В марте 1968 года Военно-морской флот Советского Союза оказался в эпицентре одной из самых необычных и опасных ситуаций, оставшихся без ответа в истории подводного флота. Атомная подводная лодка К-172, находившаяся на боевом дежурстве в Средиземном море, неожиданно стала эпицентром трагедии, когда её экипаж начал страдать от таинственной болезни.
В своём рапорте главнокомандующему ВМФ Сергею Георгиевичу Горшкову командир К-172 сообщил о неизвестной болезни на борту субмарины. Весь экипаж подводной лодки — 137 человек — поразил како-то недуг. Моряки теряли аппетит, страдали от рвоты и головных болей, а их тела истощались на глазах. Некоторые даже теряли сознание, а у других наблюдались галлюцинации. Ситуация становилась критической, и командир обратился за помощью.
Горшков, обеспокоенный сообщениями, отдал указание командиру принимать решения на месте. Однако, в случае ухудшения состояния экипажа, ему предписывалось немедленно возвращаться на базу. Так и случилось. Когда подводная лодка вернулась в порт Северного флота, зрелище, которое встретило команду, шокировало всех.
Моряки, как тени самих себя, выглядели полными измождения. Бледные, худые, с воспалёнными горлами и отёками, они едва могли дышать. Эти признаки говорили о том, что болезнь, которая их поразила, была гораздо более серьёзной, чем любой недуг, с которым подводники могли столкнуться раньше.
---
Тайна заболевания оставалась неразгаданной. Результаты расследования были засекречены, но воспоминания тех, кто был на борту, и самих участников событий по сей день не дают однозначного ответа. Странная болезнь, парализовавшая экипаж, оставалась загадкой для медиков и военных.
Всё началось ещё в 1967 году, когда мир был на грани новой войны. Конфликт на Ближнем Востоке между Израилем и арабскими странами достиг своего пика. Советский Союз оказал поддержку арабским державам, готовясь противостоять США и Израилю.
К-172, оснащённая крылатыми ракетами с ядерными боеголовками, была отправлена в Средиземное море с секретной миссией: готовностью нанести удар по Израилю, если ситуация на границах Сирии перерастёт в открытый конфликт. Военная напряжённость в регионе и мировая политическая ситуация создали идеальные условия для катастрофы, о которой никто не мог подумать.
Как только лодка вошла в опасную зону, её экипаж столкнулся с загадочной болезнью. Командир К-172, капитан второго ранга Шашков, изначально принял это за стандартное отравление, возможно, пищевое. Однако вскоре ситуация ухудшилась. С каждым днём ухудшение здоровья моряков становилось всё более выраженным.
Сам командир начал терять вес, мучился от бессонницы, а кошмары становились всё более реальными. Утренние осмотры показывали, что проблема не ограничивалась пищей, а заболевания были нехарактерными. Вместо того чтобы ослабевать, симптомы лишь усиливались.
Моряки жаловались на головные боли, рвоту, слабость, но вскоре добавились галлюцинации. Подводники теряли сознание, и это не могло не вызывать беспокойства. Доктор, обративший внимание на воспаление дёсен у заболевших, пришёл к выводу: это не пищевое отравление. Он подозревал, что на борту могло быть нечто более опасное.
На фоне этих симптомов появились подозрения, что причиной может быть утечка радиации. Однако замеры, проведённые с помощью дозиметров, не показали отклонений от нормы. Реактор подводной лодки был защищён, а радиационный фон оставался в пределах безопасных значений.
Доктор продолжал настаивать, что без радиации объяснить происходящее невозможно, и настоял на повторной проверке. Всё было перепроверено: реактор, вода, личные вещи моряков, о результат оставался тем же. Проблемы продолжали усугубляться, и командир К-172 был вынужден обратиться в Москву.
После связи с Горшковым, командир подводной лодкой получил указание немедленно вернуться на базу. Но перед этим, несмотря на ухудшающееся состояние команды, часть личного состава была заменена, а остальные вернулись на свои посты, чтобы завершить боевую задачу.
Когда лодка, наконец, вернулась в порт, моряки были срочно госпитализированы. Проведённые анализы показали страшную правду: причиной их болезни была ртуть. Она проникала в организм экипажа через легкие, и её пары были смертельными.
Ртуть в чистом виде могла испаряться уже при температуре чуть выше 18 градусов, и именно эти пары отравляли подводников на протяжении нескольких недель. Врачи лечили их, буквально вымывая яд из клеток.
Что стало источником отравления? Секрет до сих пор не раскрыт полностью. Но есть несколько версий. По одной из них, перед походом в каюте корабельного химика разбили колбу с 18 килограммами ртути — запасом для анализа воды в реакторе.
Химик, испугавшись наказания, попытался убрать последствия: собрал ртуть тряпками, совками… и вылил в умывальник. Часть металла застряла в сифоне, начав медленно испаряться. Вентиляция разнесла пары по всей лодке.
По другой версии, колба разбилась уже в море — при резком манёвре. Третья версия, приведённая командиром боевой части Шатой Данелией, ставит под сомнение сам факт наличия такой колбы:
Интересно, что один из подозреваемых — матрос-химик — демобилизовался прямо перед походом и уехал в Баку. Позже он якобы признался: вылил ртуть в раковину.
Проблему ртути решали очень долго: её пары осели в органах моряков и были выведены только через несколько месяцев интенсивного лечения.
К-172 прошла многолетнюю демеркуризацию на заводе «Звёздочка»: сняли краску, пробковую изоляцию, разобрали всю вентиляцию, заменили фильтры. Это был не ремонт — это была реанимация корабля, отравленного изнутри.
Специалисты военного флота до сих пор не раскрыли точную причину, почему именно ртуть вызвала катастрофу. Многие считают, что изначально причиной могла стать случайная утечка, вызванная нарушением правил хранения опасного вещества.
Истинная правда до сих пор лежит на полках в засекреченных архивах.
В 1989 году на К-172 произошла утечка охлаждающей жидкости из ядерного реактора. После чего субмарина была выведена из эксплуатации.