тогда считалось, что движение пехоты в сфере неприятельского огня возможно и допустимо лишь в том случае, если атакующая пехота будет надежно прикрыта барражным огнем своей артиллерии. Это являлось последним словом в области военной тактики в отличие от ранее применявшегося метода, при котором предусматривалось полное разрушение укреплений и средств обороны противника огнем всех видов, главным образом тяжелой гаубичной артиллерии. Пехоте оставалось только занимать разрушенные участки обороны противника. Так действовали немцы под Верденом. Однако там же, под Верденом, французы в своих контратаках блестяще доказали преимущество движения пехоты вплотную за подвижным заградительным огнем своей артиллерии. Заградительный огонь артиллерии настойчиво внедрялся новым главнокомандующим генералом французской армии Нивелем, который считался наиболее талантливым последователем новой школы. Во исполнение его приказа и давались такие подробные и точные указания, которые надлежало отрабатывать до автоматизма.
Проня, до сих пор оставаясь единственным офицером в роте, бегал и ползал туда-сюда по расквашенному от грязи полю вместе с солдатами. После первого дня таких занятий его офицерская шинель и сапоги за ночь не просохли. Пришлось поручику переодеваться в солдатское обмундирование. Через три дня поручик окончательно охрип, постоянно выкрикивая команды, стараясь подровнять взводные шеренги.
На батальонных учениях Вторая рота удостоилась похвалы батальонного командира, полковника Сперанского "за ровность взводных линий и отсутствие отставших". Утром следующего дня к нему в палатку попросил разрешения зайти ротный фельдфебель:
- Дозвольте, господин поручик ознакомить вас с решением ротного солдатского комитета... Вчерась вечером приняли по вам, ну, про вас...
Проня поправил повязку на шее, согревающую больное горло, кивнул, протянув ладони над походной печкой. Но вместо хрипловатого голоса начачавшего каглять фельдфебеля услышал сквозь стук дождя по брезенту чей-то громкий разговор снаружи:
- Братцы, где палатка вашего ротного командира?
- А вам зачем-то он, господин прапорщик?
- Как вы отвечайте на вопрос офицера, господин солдат?
- Так могёт быть вы германский шпиён!
- Вы тут совсем ополоумели похоже? Никакой дисциплины! У меня к вашему поручику пакет особой важности!..
Ротный фельдфебель наконец откашлялся и теперь тоже прислушивался к крикам снаружи:
- А у нас ротного командира нема, сбежал вона в хоспиталь от греха... У нас тока "Врид" имеется...
- Емеля, не морочь голову, господину прапорщику! Вона та палатка, с табуреткой у полога...
Уже ДВАДЦАТЬ ТРИ уважаемых читателей нашли возможность материально поддержать автора. Им за это отдельная БОЛЬШАЯ благодарность.
Вечная Слава и Память всем защитникам Родины!
Берегите себя, уважаемые читатели!
Подпишитесь на канал , тогда вы не пропустите ни одной публикации!
Пожалуйста, оставьте комментарии к этой и другим публикациям моего канала.
По мотивам ваших комментариев или вопросов я подготовлю несколько новых публикаций.